Книги по тегу «невинная героиня»: ""
— Проходи... Здесь будет твоя комната. Нравится?
Я шагаю по просторному помещению прямо к распахнотому балкону и вдыхаю запах лета и морской бриз, который доносится с лазурного берега моря. Затем медленно поворачиваюсь к Игнату.
Он так изменился за эти три года... Мой сводный брат. Стал, кажется, ещё больше и выше. Борода придаёт ему возраста. И он по-прежнему остаётся самым красивым мужчиной, которого я знала. Красивым и недоступным.
— Да... Очень уютно... Спасибо тебе.
— Не за что, Рит. Если что-то будет нужно — только скажи.
___
Когда-то моя мама полюбила мужчину. У него был взрослый сын — Игнат. И мы жили вместе одной большой семьёй. И как обычная юная девушка я влюбилась в Игната. Но он смотрел будто сквозь меня. И мне даже порой казалось, что он меня ненавидит. Потом мне пришлось уехать на учёбу. Наши родители погибли при загадочных обстоятельствах. И когда я вернулась — всё между нами изменилось. Просто раньше я не знала тайну, которую от меня скрывали... Теперь
Я шагаю по просторному помещению прямо к распахнотому балкону и вдыхаю запах лета и морской бриз, который доносится с лазурного берега моря. Затем медленно поворачиваюсь к Игнату.
Он так изменился за эти три года... Мой сводный брат. Стал, кажется, ещё больше и выше. Борода придаёт ему возраста. И он по-прежнему остаётся самым красивым мужчиной, которого я знала. Красивым и недоступным.
— Да... Очень уютно... Спасибо тебе.
— Не за что, Рит. Если что-то будет нужно — только скажи.
___
Когда-то моя мама полюбила мужчину. У него был взрослый сын — Игнат. И мы жили вместе одной большой семьёй. И как обычная юная девушка я влюбилась в Игната. Но он смотрел будто сквозь меня. И мне даже порой казалось, что он меня ненавидит. Потом мне пришлось уехать на учёбу. Наши родители погибли при загадочных обстоятельствах. И когда я вернулась — всё между нами изменилось. Просто раньше я не знала тайну, которую от меня скрывали... Теперь
Отчаянная потребность в деньгах и болезнь матери толкает меня откликнутся на сомнительную вакансию "помощницы по хозяйству".
Подозрительно большая зарплата, еще и берут кандидаток без опыта... - отсылая резюме, я была уверена, что есть подвох.
И не ошиблась. Место работы оказалось роскошным особняком, а работодатели — двумя братьями-мажорами, один из которых встретил меня... в одном полотенце, а второй беззастенчиво намекнул, что мне пойдет форма горничной.
Надо было отказаться, едва ступив за порог, но безвыходное положение и упрямство заставило меня дать наглым мажорам второй шанс...
Подозрительно большая зарплата, еще и берут кандидаток без опыта... - отсылая резюме, я была уверена, что есть подвох.
И не ошиблась. Место работы оказалось роскошным особняком, а работодатели — двумя братьями-мажорами, один из которых встретил меня... в одном полотенце, а второй беззастенчиво намекнул, что мне пойдет форма горничной.
Надо было отказаться, едва ступив за порог, но безвыходное положение и упрямство заставило меня дать наглым мажорам второй шанс...
— Тоже не спится, Алина? — тихо спросил отец подруги, протягивая руку.
Я замерла, боясь пошевелиться. Его пальцы, медленно, почти невесомо коснулись моего плеча, а затем скользнули ниже, по воротнику халата. Я почувствовала, как по телу прошла волна дрожи.
— В доме нет света… Я проснулась от грома за окном и пришла выпить воды, — мой голос сорвался на жалкий шепот.
— Выключили, — согласился он, но его это, казалось, совершенно не волновало. Его пальцы продолжали медленно опускаться вниз, ведя по шёлковой ткани, пока не остановились у самой груди. — А мне кажется, дело не в свете. Ты дрожишь, малыш. И эта дрожь... она ведь не от страха бури? Верно?
Я замерла, боясь пошевелиться. Его пальцы, медленно, почти невесомо коснулись моего плеча, а затем скользнули ниже, по воротнику халата. Я почувствовала, как по телу прошла волна дрожи.
— В доме нет света… Я проснулась от грома за окном и пришла выпить воды, — мой голос сорвался на жалкий шепот.
— Выключили, — согласился он, но его это, казалось, совершенно не волновало. Его пальцы продолжали медленно опускаться вниз, ведя по шёлковой ткани, пока не остановились у самой груди. — А мне кажется, дело не в свете. Ты дрожишь, малыш. И эта дрожь... она ведь не от страха бури? Верно?
– Выйдите немедленно! – кричу на отца своего жениха, прикрываясь халатиком.
– Не смей повышать на меня голос! – рявкает он.
Подходит ко мне, хватает за подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза.
– Что вы делаете?! Я невеста вашего сына!
– Ты моя игрушка! И брачная ночь у тебя будет со мной! Это расплата за то, что ты сделала, кукла!
– Не смей повышать на меня голос! – рявкает он.
Подходит ко мне, хватает за подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза.
– Что вы делаете?! Я невеста вашего сына!
– Ты моя игрушка! И брачная ночь у тебя будет со мной! Это расплата за то, что ты сделала, кукла!
Я не умею сдаваться. И когда меня сосватали за самого жестокого графа в стране, решила сделать всё, что в моих силах, чтобы избежать этой участи. Но как добиться желаемой свободы, если крылатый эрлинг стал моим стражем?
Разве что… соблазнить его и вынудить помочь. Ведь тому, кто способен менять судьбы целых народов, ничего не будет стоить моё спасение. Главное, не забыться и не отдать своё сердце, ведь эта одержимость не вечна: эрлинги никогда не влюбляются в земных женщин. Впрочем, поздно…
Разве что… соблазнить его и вынудить помочь. Ведь тому, кто способен менять судьбы целых народов, ничего не будет стоить моё спасение. Главное, не забыться и не отдать своё сердце, ведь эта одержимость не вечна: эрлинги никогда не влюбляются в земных женщин. Впрочем, поздно…
– Пусти… – выдохнула она хрипло.
– Заткнись. – Я провёл большим пальцем по её нижней губе, размазывая блеск для губ. – Ты теперь в моих горах. Здесь нет твоего деда. Нет охраны. Нет слова «нет». Здесь только я и ты. И я собираюсь тебя объездить так, чтобы ты потом на других мужиков смотреть не могла.
Я совершила роковую ошибку — влюбилась в своего палача. И теперь, когда я готова ползать перед ним на коленях, он смотрит на меня с ледяным равнодушием. Способен ли этот гордый горец на любовь?
– Заткнись. – Я провёл большим пальцем по её нижней губе, размазывая блеск для губ. – Ты теперь в моих горах. Здесь нет твоего деда. Нет охраны. Нет слова «нет». Здесь только я и ты. И я собираюсь тебя объездить так, чтобы ты потом на других мужиков смотреть не могла.
Я совершила роковую ошибку — влюбилась в своего палача. И теперь, когда я готова ползать перед ним на коленях, он смотрит на меня с ледяным равнодушием. Способен ли этот гордый горец на любовь?
– Где я? – спрашиваю своего похитителя.
На его лице маска, а голос изменен.
– В бункере. Глубоко под землей.
Я смотрю то на этого маньяка, то на цепь на собственной лодыжке.
– Псих! – выкрикиваю.
– Может быть, но сейчас ты зависишь от меня. Живешь только потому, что я так хочу, и будешь делать, что я захочу.
– Чего тебе надо?
– Сними это платье, – приказывает мне как собаке.
На его лице маска, а голос изменен.
– В бункере. Глубоко под землей.
Я смотрю то на этого маньяка, то на цепь на собственной лодыжке.
– Псих! – выкрикиваю.
– Может быть, но сейчас ты зависишь от меня. Живешь только потому, что я так хочу, и будешь делать, что я захочу.
– Чего тебе надо?
– Сними это платье, – приказывает мне как собаке.
♥️🤍♥️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ♥️🤍♥️ ТОЛЬКО СЕГОДНЯ СВЕРХНИЗКАЯ ЦЕНА ♥️🤍♥️
— Марьяна, ты хоть понимаешь, что сейчас творишь? — его голос вибрирует, проходя сквозь меня ледяной дрожью.
Я судорожно сглатываю, вжимаясь в спинку кресла. Его ладонь намертво перекрывает мой путь к отступлению.
— Я... я просто работаю, Ярослав Николаевич.
— Работаешь? — он усмехается, и эта ухмылка лишает меня остатков воли. — Ты играешь со мной в опасные игры, сладкая.
В дверях кабинета замирает Карина, сжимая в руках папки.
— Ярослав, ты же не хочешь связываться с этой... неликвидной девицей? — цедит она, не скрывая ненависти.
Он медленно переводит на нее взгляд, а затем снова возвращается ко мне. Его пальцы грубо, касаются моего подбородка.
— Она — мой самый ценный трофей, Карина. И теперь она принадлежит только мне.
— Но я же... — лепечет она.
— Ты уволена. А ты, Марьяна... — он наклоняется к самому моему уху, и от его дыхания по телу бегут искры. — Ты придешь ко мне сегодня в десять.
— Марьяна, ты хоть понимаешь, что сейчас творишь? — его голос вибрирует, проходя сквозь меня ледяной дрожью.
Я судорожно сглатываю, вжимаясь в спинку кресла. Его ладонь намертво перекрывает мой путь к отступлению.
— Я... я просто работаю, Ярослав Николаевич.
— Работаешь? — он усмехается, и эта ухмылка лишает меня остатков воли. — Ты играешь со мной в опасные игры, сладкая.
В дверях кабинета замирает Карина, сжимая в руках папки.
— Ярослав, ты же не хочешь связываться с этой... неликвидной девицей? — цедит она, не скрывая ненависти.
Он медленно переводит на нее взгляд, а затем снова возвращается ко мне. Его пальцы грубо, касаются моего подбородка.
— Она — мой самый ценный трофей, Карина. И теперь она принадлежит только мне.
— Но я же... — лепечет она.
— Ты уволена. А ты, Марьяна... — он наклоняется к самому моему уху, и от его дыхания по телу бегут искры. — Ты придешь ко мне сегодня в десять.
– Ты едешь напрямую к господину Вернеру. Это один из богатейших альф нашего штата! Считай это высшим достижением для такой безродной омеги, как ты, Айви Лайт.
Я сжала пальцы на коленях, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Просуществовав в этом приюте бесконечных пять лет, я так и не свыклась с мыслью, что моя семья отказалась от меня. Что меня больше не зовут Айви Гилмор.
Моя жизнь была расписана на годы вперед: после выпуска из приюта для омег меня, как ценную посылку, отправили к будущему хозяину. Только вот «посылка» не дошла до адресата – я стала добычей того, кто плевать хотел на законы общества.
Он – зверь. Опасный, жестокий, покрытый шрамами на теле и душе.
Он присвоил меня без права на свободу, потому что с первой секунды посчитал своей законной собственностью.
Я для него – лишь случайный трофей, но его властные объятия лишают меня воли. Смогу ли я сбежать и… захочу ли?
Я сжала пальцы на коленях, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Просуществовав в этом приюте бесконечных пять лет, я так и не свыклась с мыслью, что моя семья отказалась от меня. Что меня больше не зовут Айви Гилмор.
Моя жизнь была расписана на годы вперед: после выпуска из приюта для омег меня, как ценную посылку, отправили к будущему хозяину. Только вот «посылка» не дошла до адресата – я стала добычей того, кто плевать хотел на законы общества.
Он – зверь. Опасный, жестокий, покрытый шрамами на теле и душе.
Он присвоил меня без права на свободу, потому что с первой секунды посчитал своей законной собственностью.
Я для него – лишь случайный трофей, но его властные объятия лишают меня воли. Смогу ли я сбежать и… захочу ли?
Посреди приемной обнаружилась пожилая женщина в очках. Рядом с ней стояла девочка лет пяти в голубом платье. И свистела в свисток.
— Не свисти, а то у папы денег на алименты не будет, — сказала женщина.
— Что? — спросил я.
— Руслан Сергеевич, это ваша дочь, — ответила женщина. — Мама-то у нас чуток приболела. Придется вам пока о Василисе позаботиться.
— Что? — спросил я.
— Это твой папа, Василиса, — обратилась женщина к девочке. — Папа очень рад с тобой познакомиться. Постарайся его не расстраивать и сильно не обижать.
— Уж как получится… — засомневалась Василиса.
— Не свисти, а то у папы денег на алименты не будет, — сказала женщина.
— Что? — спросил я.
— Руслан Сергеевич, это ваша дочь, — ответила женщина. — Мама-то у нас чуток приболела. Придется вам пока о Василисе позаботиться.
— Что? — спросил я.
— Это твой папа, Василиса, — обратилась женщина к девочке. — Папа очень рад с тобой познакомиться. Постарайся его не расстраивать и сильно не обижать.
— Уж как получится… — засомневалась Василиса.
Выберите полку для книги