Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Ты ведь меня убьёшь, если я подойду ближе.
— Я врач, Хасаев. Я могу сделать так, что ты будешь умолять меня о смерти. Но вместо этого я тебя спасу. А вот потом — убью.
Что делать, если на твоём пороге истекают кровью два бандита? Правильный ответ — звонить в полицию. Мой ответ — затащить их в квартиру и залатать, потому что я врач, и моя клятва не делит людей на хороших и плохих. Я думала, на этом всё закончится, и я смогу забыть его пронзительные тёмные глаза и боль, которую он стоически терпел под моими пальцами.
Его благодарностью стали новая мебель вместо моей, пропитанной кровью, и его мрачная тень, неотступно следующая за мной. Он решил, что я его. Я решила, что он сумасшедший. А потом я попросила его сыграть моего жениха перед моей семьёй на свадьбе моего бывшего.
С этого и начался наш путь — от обжигающей ненависти до любви на острие ножа, где одно неверное движение могло стоить нам обоим жизни. И теперь, чтобы спасти его, мне придётся его убить. Хотя бы для всех осталь

– Я этого так не оставлю, – цежу. – Не позволю тебе обокрасть нас.
– Ты преувеличиваешь, – отзывается муж. – Я заработал эти деньги и имею права потратить их, как сочту нужным. Ты всегда всё делала, не посоветовавшись со мной. Вот, теперь почувствуй себя в моей шкуре.
– Так ты просто мне мстишь? – усмехаюсь. – Так мог бы просто прокутить деньги, а не спускать их на…
– Не нарывайся, – предупреждает. – Марина – святая женщина! Ты ногтя её не стоишь! Климат в семье зависит от женщины. А ты всё пашешь, как лошадь, забросила всех. Ты… ты сама виновата, что всё так получилось!

Итог двадцати пяти лет брака – беременная любовница мужа. И всё бы ничего, но муж хочет купить её дочери квартиру!
А наша дочь дружит с будущей «сестрой».
Но я не позволю себя обобрать!
Пусть проблемы сыпятся одна за другой, а по ходу пьесы появляются интересные персонажи...

Счастливая жизнь Бьянки рухнула в одночасье, когда властный и жестокий мужчина поставил её перед выбором. Ради спасения любимого мужа, в выборе она не сомневалась, но вот выполнить условия сделки оказалось намного сложнее. Кто она теперь? Заложница, любовница или красивая игрушка опасного мужчины, жизнь с которым постоянно как на вулкане? Бескомпромиссный, жестокий, властный он требует слишком многого, но и открывает ей новый мир страсти, её внутреннюю сексуальность, делает её сильнее…

Всё же её душа рвётся на свободу, а мысли и мечты к другому мужчине. На что Бьянка готова пойти, чтобы, вырвавшись из золотой клетки, обрести свободу и любовь?
Заклятые «братья» и чужая женщина. Чем обернётся этот многоугольник?
Ведь в её сердце может быть только один…

Я, как в бреду, как в тумане, пыталась отшатнуться, но не смогла, мои руки коснулись его сильных плеч, губы слились в единое целое. Это был взрыв, самый настоящий взрыв. Я, и, наверное, он, понимали оба что мы совершаем ошибку, что это их с Аленой дом, что это грех, но было поздно. Мы не могли остановиться. Ни я ни он. Его губы все сильнее впивались в мои, руки бродили вдоль моего тела, заставляя меня забыть обо всем, заставляя меня полностью раствориться в нем, в мужчине которого я полюбила, кажется, как только впервые увидела, и уже не могла ни жить без него, не дышать. Внутри все кипело, тело горело от его сильных рук, которые умело ласкали меня, только в его руках, я растворялась и отдавалась полностью чувствам, только с ним, я становилась сама собой.

- Яна! Глупая моя девочка! Как я скучал, ты даже себе представить не можешь! Волком выл по тебе!
Слеза падает с моих ресниц, прямо мне на щеку, но он, тут же не сводя с меня глаз, слизывает ее.
- Не гони меня больше от себя никогда, прошу!
Руки Артема до боли сжали мою грудь. Я застонала не в силах сдерживаться.
- Никогда не прогоню, клянусь! Больше никогда не прогоню от себя, девочка!
Его губы завладевают моим ртом, а мне вновь становится нечем дышать, я вдыхаю его запах и опять схожу с ума, с ума от осознания что сейчас, он рядом, он мой, мой и больше ничей…

Годовщина. Нашему браку 23 года. В столовую вошли двое мужчин в форме.
Полиция. Мир замер.
— Ксения Викторовна Алексеева? — спросил старший из них, глядя мне прямо в глаза.
— Да... — прошептала я, и голос застрял в горле.
— Вы арестованы по подозрению в убийстве вашего сына, Максима Георгиевича Алексеева. Вы имеете право хранить молчание...
Дальше я не слышала ничего. Убийство. Максима. Моего сына.
— ЧТО?! — взвизгнула Лида, вскакивая с места. — О чем вы говорите?! Какое убийство?! Максим утонул! Это был несчастный случай!
— ПАПА! — закричал Ростик. — Папа, что происходит?! Скажи им!
Я смотрела на Гошу. Мой муж, отец моих детей, любовь всей моей жизни стоял рядом с полицейскими и молчал. Просто молчал. И в его глазах не было удивления. Не было шока. Не было ярости.
В его глазах была... пустота.
— Гоша? — прошептала я. — Гоша, скажи им! Скажи, что это безумие! Скажи, что я не могла убить нашего сына!

– У тебя пять минут, чтобы спрятаться от меня, — прозвучал роковой мужской голос.
– Я не понимаю, что происходит. Кто ты? Мой муж тебя прислал? – я прижала телефон к уху.
Мое сердце заколотилось, как барабан тайко. Я несколько раз обернулась, вгляделась в толпу туристов.
— Обратный отсчёт запущен. Беги!
Я выронила смартфон и помчалась в конец улицы…

— Я хочу вернуться, Кира. Попробовать всё заново. Быть семьей.
— Семьей? — горько усмехаюсь я. — Ты опоздал, Лев.

Муж ушел полтора года назад к любовнице. Оставил меня одну после аварии. Слепую, с детьми, с долгами и болью.
Я научилась выживать в абсолютной темноте. Ради детей.
Но всё рушится в одну секунду, когда он возвращается, как ни в чем не бывало, а сын занимает его сторону.

— Да пусть папа остается с нами! Я только рад буду!

Сын готов простить отца. А я не готова давать шанс предателю, который сломал нам жизнь и лишил меня зрения.

— Дядя злодей, — дорогу в посёлок мне перекрывают два пацана-близнеца, — а вы бандитник? А скажите чего-нибудь на бандитском?
Это ещё что за местные Аль Капоне без штанов?
Оба лет пяти, оба в тёмных очках.
У одного в руках крапива, у другого… кабачок!
— Бандит я для души, — усмехаюсь, выходя из тачки, — так-то у меня бизнес, фирма строительная… вы зачем дорогу перекрыли, Доны Кабачконе?
— Мы Лобин Гады, — говорит пацан с крапивой, — ой, Лобин Гуды. Защищаем посёлок от плохого дяди. Он хочет посёлок снести и сделать тут дологу и завод.
— А наша мама – главная защитница, — с гордостью заявляет второй пацан с кабачком. — Поможете нам спасти посёлок?
— Помогу, ещё как помогу, — вспоминая про документы на снос в бардачке машины, — а познакомите меня со своей мамой?

В тот момент я ещё не знал, что знакомство с мамой двух бандитов без штанов обернётся настоящей катастрофой и… стоп, а с какого х…утора эти двое Донов Кабачконе заявляют, что я буду их няней?

"Не могу дождаться, когда обниму тебя", — писал мой муж этой Кристине две недели назад.
"Ты самая желанная женщина в моей жизни", — еще одно сообщение, отправленное в тот день, когда мы с ним ужинали в ресторане в честь нашей годовщины.
"Скоро мы будем жить вместе, обещаю", — от вчерашнего числа.
Я читала и не могла поверить. Это был не мой Артем — мой любящий, преданный муж. Этот мужчина писал другой женщине о любви, обещал ей совместное будущее, называл ее теми словами, которые когда-то предназначались только мне.
Телефон выскользнул из рук и упал на пол. Я осталась стоять посреди нашей спальни — спальни, где мы провели столько счастливых ночей, где делились планами и мечтами, где я чувствовала себя защищенной и любимой.
Теперь все это оказалось ложью.