Книги в жанре «Эротика»

Двадцать лет, чужая яхта, открытое море — и двое мужчин, от которых некуда деться.

Отчим Марк привёз Ульяну в Средиземное море под предлогом семейного отдыха. Вот только мать осталась на берегу, а вместе с ними на борт поднялся Савва — друг Марка, с волком на плече и привычкой брать что хочет.

— Не лезь не в своё. Она дочь моей жены. И всё.
— Да брось, Марк Максимович. Жена на берегу. Она ничего не увидит.

Пять дней в море. Двое, что делят одну добычу. И девочка, которая вдруг понимает: она не жертва — она хозяйка этой игры.

Застрять в лифте с парнем, которого ненавижу? Так себе расклад. Но, кажется, из нас двоих так считаю только я, а он не помогает нас вызволять. Даёт понять, что у него другие планы...

- Спорим, не сможешь раскрутить на секс эту недотрогу? – кивает друг на незнакомку, которая каким-то образом оказалась на моей вечеринке.
Ничего особенного в ней нет. Обычная. Таких сломать – ничего не стоит. Даст мне, как миленькая.
- Пф, это будет очень просто. Вот так, - щелкаю пальцами.
- Тогда забьемся на твою новую тачку, - покушается друг на отцовский подарок.
Девчонка, конечно, не стоит так дорого, но и проигрывать я не намерен.
- По рукам, - по-дьявольски улыбаюсь. – Сегодня ночью эта недотрога станет моей.

- Ты что творишь, олигофрен недоразвитый! — рычит на меня чокнутая, когда я намеренно опрокидываю на неё поднос с едой. — Слепошарый идиот, тебя кто в общество выпустил? — наезжает, пытаясь испепелить взглядом.
- Блин, Юль,пятно! Сейчас, у меня были где-то салфетки. — быстро трещит её подруга, смотря на одежду.
-Дин, не утруждайся, блузка всё равно испорчена. Этот дятел рассчитывал на то, что я сейчас расплачусь и позорно убегу, — хмыкает зараза, продолжая говорить ей, будто меня здесь нет. — Но это... — приподняв одну бровь, её взгляд перемещается к моим глазам.— Всего лишь... — пальцы касаются пуговиц, начиная их расстёгивать, не обращая внимания на присутствующую толпу. Последняя пуговица оказывается расстёгнутой, и передо мной открывается обалденный вид. Поймав мой скользящий взгляд, зараза ухмыляется победной улыбкой. — Вещь. — договаривает она, и её рубашка падает, приземляясь на мои ботинки.

Пассажир из пятого ряда, лысый, наглый, схватил меня за запястье. Я не успела отреагировать. Тамерлан успел.
Он оказался рядом за секунду. Перехватил руку наглеца, сжал так, что тот побелел, и произнес:
— Еще раз к ней прикоснешься — сломаю.
Лысый заткнулся. А я стояла, прижавшись спиной к перегородке, и пыталась вспомнить, как дышать.
Потом Тамерлан вложил мне в ладонь визитку. Черный картон, золотые буквы. И ушел.
Я не позвонила.
Держалась неделю. Убеждала себя, что такие мужчины приносят только проблемы. Что у меня своя жизнь, своя работа, свои правила.
Но он появился снова.


Он появился в моей жизни внезапно — властный, опасный, непривычно щедрый. Сначала я думала, что это просто игра, что такие мужчины не остаются рядом надолго. Но когда он прижал меня к стене в туалете самолета на высоте одиннадцать тысяч метров, я перестала думать вообще. Теперь у меня нет ни шанса, ни желания отступать.

Мой отец оставил мне после смерти почти всё своё состояние, но с одним условием. Я, Макар Шаров, должен жениться на дочери его лучшего друга Паулине и прожить с ней год. Согласившись на условия завещания, я боюсь только одного: как бы не придушить юную дерзкую оторву через неделю после свадьбы.

Их знакомство далеко от идеала. Их общение — на грани членовредительства. Они не упускают ни единого шанса уколоть друг друга язвительной шуткой.
Между ними — пропасть: Марат — сын богатого нефтяного магната, а Дина — всего лишь горничная в доме его отца.
И всё же их взаимное притяжение невозможно остановить. Или всё-таки можно? Ведь она хранит тайну, которая может всё разрушить.

«Я одержимо люблю и люто ненавижу её одновременно. И не знаю, какое чувство сильнее — они разрывают меня на части».
Что победит — страсть или ненависть?
И можно ли построить что-то настоящее на обломках прошлого, где слишком много боли?

Меня продали, как мешок муки, чтобы покрыть долги дяди. Вместо брачного ложа меня ждали цепи и плети, но я ударила первой и сбежала в зимнюю ночь. Занесённый перевал, мёртвый мотор, и я, полуживая, в свадебном платье, падаю у ворот чужого шале. Мой спаситель явно не ангел. Он зверь, который смотрит на меня как на добычу. Я плюю ему в лицо, а он смеётся.
— Ты не пленница, — говорит он, разглядывая меня. — Ты груз. Я позже решу, что с тобой делать.
— Решай, — отвечаю я. — Но имей в виду,я не вещь. Я уже убила одного, кто решил мной владеть. Не хочу добавлять тебя в список.
Он смеётся, но в глазах холод. Он видит, что я не шучу.
Между нами война, где оружие не ножи, а желание и гордость. Он говорит, что я его, но я не вещь. Я разбила голову мужу медной вазой. И я не сдамся ни ему, ни прошлому. Но этот медведь слишком опасен, чтобы просто убежать... и слишком горяч, чтобы не остаться.

— Ты против воли отца?! Отчаянная! — сестра испуганно косится на дверь. — Он будет в бешенстве…
— Плевать на его бешенство. Пусть сам и выходит за бандита!
— Так я и не про отца, а про жениха. Он не простит отказа!

Договорные браки! Нет, не слышали?! Вот и я не думала попасть в такую сказку. Но…
Отец рассудил иначе. Только не на ту напал.
Подумала я и решила отдать свою невинность первому встречному. Да только все пошло не по-моему сценарию…

Дружба длиной в двадцать лет или слепая зона любви?
Алена Кушнир и Артём Князев были друзьями, сколько себя помнили. Общее детство, семейные посиделки, суровое взросление в спортивном интернате, а теперь и работа в хоккейном клубе «Дьяволы».
«Счастливчики…» – завистливо шептали им в спины.
Но у этой идеальной дружбы оказалась «слепая зона», из которой выбраться помог случай. Одна игра в «бутылочку»… Один неудачный фант и «слабо», на которое их взяли друзья. Всё это должно было стать шуткой! Но оказалось началом конца…
Дружба или отношения? Неловкость или безумное влечение? Любовь или привычка?
Они ещё не поняли, но сами загнали себя в капкан чувств. А оттуда не убежать…
— Никто не верит в нашу дружбу, Артём, — еле слышно прошептала я. — А после вчерашнего поцелуя в неё не верю даже я.
— И что же это?
— Привычка. Дурная привычка… Я всех мужиков сравниваю с тобой. А ты увяз в одноразовых связях. Мы портим друг другу жизнь! Это капкан!