Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

— Я оставляю сына вам. Он Орлов и заслуживает лучшего,— перечитываю записку.
Орлов —фамилия моего мужа. А это значит мальчик его сын. Сдавленно всхлипываю и малыш просыпается. Смотрит на меня удивленно своими огромными карими глазами. Такими же, как у отца.
Дрожащими пальцами беру переноску и вношу в дом. Зима, холодно, ребенок может простыть. Ставлю ее на стол в гостиной, за которым муж ужинает.
— Это тебе,— из меня вырывается всхлип,— твой сын, которого бракованная жена не смогла родить! Зато другая смогла!
—Сима, он не мой,— муж бледнеет и вскакивает на ноги.
Как есть, в домашнем платье выскакиваю на улицу. Я больше ни минуты рядом с изменщиком не проведу!
—Сима, вернись! — Летит мне в спину разъяренно. Делаю всего несколько шагов по запорошённому снегом крыльцу, когда Демьян успевает меня перехватить.
—Пусти!
—Нет! —Рявкает Демьян авторитарно и затаскивает обратно в дом. Захлопывает дверь перед моим носом. — В горе и в радости, Серафима. Ты моя жена и останешься здесь!

—Ты спал с какой-то девкой, пока я на сохранении лежала с нашим первенцем,— выкрикнула, захлебываясь слезами.
—Спал… не самое верное определение наших отношений с Кариной,— с усмешкой выдал муж. —Она появилась в моей жизни задолго до тебя, я обещал на ней жениться…
—Так женись, только со мной разведись, а не изменяй за моей спиной,— голос охрип, а в груди сплошная дыра.
—Ну нет, милая, развод не входил в мои планы. Ты мать моего будущего сына, моя первая жена, а Карина станет второй. Ты навсегда в почете, но три раза в неделю я буду ночевать у нее.…

Я избавила мужа от желания стать многоженцем. Ушла от него на пятом месяце беременности и надеялась, что спокойно рожу и начну новую жизнь. Вот только муж решил иначе. Встречая меня из роддома, он не стеснялся в выражениях:

— Алло! Алло, это Арсений? Арсений Сабуров? — слышу на той стороне сбивчивый женский голос.
— Допустим. Кто это?
— Это Таня.
— Какая Таня? — уточняю, еле сдерживая злость.
— Ну, Таня Колпакова! Подруга Софии.
Я хмурюсь, слыша имя своей бывшей жены.
— Я вас смутно помню, — отвечаю я.
— Господи, сейчас не до этого! — выпаливает она. — Софии нет уже сутки!
— Вы, кажется, ошиблись номером, — говорю холодно. — Мы с Софией развелись шесть лет назад. С тех пор я не имею отношения ни к ее жизни, ни к ее…
— Номер я не ошиблась! — вспыхивает она. — Я его в Софином блокноте нашла! У нее на первой странице: «Арсений Сабуров». И этот номер. Думаете, я от нечего делать вам названиваю?
— Допустим, вы нашли мой номер, — говорю я. — Но я по-прежнему не понимаю, зачем вы все это мне говорите.
— Затем, что это ваша дочка.
— Повторите.
— Господи, да что тут повторять?! — снова срывается она. — Варвара — ваша дочь! София была беременна, когда вы разошлись!
Я смеюсь. Коротко и без радости.

❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
Передо мной красивый накрытый стол. Любимая утка мужа, салаты, огромный белый торт. Двадцать лет брака и жизни в этом доме.
— Идем, — муж улыбается. — Все ждут.
Я делаю шаг вперед и вижу их. За столом сидят двое. Свекровь и операционная сестра мужа – Алина.
Она встаёт. Подаёт мне нож.
Тот самый нож, которым я резала свой свадебный торт двадцать лет назад.
— Режьте вы, Валентина Сергеевна, — Алина смотрит на меня в упор. — Вы же хозяйка.
Я беру нож и втыкаю его в глазурь. Разрезаю первый кусок. Второй.
Крем течёт по лезвию. Голубой.
Я смотрю на голубой крем и не понимаю.
Торт — не для годовщины.
Торт — для другого.
— Ой, — говорит Алина.— Ой, девочки! Ой, мамочки!
Она поворачивается к Диме, моему мужу.
— Димочка, — говорит она громко, на весь дом, на весь мир, на всю мою разрушенную жизнь. — У нас будет СЫН!

— Мне нравится на тебе всё. Но это — особенно.
Она засмеялась. Лёгкий, тёплый смех. Попыталась вывернуться из его рук:
— Не мешай мне примерять! Я ещё три хочу попробовать.
— Бери все три.
— Ярослав, это безумие.
— Это Дубай. Здесь всё — безумие.
Она развернулась к нему лицом. Обвила руками его шею. Каблуки подняли её почти на один с ним рост.
— А жена не заметит по карте?
Мир остановился. Звук молла — гул, музыка, шаги, детский смех где-то вдали — всё это было, но я перестала слышать. Осталось только одно слово, и оно повисло между мной и стеклянной витриной, как пуля, которая ещё летит.
Жена.
Ярослав усмехнулся. Та самая усмешка — чуть кривая, самодовольная.
— Она не проверяет. Вообще. Доверяет мне, — он пожал плечами, как пожимают, когда говорят очевидное. — С ней в этом смысле просто. Она вообще... такая. Домашняя. Предсказуемая.

Последние на сегодня – две студентки, подруги. Болтают без остановки, пока раздеваются и ложатся на кушетки. Я привыкла. За годы работы слышала столько чужих разговоров, что могла бы написать энциклопедию городских сплетен. Обычно слушаю вполуха – вежливый фон, не больше.
Начинаю массаж. Руки делают своё дело. Девушки продолжают болтать, голоса становятся мягче – тепло и масло делают своё.
– Олеська Прохоренкова красиво живёт, – говорит брюнетка. – Ресторан третий раз за неделю. И жилет норковый купил – настоящую норку, белую.
– Она в общагу почти не приходит?
– Квартиру снял, однушку. Говорит – временно, пока всё не решится.
Голос снижается до громкого шёпота, который слышен лучше обычной речи:
– Она его дожмёт. Вот увидишь. Скоро будет мадам Штерн.
Мои руки останавливаются.
Мадам Штерн.
Это моя фамилия. Фамилия моего мужа.

ЗАВЕРШЕННАЯ ИСТОРИЯ. НИЗКАЯ ЦЕНА
— Ваша жена и ваш сын — мой муж — любовники, — произношу холодно, глядя в глаза свёкру.
Мой голос не дрожит, но внутри всё рушится.
Три секунды тишины. А потом — ад.
— Лживая тварь! — взвизгивает мачеха.
— Заткнись, истеричка! — рычит на меня муж. — Это твои домыслы.
— Ты не докажешь, — верещит свекровь.
Но… Я отправляю свекру фото со словами: «Маски сорваны. Получите праведную месть преданной жены…»
За столом воцаряется гробовое молчание.
Они решили, что могут ее использовать втемную. Она решила иначе. История победительницы.

— Ты женишься на дочери моего партнера. Это даже не обсуждается, Дмитрий.
Голос отца Волкова хлестнул по нервам.
В кармане медицинского халата влажные от волнения пальцы намертво сжали тест на беременность.
— Я помню условия, отец. Сделка с ее семьей — мой приоритет. Я не собирался отказываться от контракта.
Грудь сдавило так, словно ребра сковали стальным обручем. Дима хладнокровно вычеркнул меня из жизни.
Он женился на другой — богатой и статусной наследнице. А я... я оказалась лишь наивной провинциалкой и «средством снять напряжение» на время учебы.
Но спустя шесть лет судьба вновь сводит меня с миллиардером Волковым.
И у него лишь один вопрос, когда он видит нашу малышку:
— Чья это дочь, Вера?

— Кисунь, на правду не обижаются, — со вздохом произнёс мой муж. — Ты стала немного неряшливой, потолстела. Твоя одежда... Я выучил её наизусть. А волосы... — Руслан брезгливо поморщился.

— Если тебе так не нравится мой внешний вид, то можешь не жить рядом! — зло выдыхаю. Обида жжёт в груди.

— Я как раз и не собираюсь жить с тобой больше, Ань!

Слова мужа повисают в воздухе. Пытаюсь переосмыслить их.

Руслан лениво отодвигает тарелку. Смотрит на меня так снисходительно, словно терпел все эти четырнадцать лет.

— Что? — выдыхаю я.

— Что слышала, — спокойно отвечает Руслан и поднимается со стула. Потягивается, разминая плечи. Так буднично, будто только что не разрушил всё, что я строила полжизни. — Я ухожу, Аня. Давно собирался сказать. Сегодня как раз подходящий момент.

– Твои? – растерянно смотрит на двух малышей в коляске под нашей дверью.
– Ты ненормальный? Я что, по-твоему, не запомнила бы, что родила детей, и минимум месяцев девять жила бы спокойно?
– А нет? – с язвительной иронией подкалывает он.
Я лишь глаза закатываю и устало вздыхаю, а дети между тем морщат носики и явно намереваются расплакаться дуэтом.
– И что нам делать? – недоумевает сосед.
– Искать «виновных», а пока… – закатываю коляску в нашу большую прихожую, – они поживут у нас.
Мы всего лишь соседи по коммуналке, каждый день ругающиеся на почве быта. Но всё меняют два подкидыша, и наша жизнь теперь не будет прежней.