Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🔥
— Мам, а папа всегда так играет со Снегурочкой? Она так кричала…
Я улыбаюсь дочке, не подозревая, что через пару минут моя жизнь перевернётся.
Подсобка, полураздетый муж и молодая любовница, нагло смотрящая мне в глаза.
В один миг рушится семья, доверие, вся моя реальность.
Что делать, когда твоё счастье разбивается вдребезги в самый разгар детского праздника?
— Мам, а папа всегда так играет со Снегурочкой? Она так кричала…
Я улыбаюсь дочке, не подозревая, что через пару минут моя жизнь перевернётся.
Подсобка, полураздетый муж и молодая любовница, нагло смотрящая мне в глаза.
В один миг рушится семья, доверие, вся моя реальность.
Что делать, когда твоё счастье разбивается вдребезги в самый разгар детского праздника?
Внутри оказалось совсем не так, как я ожидала. Вместо пыльного склада мы попали в роскошную гостиную, обставленную антикварной мебелью и освещенную мягким светом канделябров. В воздухе витал тонкий аромат сандала и дорогих сигар. В углу комнаты стоял рояль, а на стенах висели картины известных художников.
– Не ожидала, да? – спросил он, заметив мое удивление. – У каждого есть свои секреты. Это место – мой маленький мир, где я могу быть самим собой.
Он повел меня дальше, показывая комнату за комнатой. Здесь были библиотека с редкими книгами, винный погреб с изысканными винами и даже небольшой кинозал с огромным экраном. Я была поражена его вкусом и чувством стиля.
– Не ожидала, да? – спросил он, заметив мое удивление. – У каждого есть свои секреты. Это место – мой маленький мир, где я могу быть самим собой.
Он повел меня дальше, показывая комнату за комнатой. Здесь были библиотека с редкими книгами, винный погреб с изысканными винами и даже небольшой кинозал с огромным экраном. Я была поражена его вкусом и чувством стиля.
Евгений Стрельцов - типичный мажор. Он поспорил с друзьям, что за неделю соблазнит главную заучку потока и принесёт им доказательство. Но что-то пошло не так...
Яна Дроздецкая вернулась из библиотеки и обнаружила, что с бельевой верёвки пропали любимые кружевные стринги... её мамы. Яна найдет виновного в краже, и отомстит!
Яна Дроздецкая вернулась из библиотеки и обнаружила, что с бельевой верёвки пропали любимые кружевные стринги... её мамы. Яна найдет виновного в краже, и отомстит!
- Встань! Встань, я сказал! - не просит, а приказывает, а после ровным голосом продолжает. - Вижу, ты так и не научилась обращаться с оружием. - зло усмехается и движется прямо на меня. - Я так понимаю, больше позвонить, чтобы решить твои проблемы, было некому.
Илья спокойно перешагивает через труп и рывком поднимает меня с пола, до боли сдавливает плечи, заставляя смотреть только на него.
- Отвечай, когда я тебя спрашиваю. - рычит прямо в губы.
- Илья... - захлебываюсь в собственных слезах.
- Не смей... слышишь меня, не смей произносить мое имя вслух. Ты давно уже потеряла это право. Если хочешь, чтобы я тебя спас, тогда придется согласиться на мои условия. И они очень понравятся мне, и к моему счастью, совсем не понравятся тебе...
Когда - то Илья Белов был для меня всем миром вокруг. Я растворялась в его поцелуях, в его ласке. И наивно полагала, что так будет вечно. Теперь же, кроме его ненависти и презрения, мне больше ничего и никогда от него не получить.
Илья спокойно перешагивает через труп и рывком поднимает меня с пола, до боли сдавливает плечи, заставляя смотреть только на него.
- Отвечай, когда я тебя спрашиваю. - рычит прямо в губы.
- Илья... - захлебываюсь в собственных слезах.
- Не смей... слышишь меня, не смей произносить мое имя вслух. Ты давно уже потеряла это право. Если хочешь, чтобы я тебя спас, тогда придется согласиться на мои условия. И они очень понравятся мне, и к моему счастью, совсем не понравятся тебе...
Когда - то Илья Белов был для меня всем миром вокруг. Я растворялась в его поцелуях, в его ласке. И наивно полагала, что так будет вечно. Теперь же, кроме его ненависти и презрения, мне больше ничего и никогда от него не получить.
— Почему она тратит МОИ деньги?! Ты видел это кольцо? Оно стоит дороже моей поездки раз в десять! А платье? Сказать, сколько такое может стоить? Да его прокат — минимум тысяч двести!
— Сколько?! — подавился воздухом мой неверный супруг.
— Держи свою дуру в узде, Андрей! Иначе она потратит все наши сбережения!
Это она о моих деньгах, квартире и грядущей премии или я чего-то не знаю?
Муж проворовался, и меня конфисковали в пользу компании.
Звучит дико, но именно так я отомстила предателю за нищую свадьбу, злую свекровь, лицемерных гостей и любовницу, считающую, что я трачу «ее деньги» на глупости и должна сильнее экономить, ведь ей не на что будет растить ребенка.
Теперь моя жизнь принадлежит человеку, который шлепнул меня по мягкому месту в самый трагический день жизни и получил заслуженное наказание — бросок через бедро. И счастливый брак. В нагрузку. А нечего приставать к девушкам без разрешения!
— Сколько?! — подавился воздухом мой неверный супруг.
— Держи свою дуру в узде, Андрей! Иначе она потратит все наши сбережения!
Это она о моих деньгах, квартире и грядущей премии или я чего-то не знаю?
Муж проворовался, и меня конфисковали в пользу компании.
Звучит дико, но именно так я отомстила предателю за нищую свадьбу, злую свекровь, лицемерных гостей и любовницу, считающую, что я трачу «ее деньги» на глупости и должна сильнее экономить, ведь ей не на что будет растить ребенка.
Теперь моя жизнь принадлежит человеку, который шлепнул меня по мягкому месту в самый трагический день жизни и получил заслуженное наказание — бросок через бедро. И счастливый брак. В нагрузку. А нечего приставать к девушкам без разрешения!
РАССКАЗ ЗАВЕРШЕН! САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
– У меня будет ребенок.
Не ожидала я услышать такое от собственного мужа.
– Тебе тридцать лет, а ты все еще веришь в сказки про верных мужей?
С каждой фразой - все хуже.
– Слушай, ну я же не собираюсь тебя бросать! Раз своих детей у тебя быть не может, это вполне подходящий для всех вариант.
Только вот он не знает: лечение дало результаты, и у меня могут быть свои дети. И будут!
– В общем, разводиться мы не будем. Зачем это? Дрязги судебные, расходы на адвокатов… Как-нибудь само наладится. Да, Тонь?
Нет! Вот уж точно - нет!
– У меня будет ребенок.
Не ожидала я услышать такое от собственного мужа.
– Тебе тридцать лет, а ты все еще веришь в сказки про верных мужей?
С каждой фразой - все хуже.
– Слушай, ну я же не собираюсь тебя бросать! Раз своих детей у тебя быть не может, это вполне подходящий для всех вариант.
Только вот он не знает: лечение дало результаты, и у меня могут быть свои дети. И будут!
– В общем, разводиться мы не будем. Зачем это? Дрязги судебные, расходы на адвокатов… Как-нибудь само наладится. Да, Тонь?
Нет! Вот уж точно - нет!
— Эти три месяца были крутыми, но я никогда не говорил о чем-то большем. Я с самого начала был честен.
— Честен, — повторила я, пробуя слово на вкус. Горькое. — Но ты говорил...
— То, что говорят в таких ситуациях. Мы взрослые люди, романтика — это одно, но я никогда не предлагал тебе переезжать, не знакомил со стариками, не строил планы на будущее. Ты сама себе всё придумала.
— Ты говорил, что я особенная.
— И это правда. Но это не значит, что я готов связать с тобой жизнь. Прости, если ты поняла иначе.
— Тогда у нас есть проблема, — я протянула ему коробку с тестом на беременность.
Даниил взглянул на содержимое.
— Это шутка?
— Нет.
— Сколько? — резко обернулся он. — Недель, дней, как там это считается?
— Недели четыре, наверное. Я еще не...
— Тогда времени достаточно, — он достает смарт, — Если ты думала подловить меня таким образом...
— Подловить? Ты считаешь, я специально забеременела?
— А что мне думать? Три месяца — и вдруг такой удачный сюрприз?
— Иди к черту!
— Честен, — повторила я, пробуя слово на вкус. Горькое. — Но ты говорил...
— То, что говорят в таких ситуациях. Мы взрослые люди, романтика — это одно, но я никогда не предлагал тебе переезжать, не знакомил со стариками, не строил планы на будущее. Ты сама себе всё придумала.
— Ты говорил, что я особенная.
— И это правда. Но это не значит, что я готов связать с тобой жизнь. Прости, если ты поняла иначе.
— Тогда у нас есть проблема, — я протянула ему коробку с тестом на беременность.
Даниил взглянул на содержимое.
— Это шутка?
— Нет.
— Сколько? — резко обернулся он. — Недель, дней, как там это считается?
— Недели четыре, наверное. Я еще не...
— Тогда времени достаточно, — он достает смарт, — Если ты думала подловить меня таким образом...
— Подловить? Ты считаешь, я специально забеременела?
— А что мне думать? Три месяца — и вдруг такой удачный сюрприз?
— Иди к черту!
— Ты с ней спал?
Он вздрогнул, будто не ожидал, что я спрошу прямо. Молчал, потом отвёл глаза.
— Мне нужно время, — выдохнул наконец.
— Время? — я рассмеялась, но голос сорвался. — Что бы выбрать с кем быть? С ней или со мной? После всего, что мы пережили ты еще думаешь?
Он пожал плечами.
— Я просто... запутался.
— Запутался? — повторила я. — А я, значит, должна молча смотреть, как ты выбираешь?
Он не ответил. Стоял с каменным лицом, а я чувствовала, как где-то внутри всё рушится.
— Я беременна, Дима, — сказала я тихо. — У нас будет еще один ребенок.
Я узнала случайно: след помады на воротнике, чужой запах, тихая, гадкая ложь, которая точит дом изнутри. В груди взорвался ад — не от слёз, а от ярости и унижения. Он не просил прощения: его больше волновали кредиты и карьера.
И тогда я решилась и пошла к тому, кто умеет ломать лёд тихо, без шума, но навсегда. Не со скандалом, а с точным ударом туда, где больнее всего.
Он вздрогнул, будто не ожидал, что я спрошу прямо. Молчал, потом отвёл глаза.
— Мне нужно время, — выдохнул наконец.
— Время? — я рассмеялась, но голос сорвался. — Что бы выбрать с кем быть? С ней или со мной? После всего, что мы пережили ты еще думаешь?
Он пожал плечами.
— Я просто... запутался.
— Запутался? — повторила я. — А я, значит, должна молча смотреть, как ты выбираешь?
Он не ответил. Стоял с каменным лицом, а я чувствовала, как где-то внутри всё рушится.
— Я беременна, Дима, — сказала я тихо. — У нас будет еще один ребенок.
Я узнала случайно: след помады на воротнике, чужой запах, тихая, гадкая ложь, которая точит дом изнутри. В груди взорвался ад — не от слёз, а от ярости и унижения. Он не просил прощения: его больше волновали кредиты и карьера.
И тогда я решилась и пошла к тому, кто умеет ломать лёд тихо, без шума, но навсегда. Не со скандалом, а с точным ударом туда, где больнее всего.
- Мам, ты только не ругайся… Но я приехала к папе. Ты сама сказала тете Нине, что тебе жалко дурака.
Моя умная не по годам десятилетняя дочь говорит мне это, пока я стою и судорожно сжимаю пальцами трубку.
- Мила, не смей! Он не знает о тебе ничего! - шепчу сдавленно, понимая, что стою на пороге самого большого провала в жизни.
- Узнает! - заявляет Милана и отключает звонок.
Господи, помоги!
Мы с Андреем поженились, когда обоим было по восемнадцать, а развелись через год. Он мне изменил, и я ушла с Миланой под сердцем.
И уж точно не планировала открывать свой секрет бывшему, но однажды мой разговор с подругой услышала дочь.
У Андрея начались большие проблемы…
И дернул же меня черт сказать тогда, что мне очень жалко дурака…
Моя умная не по годам десятилетняя дочь говорит мне это, пока я стою и судорожно сжимаю пальцами трубку.
- Мила, не смей! Он не знает о тебе ничего! - шепчу сдавленно, понимая, что стою на пороге самого большого провала в жизни.
- Узнает! - заявляет Милана и отключает звонок.
Господи, помоги!
Мы с Андреем поженились, когда обоим было по восемнадцать, а развелись через год. Он мне изменил, и я ушла с Миланой под сердцем.
И уж точно не планировала открывать свой секрет бывшему, но однажды мой разговор с подругой услышала дочь.
У Андрея начались большие проблемы…
И дернул же меня черт сказать тогда, что мне очень жалко дурака…
— Так поможешь или нет? Хватит строить из себя святого!
— Не святой. Знаю. Телефон в кармане вибрирует, — он вытаскивает, смотрит на экран: жена. Отключает одним движением — Раздевайся, у меня мало времени.
— Что? Тут? Паш, давай в машине, ко мне, в гостиницу...
— Не буду уговаривать. Либо тут — или вали решать проблемы сама.
Скидываю пальто. Остаюсь в платье — зелёном шёлке, что липнет к телу, выдаёт каждый изгиб.
— Дальше давай, а то мне уже скучно. Соблазнять же пришла?
— Сволочь! — шиплю, ярость мешается с похотью, — и стягиваю платье через голову.
— Ещё? — бросаю вызов, голос дрожит.
— Не святой. Знаю. Телефон в кармане вибрирует, — он вытаскивает, смотрит на экран: жена. Отключает одним движением — Раздевайся, у меня мало времени.
— Что? Тут? Паш, давай в машине, ко мне, в гостиницу...
— Не буду уговаривать. Либо тут — или вали решать проблемы сама.
Скидываю пальто. Остаюсь в платье — зелёном шёлке, что липнет к телу, выдаёт каждый изгиб.
— Дальше давай, а то мне уже скучно. Соблазнять же пришла?
— Сволочь! — шиплю, ярость мешается с похотью, — и стягиваю платье через голову.
— Ещё? — бросаю вызов, голос дрожит.
Выберите полку для книги