Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
Муж мне изменил и обвинил меня в своей неверности. Моя мать и подруги не могут понять, почему я делаю из этого факта трагедию. Все мужики изменяют. Теперь передо мной два варианта развития событий: сохранить свою обеспеченную жизнь и стать такой, как он хочет – раскованной женщиной-вамп, или послать этого му…ка к его секретарше и зажить новой жизнью
«С днём рождения, Анечка. 6 лет».
Я нашла эту свечку в багажнике мужа. Вместе с розовым детским креслом и чужим кардиганом.
У нас с Игорем один сын. Миша и ему восемь.
Анечка — дочь моего мужа от другой женщины. В другой жизни, о которой я не знала 6 лет.
Я думала, хуже измены ничего нет. Но оказалось, есть вещи страшнее. Например, понять, что твой муж — не просто любовник, а искусный лжец. А та, другая — не разлучница, а ещё одна жертва его «любви».
Теперь я должна решить: бороться за то, что было нашей семьёй или начать всё с нуля?
А ещё есть Андрей. Хмурый, молчаливый, слишком наблюдательный. Тот, кто ничего не обещает. Тот, кто появился слишком вовремя… или наоборот слишком поздно?
Что мне выбрать: простить, забыть или сжечь мосты?
Я нашла эту свечку в багажнике мужа. Вместе с розовым детским креслом и чужим кардиганом.
У нас с Игорем один сын. Миша и ему восемь.
Анечка — дочь моего мужа от другой женщины. В другой жизни, о которой я не знала 6 лет.
Я думала, хуже измены ничего нет. Но оказалось, есть вещи страшнее. Например, понять, что твой муж — не просто любовник, а искусный лжец. А та, другая — не разлучница, а ещё одна жертва его «любви».
Теперь я должна решить: бороться за то, что было нашей семьёй или начать всё с нуля?
А ещё есть Андрей. Хмурый, молчаливый, слишком наблюдательный. Тот, кто ничего не обещает. Тот, кто появился слишком вовремя… или наоборот слишком поздно?
Что мне выбрать: простить, забыть или сжечь мосты?
- Ника… - хрипло говорит муж в реанимации, тяжело дыша. - Я должен был тебе признаться давно… у меня есть другая семья, двое детей... и моя дочь сейчас беременна... Но это не самое страшное.
- Давай потом, - быстро шепчу я, сжимая его руку. - Пожалуйста, не сейчас. Все это ерунда, слышишь? Мы потом разберемся. Ты только выживи...
- Я чувствую, что уже не поправлюсь, поэтому я должен сказать тебе все… - он делает мучительный вдох и смотрит на меня так странно, так тяжело, что внутри начинает подниматься ужас. - Есть кое-что страшнее измены... и я сделал это с тобой двадцать лет назад…
Когда-то давно я уже пережила предательство, после которого едва смогла выжить. Я научилась доверять только одному человеку - собственному мужу.
И теперь именно он разрушает мою жизнь признанием, после которого вся моя жизнь оказывается построенной на лжи...
- Давай потом, - быстро шепчу я, сжимая его руку. - Пожалуйста, не сейчас. Все это ерунда, слышишь? Мы потом разберемся. Ты только выживи...
- Я чувствую, что уже не поправлюсь, поэтому я должен сказать тебе все… - он делает мучительный вдох и смотрит на меня так странно, так тяжело, что внутри начинает подниматься ужас. - Есть кое-что страшнее измены... и я сделал это с тобой двадцать лет назад…
Когда-то давно я уже пережила предательство, после которого едва смогла выжить. Я научилась доверять только одному человеку - собственному мужу.
И теперь именно он разрушает мою жизнь признанием, после которого вся моя жизнь оказывается построенной на лжи...
Сначала он попросил меня немного накачать губы. Затем - нарастить и перекрасить волосы. Потом вставить грудь, следом - убрать пару рёбер…
Я делала почти всё, чего желал муж, пока не поняла: он пытается вылепить из меня улучшенную версию своей бывшей, о которой грезит до сих пор…
- Я знаю, что ты не забыл Анжелу, Егор…
Смотрю в наглые глаза предателя, накануне этого прочитав его переписку с бывшей.
- Не только не забыл, но мы с ней снова вместе, - совершенно спокойно признаётся муж.
Я хватаю ртом кислород и уточняю:
- Тогда зачем тебе я?
Он пожимает плечами и отвечает ровно:
- Ты сама знаешь, для чего нужна, Таня. Мне с тобой хорошо в постели.
Наш брак оказался ложью. Но самое страшное вовсе не это. Стараясь угодить мужу, кажется, я совершенно перестала быть самой собой.
Я делала почти всё, чего желал муж, пока не поняла: он пытается вылепить из меня улучшенную версию своей бывшей, о которой грезит до сих пор…
- Я знаю, что ты не забыл Анжелу, Егор…
Смотрю в наглые глаза предателя, накануне этого прочитав его переписку с бывшей.
- Не только не забыл, но мы с ней снова вместе, - совершенно спокойно признаётся муж.
Я хватаю ртом кислород и уточняю:
- Тогда зачем тебе я?
Он пожимает плечами и отвечает ровно:
- Ты сама знаешь, для чего нужна, Таня. Мне с тобой хорошо в постели.
Наш брак оказался ложью. Но самое страшное вовсе не это. Стараясь угодить мужу, кажется, я совершенно перестала быть самой собой.
– Тёть Соня! Гошу сбили!
Моего сына сбила самокатчица в парке, когда он гулял с друзьями.
– Мам… – у сына белые губы. – Я руку сломал. Мне больно.
– Больно ему! – капризный голос. – Да он сам мне под колёса кинулся!
Девица в шортиках. Рыжая. И я её где-то видела...
– Да ты знаешь, сколько мой айфон стоит?! – презрительно смотрит на меня. – Я скажу любимому, что разбила телефончик из-за твоего тупого пацана! Тебе не жить, курица!
– Заткнись, – цежу. – Полиция разберётся.
На обочине тормозит чёрный «Мерседес».
Муж.
Срывается. Бежит к нам.
Но я не говорила ему. Не успела. Откуда он узнал?
– Вить…
Он пробегает мимо. Даже не взглянул на сына. Присаживается на корточки рядом с самокатчицей и тихо спрашивает:
– Ты в порядке, пусён?
Хорошо, дорогой. Иди к своей пусёне.
Ты купил дочь. Покалечил сына. Подставил меня.
Но я не буду просить пощады.
Потому что умолять будешь ты, когда твоя новая жизнь превратится в ад!
Моего сына сбила самокатчица в парке, когда он гулял с друзьями.
– Мам… – у сына белые губы. – Я руку сломал. Мне больно.
– Больно ему! – капризный голос. – Да он сам мне под колёса кинулся!
Девица в шортиках. Рыжая. И я её где-то видела...
– Да ты знаешь, сколько мой айфон стоит?! – презрительно смотрит на меня. – Я скажу любимому, что разбила телефончик из-за твоего тупого пацана! Тебе не жить, курица!
– Заткнись, – цежу. – Полиция разберётся.
На обочине тормозит чёрный «Мерседес».
Муж.
Срывается. Бежит к нам.
Но я не говорила ему. Не успела. Откуда он узнал?
– Вить…
Он пробегает мимо. Даже не взглянул на сына. Присаживается на корточки рядом с самокатчицей и тихо спрашивает:
– Ты в порядке, пусён?
Хорошо, дорогой. Иди к своей пусёне.
Ты купил дочь. Покалечил сына. Подставил меня.
Но я не буду просить пощады.
Потому что умолять будешь ты, когда твоя новая жизнь превратится в ад!
— Яна появилась, — все-таки выдыхаю правду.
— В каком смысле появилась? Приехала? Позвонила? Нашла тебя в соцсетях?
— Резюме прислала. Хочет устроиться ко мне помощницей.
Денис молчит.
— И что ты? Нанял ее? — голос низкий, опасный, с хрипотцой.
— Нет. Пригласил на собеседование. В пятницу.
Он откидывается на спинку стула и смотрит на меня так, будто я признался, что продал его семью в рабство.
— Ты идиот? — психует он. — Нет, ты не идиот. Ты — самоубийца. Ты, ученый с большой буквы, который решил проверить на себе действие электрического стула.
— Денис…
— Она тебя разоблачит, Влас. Она испортит все планы.
Я сглатываю. Ком в горле становится еще больше.
— У нее есть ребенок. Сын. Два года два месяца.
Друг замирает. Весь его громкий, нахальный образ осыпается, оставляя голую растерянность.
— Два года?
— Да. Я могу быть его отцом.
— В каком смысле появилась? Приехала? Позвонила? Нашла тебя в соцсетях?
— Резюме прислала. Хочет устроиться ко мне помощницей.
Денис молчит.
— И что ты? Нанял ее? — голос низкий, опасный, с хрипотцой.
— Нет. Пригласил на собеседование. В пятницу.
Он откидывается на спинку стула и смотрит на меня так, будто я признался, что продал его семью в рабство.
— Ты идиот? — психует он. — Нет, ты не идиот. Ты — самоубийца. Ты, ученый с большой буквы, который решил проверить на себе действие электрического стула.
— Денис…
— Она тебя разоблачит, Влас. Она испортит все планы.
Я сглатываю. Ком в горле становится еще больше.
— У нее есть ребенок. Сын. Два года два месяца.
Друг замирает. Весь его громкий, нахальный образ осыпается, оставляя голую растерянность.
— Два года?
— Да. Я могу быть его отцом.
— Марта… — голос Кирилла прозвучал за спиной. — Подожди. Это не то, что ты думаешь.
Я медленно повернулась к нему. Смешно.
Мужчины всегда говорят эту фразу в момент, когда ты уже всё увидела.
— Не то? — я посмотрела на мужа. — Кирилл, ты целовал её в служебном коридоре на собственном юбилее. Пока в зале наша дочь смотрела видео про любимого папу. Очень интересно, что именно я должна была подумать?
Он побледнел. Полина отвела взгляд, но поздно.
— Марта Викторовна, — произнесла она тихо. — Вы всё неправильно понимаете.
Я улыбнулась.
— Правда? Тогда объясни правильно. Только без этой дешёвой жалости в голосе.
В тот вечер я пришла на юбилей мужа уверенной женщиной: женой, партнёром, матерью, хозяйкой праздника и жизни, которую строила двадцать лет.
А ушла — женщиной, у которой за один вечер отняли почти всё.
Муж изменял с молодой сотрудницей.
Дочь видела больше, чем должна была.
Семья мужа просит «не рубить с плеча».
А позже выяснится: измена — только верхний слой грязи...
Я медленно повернулась к нему. Смешно.
Мужчины всегда говорят эту фразу в момент, когда ты уже всё увидела.
— Не то? — я посмотрела на мужа. — Кирилл, ты целовал её в служебном коридоре на собственном юбилее. Пока в зале наша дочь смотрела видео про любимого папу. Очень интересно, что именно я должна была подумать?
Он побледнел. Полина отвела взгляд, но поздно.
— Марта Викторовна, — произнесла она тихо. — Вы всё неправильно понимаете.
Я улыбнулась.
— Правда? Тогда объясни правильно. Только без этой дешёвой жалости в голосе.
В тот вечер я пришла на юбилей мужа уверенной женщиной: женой, партнёром, матерью, хозяйкой праздника и жизни, которую строила двадцать лет.
А ушла — женщиной, у которой за один вечер отняли почти всё.
Муж изменял с молодой сотрудницей.
Дочь видела больше, чем должна была.
Семья мужа просит «не рубить с плеча».
А позже выяснится: измена — только верхний слой грязи...
🩷🤍🩷 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩷🤍🩷 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🩷🤍🩷
— Посмотри на себя в зеркало, Полина. Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь в этих обтягивающих лосинах?
— Я пришла сюда тренироваться, Давид Давидович... А не выслушивать ваши гадости!
— Тренироваться? — он опасно придвигается, вжимая меня спиной в холодное зеркало. — В моем зале правила просты: либо ты делаешь то, что я скажу, либо...
— Либо что? — выдыхаю я, чувствуя, как его горячая ладонь ложится мне на талию.
— Либо я сам займусь твоей «кардио-нагрузкой». Прямо здесь. На глазах у всех.
— Посмотри на себя в зеркало, Полина. Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь в этих обтягивающих лосинах?
— Я пришла сюда тренироваться, Давид Давидович... А не выслушивать ваши гадости!
— Тренироваться? — он опасно придвигается, вжимая меня спиной в холодное зеркало. — В моем зале правила просты: либо ты делаешь то, что я скажу, либо...
— Либо что? — выдыхаю я, чувствуя, как его горячая ладонь ложится мне на талию.
— Либо я сам займусь твоей «кардио-нагрузкой». Прямо здесь. На глазах у всех.
— Кто ты? — спросила я у своего отражения в мутном зеркале.
Бледная кожа, потухший взгляд. Это не я. Это то, что от меня осталось после его ухода.
— Хватит.
Всего одно слово, чтобы бросить всё и рвануть по трассе в неизвестность.
Впереди — сотни километров и случайная встреча в маленькой пекарне, которая изменит всё. Он не задает лишних вопросов. Он просто протягивает мне теплую булочку и говорит: «Завтра будет вишневый пирог. Приходите».
И я приду. Потому что я больше не боюсь тишины.
Бледная кожа, потухший взгляд. Это не я. Это то, что от меня осталось после его ухода.
— Хватит.
Всего одно слово, чтобы бросить всё и рвануть по трассе в неизвестность.
Впереди — сотни километров и случайная встреча в маленькой пекарне, которая изменит всё. Он не задает лишних вопросов. Он просто протягивает мне теплую булочку и говорит: «Завтра будет вишневый пирог. Приходите».
И я приду. Потому что я больше не боюсь тишины.
Я увидела измену мужа из окна автобуса - он залез рукой под юбку молодой девушки. А дальше только хуже. Я узнала, что он планировал растоптать мою жизнь и оставить ни с чем.
Но не на ту напал! Тем более, когда на моей стороне один крутой полковник
Но не на ту напал! Тем более, когда на моей стороне один крутой полковник
Русские романы
Выберите полку для книги