Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»

Скромный IT-гений соглашается спасти семейный бизнес единственным способом: сыграть подставного жениха для дерзкой блогерши-миллионницы в четырёхдневном круизе. Его план — разрушить её репутацию. Но холодные ночи на палубе и её уязвимость за камерой превращают игру в нечто опасное. Первый поцелуй случайно или нет? — стоит дороже любых денег. Честно, химия такая, что паром закипает, трогает до мурашек и не отпускает даже после того, как сходите на берег.

Он не просил — он решил за меня.

Где я буду работать.
Где я буду жить.
И как далеко мне можно зайти.

С ним невозможно спорить.
Невозможно выиграть.
И невозможно остаться равнодушной.

Я должна держать дистанцию.

Не смотреть.
Не верить.
Не чувствовать.

Потому что если я сделаю хотя бы шаг навстречу —

обратно дороги не будет.

И самое главное правило, которое я повторяю себе каждый день:

**не смей любить его.**

❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
– Я устала делить твоего мужа с тобой! – издевательски заявила мне близкая подруга. – Эти два дня мы с твоим мужем провели вместе, как и прошлую его «командировку». Ты дешевая версия жены, безликая, бесцветная тихоня!
Я стояла, не двигаясь. Сказанное доходило медленно. Как будто сквозь воду.
– Я устала изображать подругу! – Кристина злобно ухмыльнулась. – Он не может тебя бросить из жалости. Но мы обе знаем, что он достоин лучшего.
Она сделала театральную паузу и тихо, торжествующе закончила:
– Меня.
Внутри что-то сжалось. Не резко. Не больно. Просто стало тяжело дышать.
Я делала для него всё. Работала. Следила за домом. Терпела бесконечные придирки свекрови и даже вливала собственные деньги в его бизнес.
Подруга позавидовала моей жизни и решила её украсть.
Она думает, что если уведёт моего мужа, то получит всё.
Но в итоге получает совсем не то, на что рассчитывала.

— Подписывай, Саш. Ты теперь никто. Овощ с купленным дипломом, — муж бросает мне на колени бумаги.
— Но я хирург, Сергей! Это моя квартира! А авария... — голос дрожит, в голове туман от «лекарств», которыми он меня поит.
— Была хирургом, — из нашей спальни выходит моя сестра в его рубашке. — А теперь ты обуза. Серёже нужна нормальная женщина, а не калека с трясущимися руками.
— Настя? Ты... с ним?
— Мы любим друг друга, — сестра улыбается, прижимаясь к моему мужу. — Подписывай дарственную и катись на улицу. Или в дурку. Выбирай.

— Я больше так не могу. Я задыхаюсь, — тихо сказал мой муж моей родной сестре. — Я не люблю её. Нас связывает только дочь. А рядом с тобой я чувствую себя живым.

Я стояла за дверью номера, боясь пошевелиться.

— Тогда скажи ей правду, — ответила моя сестра. — Мы давно любим друг друга.

— Не сейчас. Она болеет. Иди лучше ко мне… Когда ты передо мной, я не могу спокойно думать.

Послышался звук поцелуя.

— Я устала быть твоим тайным убежищем. Скажи ей, что мы вместе уже два года. Что мы спим, пока она ждет тебя к ужину.

— Я всё скажу ей, когда мы приедем домой с отпуска, — твердо отвечает он.

Я медленно отступаю от двери. Два года. Он изменял мне… с моей младшей сестрой.

Возвращаюсь в номер к спящей дочери. Начинаю собирать его чемодан. Пока он за стеной с моей сестрой, думая, что я сплю.

Но чуть позже я узнаю самое страшное, чего даже не подозревала, даже не догадывалась, на что способны самые близкие.

Кабинет мужа в конце коридора, немного в стороне от остальных. Дверь прикрыта, под ней полоска света.

Останавливаюсь перед дверью. Сердце колотится. Стою и не решаюсь войти, и не могу уйти.

И тут слышу…

Сначала неразборчиво, потом отчетливее. Женский голос, высокий, задыхающийся:

— Ох, как хорошо...

И его голос. Серёжкин. Такой знакомый. С придыханием:

— Сейчас будет ещё лучше.

Она придумала конференцию для тех, кто хочет вернуть бывшую любовь, а сама зарегистрировалась анонимно. Алгоритм свёл её с тем, кого она бросила три года назад. Он не знает, что это она. А она не знает, что он пришёл не прощать — он пришёл мстить. Каждая встреча — напряжённая до хруста, каждое слово — бомба с часовым механизмом. Честно, химия такая, что воздух плавится, трогает до слёз и не отпускает, пока последняя страница не выдохнет правду.

— Дима, зачем ты это сделал? Зачем она тебе?— спросила я, увидев совершенно случайно сообщение от любовницы мужа, высветившееся на экране.
— А ты не догадываешься? — Ходишь в этих своих безразмерных кофтах. Причёска — хвостик. Ни макияжа, ни каблуков А она — молодая, красивая, смотрит на меня как на мужчину. Так что ты сама во всем виновата.
Я смотрела на него. Не верила своим ушам.
— Ты меня… ты меня в этом обвиняешь?
— А кого мне ещё обвинять? — он развёл руками. — Я мужик, мне нужна ласка, внимание. А ты? У тебя всегда голова болит. То устала, то нет настроения.
Он ударил ладонью по столу.
— Ты правду хотела? Получи.
— Ты спишь с девятнадцатилетней. И это я виновата?
— А кто? Нормальные мужики не изменяют просто так. Значит, ты не давала мне того, что нужно.
— Так давай разводиться! Иди к ней!
— А бизнес? Кофейни — мои. Ты без меня — никто. Так что не рыпайся, Маша. Я никуда не пойду. Ты — жена. Дом. Семья. И ты никуда от меня не денешься.

О том, что мой брак начал рассыпаться, я догадалась не в тот вечер, когда на рубашке Ильи осталась тонкая золотистая нитка — длинная, блестящая, явно не от моего свитера и не от нашего пледа. И не тогда, когда он в третий раз за неделю пришел после полуночи — тихо открыл дверь своим ключом, аккуратно поставил ботинки у стены, бросил пиджак на стул в прихожей и, даже не заглянув на кухню, сразу пошел в душ. От воротника тянуло сладкими женскими духами, и я стояла в темной кухне, сжимая кружку, и слушала шум воды, пытаясь убедить себя, что взрослые женщины не делают выводов из запахов.

По-настоящему я поняла все утром в день нашей пятой годовщины.

Поднимаю веки. На меня смотрят три пары маленьких темных глаз.
– Где я?
– У мамы под крылышком.
– У какой мамы?
– Наша мама Веста.
– Какая ещё невеста, - приподнимаю голову, потому что тело ещё болит от вчерашних разборок между кланов.
Плечо перевязано. Свежая ткань пахнет знакомыми духами.
– Кто меня залатал?
– Она, - дети указывают на девушку, которая спит на кресле возле меня.
В ней я узнаю, ту с которой у нас был недолгий брак. А вот что здесь мелкие делают?
– Это ваша мама?
– Да. А вы наш папа? Мама говорила, что он злодей.

Я злодей каких ещё поискать. Раненый забрел на дачный участок. Хотел есть и спать. Ничего не помню. А когда очнулся, увидел трёх Мишуток. Их маму я знаю. Она моя бывшая.
Это же не могут быть мои дети? Или могут?