Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

🦋ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!🦋
— Я хочу родить ребенка! Почему вы мне отказываете в ЭКО? — я практически бегу по коридору за врачом-репродуктологом.
— Потому что вы и сами можете родить, — вздыхает доктор.
— Но, не получается уже пять лет. Я боюсь, что муж со мной разведется!
— Значит плохой муж вам попался. Найдите себе другого. Тем более, что вы совершенно здоровая женщина.
— Тогда почему у нас нет детей? Вы же и мужа моего проверяли и меня… — голос срывается, я почти плачу, шагая за врачом.
Она резко останавливается. Так резко, что я едва не врезаюсь ей в спину.
Поворачивается и тихо говорит:
— Потому что, проблема не в вас с мужем.
— А в чем?..
— Понятия не имею, — разводит руками. — Возможно, в высших силах.
Сердце делает резкий, болезненный удар и я медленно оседаю на стул у стены.
— Надежды совсем нет?..
— Ну, почему же… надежда есть всегда.
Врач отворачивается и уходит.

— Я устал, Мила, — муж тяжело вздыхает, отстраняясь от моих поцелуев. — Ты целыми днями дома сидишь, а у меня на работе ад. Элла Викторовна заставляет в выходные ехать на тимбилдинг.
— А как же наш семейный праздник? Я ведь тебе дорогие туфли к нему купила...
— О, за туфли большое спасибо. На тимбилдинг их и надену. А ты сходи одна, — муж равнодушно отворачивается к стене.
***
Я так боялась ущемить его эго, что скрывала свои высокие доходы. Я худела, покупала красивое белье и пыталась вымолить у собственного мужа каплю внимания. А он в это время собирался на выходные к молодой любовнице — дочке своего генерального директора. Он решил, что может вытереть об меня ноги, забрать общее имущество и уйти в красивую жизнь. Но я больше не удобная жена. Я верну себе свою гордость, встречу настоящего мужчину, а предатель еще захлебнется от зависти, увидев, кого он потерял.

— Они не твои.
Дамир медленно поднимает на меня глаза. В комнате становится так тихо, что я слышу собственное дыхание.
— Посмотри мне в глаза и скажи, Алиса.
Я молчу.
Он делает шаг ближе.
— Скажи, что Матвей не мой. Скажи, что Мира не моя. Скажи, что ты не носила под сердцем моих детей, когда исчезла. Скажи — и я хотя бы услышу, как звучит твоя ложь.
Меня трясет.
Пять лет назад я ушла от него беременной. Ушла,потому что думала: он предал меня. Он выбрал другую. А я была всего лишь ошибкой.
Теперь Дамир снова ворвался в мою жизнь —властный, холодный, опасный. Он мой новый босс.Мой бывший. Мужчина, от которого у меня тайная двойня.
Я готова на все, чтобы защитить детей. Особенно Миру, которой срочно нужна помощь врачей.
Но Дамир больше не верит моим словам.
Он хочет правду.
Он хочет ДНК-тест.
Он хочет вернуть то, что я скрывала пять лет.
Только если он узнает всю правду о прошлом,сможет ли простить меня?
И что будет, когда выяснится: нас разлучили неслучайно?

– Ходишь тут с кислой рожей, как будто вселенское горе. Люди умирают. Это нормально. Хватит корчить из себя страдалицу! – цедит муж раздраженно.
Я не верю своим ушам. Нет, я знала, что похороны тёщи испортили ему настроение, но чтобы настолько, что из него полезло вот это…
– Уйди, Вячеслав, – хриплю. – Сегодня ночуешь на диване.
Тот фыркает, поднимаясь.
– Смотри, кого выгоняешь, как бы пожалеть не пришлось!
Даже не возражает особо, как будто и рад такому раскладу.
Но скоро понимаю, почему.
– Я же говорил, пожалеешь, – усмехается ехидно, когда я застаю его в спальне со своей сестрой. – Только не ори. Не только у тебя одной тут несчастье.

И я осталась одна в доме любимой матери, которой больше нет, в заметенной снегом деревне, из которой не выехать. С двумя предателями, которые решили меня добить.
Но загнанные в угол женщины порою опасны. Этого они не учли.
Как и того, что у меня вдруг может найтись сильный союзник, который окажется им не по зубам.

– Мамочка, – нежно прижимается ко мне малышка.
– Что же вы за ребенком не следите? – высказываю бате-байкеру, который на две головы меня выше и вообще напоминает огромного медведя.
– Так я один ее воспитываю. Кстати, с нами идете.
– Это похищение, что ли? – смеюсь.
– Ну почти, – отвечает на полном серьезе отец-молодец. – Вы становитесь Наталке мамой, а я решаю все ваши проблемы, лады?

— Ты сволочь!
— Твой муж тебе изменил, а сволочь я? — Баха слегка вскинул брови, и в его голосе проскользнула едва заметная усмешка.
— Проваливай из моего дома.
Он не двинулся с места. Напротив, сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. В воздухе отчетливо пахнуло его парфюмом и дорогим виски — запахом, который всегда ассоциировался у меня с опасностью и чуждой, разгульной жизнью.
— А хочешь, я помогу тебе отомстить твоему мужу? — тихо спросил он.
Я опешила от такой наглости. Логика происходящего окончательно ускользала от меня.
— Как? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.
Баха мазнул коротким взглядом по измятым простыням, где еще минуту назад был Дамир. И снова посмотрел на меня.

— Любимая, — говорит он. — У меня для тебя сюрприз.
Ложечка замирает в моих пальцах.
— Коть, что такое? — Женский голос взлетает, звенит. — Ну не тяни, покажи скорее!
— Не всё сразу. Сначала угадай.
— Ой, ну я не умею угадывать, ты же знаешь! Кирюш, ну скажи, я сейчас лопну!
Кирюш.
Я перестаю дышать.
Не «мало ли похожих голосов». Не «показалось». Это он. Мой муж. Пять лет один голос, я узнаю его в толпе, в темноте, сквозь стену. И это его «Любимая», сказанное так, как он не говорил мне уже очень давно.
— Ладно, ладно, — смеётся он. — Помнишь, ты говорила, что мечтаешь вырваться? По-настоящему, а не на выходные?
— Ага…
— Собирай чемодан. Мы летим.
Пауза. Короткий, взахлёб, вдох.
Я узнаю этот вдох раньше, чем она произносит хоть слово. Я слышала его тысячу раз. Когда ей дарили цветы. Когда мы находили платье со скидкой. Когда я говорила ей: всё наладится, слышишь, всё будет хорошо.
Потому что это Лера.
Моя Лера. Моя подруга.

Он привык отдавать приказы. Она не привыкла им подчиняться.
Полковник Александр Воронов прошел не одну горячую точку, заслужил погоны, уважение и репутацию человека, который никогда не ошибается. После долгих лет службы его переводят в Москву руководить управлением Министерства обороны. Мирная жизнь оказывается куда сложнее войны.
Екатерина Лазарева остается без работы после ухода прежнего начальника на пенсию. Новый руководитель приходит со своей секретаршей, а ей предлагают перевод в другое управление. Она соглашается, даже не подозревая, что ее новым начальником станет человек, для которого дисциплина важнее человеческих чувств.
Их первая встреча заканчивается взаимной неприязнью. Каждый рабочий день превращается в новое столкновение характеров. Она считает его холодным и невыносимым. Он уверен, что рядом с ним не задержится ни один гражданский сотрудник.
История о сильном мужчине, который разучился доверять, и женщине, сумевшей вернуть его к жизни.

Мачеха и сводная сестра отправили меня за решётку за преступление которого я не совершала. Они сделали так, чтобы я сгнила в самой жестокой тюрьме страны. Тогда я ещё не знала, что настоящий приговор ждёт меня вовсе не в зале суда. Он ждал меня здесь — среди людей, которые давно забыли, что такое сострадание. В этом месте не существовало законов, кроме права сильного. Здесь не было жалости к слабым, не было справедливости, не было второго шанса. Здесь дрались за еду, а иногда — просто потому, что кому-то стало скучно. И именно здесь судьба столкнула меня с мужчиной, которого боялись даже самые жестокие заключённые. Я боялась его не меньше остальных, потому что в его холодных глазах не было ничего человеческого. Но именно к нему меня тянуло сильнее всего. К мужчине, которому не нужна была обуза. К мужчине, который скорее позволил бы мне погибнуть, чем признался бы, что я ему нужна.

— Тише.
— Не смей говорить мне «тише».
— Разбудишь Соню.
— Ах да. Соня. У нас ведь есть ребенок. Удивительно, что ты помнишь.
— Ева, я собирался поговорить.
— Сегодня? После того как закончил бы с ней? Или Милана выдала тебе разрешение? «Когда ты ей скажешь?» — очень деловой вопрос. У вас, наверное, и срок сдачи проекта был согласован.
На имени любовницы его лицо едва заметно изменилось.
— Не надо превращать это в базар.
— А во что мне это превращать? В семейный совет? Налить тебе кофе, положить печенье и вежливо уточнить, давно ли ты спишь с другой женщиной?
Он не ответил. Молчание растянулось между нами черным проводом, и я чувствовала, как он затягивается вокруг горла.
— Сколько?
Марк посмотрел прямо на меня.
— Четыре месяца.