Книги по тегу «эмоции на пределе»: ""
- Нет, тёть Свет, вы ошибаетесь, Денис по делам в другом городе, - Марьяна начала хныкать в коляске и мне пришлось взять её на руки. – Чш-ш-ш.
- Алеська, да открой ты уже глаза! Он не по работе в другом городе, он в Турции с Лариской, мамашей твоей, вот смотри!
Одна фотография сменяет другую…вот в воде обнимаются, вот целуются возле отеля…вот в шезлонге лежат, загорают…
Сердце начинает стучать где-то в ушах, вцепилась в малышку, боясь уронить…и даже не знаю, что для меня сейчас хуже…что Денис гуляет…, или что мать у меня мужа отбила?
Для них что уже нет ничего святого?
Узнать о предательстве двух самых близкий людей, за которых ты и в огонь и в воду...шок...ступор...сюр...
Люди, да что же это на белом свете делается? Да кому же доверять после этого? Если у самых близких нет ни совести, ни чести, ни сострадания...
Да себе только верить! Себе и в себя! Собрать себя в кулак и жить назло всем тварям-предателям!
А этих навсегда из своей жизни, с корнем...
- Алеська, да открой ты уже глаза! Он не по работе в другом городе, он в Турции с Лариской, мамашей твоей, вот смотри!
Одна фотография сменяет другую…вот в воде обнимаются, вот целуются возле отеля…вот в шезлонге лежат, загорают…
Сердце начинает стучать где-то в ушах, вцепилась в малышку, боясь уронить…и даже не знаю, что для меня сейчас хуже…что Денис гуляет…, или что мать у меня мужа отбила?
Для них что уже нет ничего святого?
Узнать о предательстве двух самых близкий людей, за которых ты и в огонь и в воду...шок...ступор...сюр...
Люди, да что же это на белом свете делается? Да кому же доверять после этого? Если у самых близких нет ни совести, ни чести, ни сострадания...
Да себе только верить! Себе и в себя! Собрать себя в кулак и жить назло всем тварям-предателям!
А этих навсегда из своей жизни, с корнем...
-Артем! Стой, послушай! Я уже один раз потеряла человека, к которому были чувства, не успела ему сказать, я не хочу, чтобы так было с тобой! Ты нужен мне, я влюбилась, увидела тебя во сне! Это так!
Я молчал. Под дождем, с растрепанными волосами, она была такой красивой, и одновременно несчастной, маленькая запутавшаяся девочка. Хотелось ее приласкать, взять на руки и отнести в дом. Успокоить, ласкать, говорить нежные слова, чтобы она была в моих руках, а не одна больше.
-Яна, иди в дом! Что ты несешь! Какие чувства! Смешно! У тебя вся жизнь впереди!
Произношу вместо того, чтобы озвучить свои истинные, мысли, такие слова.
-Я серьезно! Мне больше никто не нужен! Ты тот, кто мне нужен! Ты же говорил, что я нужна тебе!
Разворачиваюсь и иду по аллее, по- моему я поступил, как подонок, последние слова она произнесла, задыхаясь от слез. Я не знаю сколько я шел и зачем вообще ушел, просто знал, если сейчас это не остановить, опять повторится. А она, привязавшись сильнее, будет страдать.
Я молчал. Под дождем, с растрепанными волосами, она была такой красивой, и одновременно несчастной, маленькая запутавшаяся девочка. Хотелось ее приласкать, взять на руки и отнести в дом. Успокоить, ласкать, говорить нежные слова, чтобы она была в моих руках, а не одна больше.
-Яна, иди в дом! Что ты несешь! Какие чувства! Смешно! У тебя вся жизнь впереди!
Произношу вместо того, чтобы озвучить свои истинные, мысли, такие слова.
-Я серьезно! Мне больше никто не нужен! Ты тот, кто мне нужен! Ты же говорил, что я нужна тебе!
Разворачиваюсь и иду по аллее, по- моему я поступил, как подонок, последние слова она произнесла, задыхаясь от слез. Я не знаю сколько я шел и зачем вообще ушел, просто знал, если сейчас это не остановить, опять повторится. А она, привязавшись сильнее, будет страдать.
Он попытался протянуть руку, но я отшатнулась, словно от прокаженного.
"Лена… я… я все объясню", – он запинался. – «Пожалуйста, только не сейчас…»
«СЕЙЧААС!» – закричала я. – «НЕМЕДЛЕННО!
Или я разнесу этот дом по кирпичикам! Или ты думал, что я не заслуживаю знать правду?
На своей же годовщине, в моем собственном доме, с моей собственной сестрой?!»
Мои слова, словно камни, обрушились на него. Он поник. Ольга тихо всхлипнула.
«Лена…» – начала она, но я оборвала ее.
«Молчи, Оля! Молчи, если ты хоть немного уважаешь меня! Хотя нет, какое там уважение…» – в моей груди бушевало ураган эмоций. Боль, гнев, отвращение
«Ладно», – сказал Андрей, его голос был глухим. Он поднял голову, его взгляд был опустошен.
– «Ты права. Ты заслуживаешь знать».
Он посмотрел на Ольгу. Та медленно, почти незаметно, кивнула.
«Маша…» – начал Андрей, и тут же осекся. Он глубоко вздохнул, словно набирая воздух перед тем, как нырнуть в бездну.
– «Маша – моя дочь».
"Лена… я… я все объясню", – он запинался. – «Пожалуйста, только не сейчас…»
«СЕЙЧААС!» – закричала я. – «НЕМЕДЛЕННО!
Или я разнесу этот дом по кирпичикам! Или ты думал, что я не заслуживаю знать правду?
На своей же годовщине, в моем собственном доме, с моей собственной сестрой?!»
Мои слова, словно камни, обрушились на него. Он поник. Ольга тихо всхлипнула.
«Лена…» – начала она, но я оборвала ее.
«Молчи, Оля! Молчи, если ты хоть немного уважаешь меня! Хотя нет, какое там уважение…» – в моей груди бушевало ураган эмоций. Боль, гнев, отвращение
«Ладно», – сказал Андрей, его голос был глухим. Он поднял голову, его взгляд был опустошен.
– «Ты права. Ты заслуживаешь знать».
Он посмотрел на Ольгу. Та медленно, почти незаметно, кивнула.
«Маша…» – начал Андрей, и тут же осекся. Он глубоко вздохнул, словно набирая воздух перед тем, как нырнуть в бездну.
– «Маша – моя дочь».
– Старуха твоя уже дома? – доносится из подсобки голос Аллы.
– Не знаю, – отвечает ей мой муж. – Главное, что я дома. Она так думает.
– Интересно, Катюха подсунула ей доверенность? Когда фирма станет твоей, Тох?
– Скоро, куколка. Через неделю проведем форум, заключим договоры с крупняками, а потом и… Потом можно послать нашу Галину Сергеевну куда подальше. Надоела она.
– А мне, как надоела, квочка старая… Алла Максимовна то, Аллочка это… Гадина она, а не Галина! И не стыдно ей так ходить? Она и на форум припрется в своем сером, мышином костюмчике?
– Меня все устраивает, моя тигрица… Зато никто на нее не позарится. Костюмчик, туфли эти… бабусины… Для любви у меня есть ты, Аллочка. У меня для тебя подарок. А Галя… Такая вот Галина для одного и нужна – суп сварить, да вещи постирать…
Муж не просто мне изменил – он вздумал оставить меня ни с чем, отобрать фирму, которую я создавала с нуля.
Предатели уверены в своей безнаказанности, а я готовлю сладкий план мести!
– Не знаю, – отвечает ей мой муж. – Главное, что я дома. Она так думает.
– Интересно, Катюха подсунула ей доверенность? Когда фирма станет твоей, Тох?
– Скоро, куколка. Через неделю проведем форум, заключим договоры с крупняками, а потом и… Потом можно послать нашу Галину Сергеевну куда подальше. Надоела она.
– А мне, как надоела, квочка старая… Алла Максимовна то, Аллочка это… Гадина она, а не Галина! И не стыдно ей так ходить? Она и на форум припрется в своем сером, мышином костюмчике?
– Меня все устраивает, моя тигрица… Зато никто на нее не позарится. Костюмчик, туфли эти… бабусины… Для любви у меня есть ты, Аллочка. У меня для тебя подарок. А Галя… Такая вот Галина для одного и нужна – суп сварить, да вещи постирать…
Муж не просто мне изменил – он вздумал оставить меня ни с чем, отобрать фирму, которую я создавала с нуля.
Предатели уверены в своей безнаказанности, а я готовлю сладкий план мести!
— Это твой муж?
— Был.
— А теперь кто тебя защитит?
— Его враг.
Муж изменил, женился ради власти и исчез после покушения.
А меня забрал под защиту тот, кто мечтал уничтожить наш клан. Но защита врага — не подарок, а ловушка, где за каждое дыхание платишь свободой.
— Был.
— А теперь кто тебя защитит?
— Его враг.
Муж изменил, женился ради власти и исчез после покушения.
А меня забрал под защиту тот, кто мечтал уничтожить наш клан. Но защита врага — не подарок, а ловушка, где за каждое дыхание платишь свободой.
— Это что?
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
Мои надежды разрушились сразу, как я увидела Энжело.
Во-первых, он дисгармонировал с роскошным, украшенным живыми цветами, свадебным залом, потому что был одет в джинсы, черную футболку с разбитыми сердцем Романо и расстегнутую куртку.
Во-вторых, Энжело держал в руках тот самый револьвер.
Во-первых, он дисгармонировал с роскошным, украшенным живыми цветами, свадебным залом, потому что был одет в джинсы, черную футболку с разбитыми сердцем Романо и расстегнутую куртку.
Во-вторых, Энжело держал в руках тот самый револьвер.
Моя осанка была прямой, взгляд — ледяным, а улыбка — хищной. Я знала, что сейчас начнется игра.
— Что за игра? — оскаливается Клим, откидываясь на спинку кресла и сканируя меня похотливым взглядом.
— Пять действий от меня и пять действий от тебя. Отказываться нельзя — это сразу проигрыш. Условия только одно: никакого интима, — прищуриваюсь я и кусаю губу в ожидании ответа.
— Согласен, но моё действие первое.
— Играем, — киваю я, улыбнувшись.
— Что за игра? — оскаливается Клим, откидываясь на спинку кресла и сканируя меня похотливым взглядом.
— Пять действий от меня и пять действий от тебя. Отказываться нельзя — это сразу проигрыш. Условия только одно: никакого интима, — прищуриваюсь я и кусаю губу в ожидании ответа.
— Согласен, но моё действие первое.
— Играем, — киваю я, улыбнувшись.
🔥ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТ🔥
- Твоя шизанутая любовница разбила нос нашей дочери! И она за это ответит! - шиплю, сжав кулаки.
- Алина, тормози! Я понимаю, ты расстроена и вообще в шоке, но Вера же мать... - Ден замолкает, словно не решаясь договорить.
- Мать твоей второй дочери? - заканчиваю за него.
- Да. Я тебе изменял. Так получилось.
Вот так просто. Так получилось. И правда чего бы нет?
- Сколько лет твоей дочери?
- Пять.
Пять. Это как удар под дых. Эта его Ева ровесница нашей Аленки.
- Ты начал изменять мне сразу после свадьбы?!
Денис долго молчит, нервно растирает лицо, хватает стул, разворачивает его спинкой вперед и садится.
- До.
- Что? - выдыхаю, хватаясь за горло.
До свадьбы?! Вот же урод!
- Зачем тогда ты сделал мне предложение? Ты извращенец, что ли?
- Я всё тебе расскажу.
- Твоя шизанутая любовница разбила нос нашей дочери! И она за это ответит! - шиплю, сжав кулаки.
- Алина, тормози! Я понимаю, ты расстроена и вообще в шоке, но Вера же мать... - Ден замолкает, словно не решаясь договорить.
- Мать твоей второй дочери? - заканчиваю за него.
- Да. Я тебе изменял. Так получилось.
Вот так просто. Так получилось. И правда чего бы нет?
- Сколько лет твоей дочери?
- Пять.
Пять. Это как удар под дых. Эта его Ева ровесница нашей Аленки.
- Ты начал изменять мне сразу после свадьбы?!
Денис долго молчит, нервно растирает лицо, хватает стул, разворачивает его спинкой вперед и садится.
- До.
- Что? - выдыхаю, хватаясь за горло.
До свадьбы?! Вот же урод!
- Зачем тогда ты сделал мне предложение? Ты извращенец, что ли?
- Я всё тебе расскажу.
- Ты помнишь, что я обещал тебе в нашу последнюю встречу, Лина? - Влад выразительно смотрит на меня, удерживая пистолет в районе моей груди. - Помню, Влад. Все помню. - отвечаю, ни капли не боясь его.- Тогда ты должна еще точно помнить, что я тебе обещал и в нашу первую и единственную ночь? - Обещал, что причинишь мне самую сильную боль и заставишь чувствовать и не только ее. И, как всегда, ты сдержал свое слово. - Сдержал тогда, сдержу и сейчас.- И что? Убьешь меня? - с вызовом и без страха спрашиваю у него.- Убью. Убью и тебя, и себя. Хотя я уже и так давно мертв, Лина. А потом мы оба заново воскресним, и никогда... Слышишь меня? Никогда уже с тобой больше ни за что не расстанемся.И снова, как и много лет назад, Влад впивается в меня жестким поцелуем. Целует, ласкает, обнимает. И я опять начинаю что - то чувствовать. Все то, что успело уже забыться и затеряться со временем. Ведь только он один единственный со всего мира, способный заставить мое сердце биться и любить.
Выберите полку для книги