Читать и слушать книги
ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТ
— Я просто хочу спать с другими женщинами… — нагло ухмыляясь сказал супруг.
— Это измена… — прошептала я.
— Нет, это называется открытый брак, родная, — поправил меня муж.
— То есть каждый из нас будет встречаться с другими? Зачем? — голос сорвался на хрип. — Зачем? Лучше давай сразу разведемся!
— Развода не будет… — муж прижался ко мне и выдохнул в губы. — К тому же я хочу, чтобы ты мне была верна.
— То есть брак открытый только с твоей стороны?
— Я просто хочу спать с другими женщинами… — нагло ухмыляясь сказал супруг.
— Это измена… — прошептала я.
— Нет, это называется открытый брак, родная, — поправил меня муж.
— То есть каждый из нас будет встречаться с другими? Зачем? — голос сорвался на хрип. — Зачем? Лучше давай сразу разведемся!
— Развода не будет… — муж прижался ко мне и выдохнул в губы. — К тому же я хочу, чтобы ты мне была верна.
— То есть брак открытый только с твоей стороны?
- А нечего рассказывать, Вов! Всё до смешного банально. Я его любила, ждала, когда меня замуж позовут, а он за моей спиной роман крутил. Подруга детства она у него, прикинь? – я горько рассмеялась, оценив схожесть ситуации. – Вот ты у меня тоже друг детства, и что теперь? Значит, мне с тобой тоже надо переспать? Отомстить, так сказать, да?
- Алька, а я, значит, не подхожу на роль мстителя? - Вовка рассмеялся.
А уже в следующую секунду мои губы накрыли жадные и уверенные губы мужчины.
Ой, мамочки мои! Что же мы делаем?
У них прекрасное совместное прошлое, им есть что вспомнить. Только вот самое главное ОН не хочет вспоминать, а ОНА не хочет рассказать о том, что связывает их не только общая юность.
Есть ли хоть мизерный шанс на то, что у них может быть не менее прекрасное совместное настоящее и будущее?
- Алька, а я, значит, не подхожу на роль мстителя? - Вовка рассмеялся.
А уже в следующую секунду мои губы накрыли жадные и уверенные губы мужчины.
Ой, мамочки мои! Что же мы делаем?
У них прекрасное совместное прошлое, им есть что вспомнить. Только вот самое главное ОН не хочет вспоминать, а ОНА не хочет рассказать о том, что связывает их не только общая юность.
Есть ли хоть мизерный шанс на то, что у них может быть не менее прекрасное совместное настоящее и будущее?
Кажется, звонят в дверь. Спала совсем мало и не пойму, на каком я свете.
Скатываюсь с дивана и, не до конца разлепив глаза, плетусь к двери. В ней нет глазка. Но, наверное, я бы и не посмотрела.
Открываю...
Меня обволакивает запах дорогого парфюма.
- Доброе утро! - Архипов...
А за его спиной два мордоворота.
Которым он, впрочем, бросает отрывисто:
- Здесь подождите...
И делает шаг в мое жилище, заполняя всё какой-то бешеной энергетикой.
- Ну, что, киса, пришло время отвечать за свои слова?!
- Ты же в СИЗО должен быть... - шепчу пересохшими губами.
Скатываюсь с дивана и, не до конца разлепив глаза, плетусь к двери. В ней нет глазка. Но, наверное, я бы и не посмотрела.
Открываю...
Меня обволакивает запах дорогого парфюма.
- Доброе утро! - Архипов...
А за его спиной два мордоворота.
Которым он, впрочем, бросает отрывисто:
- Здесь подождите...
И делает шаг в мое жилище, заполняя всё какой-то бешеной энергетикой.
- Ну, что, киса, пришло время отвечать за свои слова?!
- Ты же в СИЗО должен быть... - шепчу пересохшими губами.
— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
- Ты знала, что я не могу заключить с тобой никях, Аврора, потому что ты была женой моего сына. Ни один мулла не свяжет нас узами перед Всевышним, а мне нужны дети, которых признают кланы. Мне нужны наследники, - слова мужа звучали в голове погребальным звоном.
Неужели он заставит меня сделать аборт?!
- Ты силой взял меня замуж! Я не хотела этого брака! Ты заставил поверить тебе, полюбить! Зачем, Керим?! Зачем было все это?! – я всплеснула руками, показывая на смятую постель, пахшую нашей близостью.
- Потому что хотел, чтобы ты была счастлива, девочка. И сейчас хочу, но ты не сможешь вырастить и воспитать этого ребенка, Аврора, если хочешь, чтобы он появился на свет, то откажешься от него при рождении, и Калила… моя будущая жена станет для него матерью.
- Нет, Керим, что ты такое говоришь?!
- Только так, Аврора, ты же помнишь, что в нашем союзе развод не предусмотрен? Ты останешься со мной, девочка, будешь кричать подо мной от удовольствия и… больше никогда не заговоришь о детях.
Неужели он заставит меня сделать аборт?!
- Ты силой взял меня замуж! Я не хотела этого брака! Ты заставил поверить тебе, полюбить! Зачем, Керим?! Зачем было все это?! – я всплеснула руками, показывая на смятую постель, пахшую нашей близостью.
- Потому что хотел, чтобы ты была счастлива, девочка. И сейчас хочу, но ты не сможешь вырастить и воспитать этого ребенка, Аврора, если хочешь, чтобы он появился на свет, то откажешься от него при рождении, и Калила… моя будущая жена станет для него матерью.
- Нет, Керим, что ты такое говоришь?!
- Только так, Аврора, ты же помнишь, что в нашем союзе развод не предусмотрен? Ты останешься со мной, девочка, будешь кричать подо мной от удовольствия и… больше никогда не заговоришь о детях.
— Мы совершили никях! Ты должна принять Мадину! — с нажимом сказал мой муж.
— Как ты мог жениться на ней, пока я лежала на сохранении в больнице?! — из меня вырвался отчаянный крик. Меня била дрожь, словно в лихорадке.
— Ты должна подчиняться моему слову! Никаких протестов! Обязана беспрекословно принимать мои решения! Быть послушной первой женой! — его ровный, холодный голос резал, как лезвие.
— Я разведусь с тобой, Саид! — отчаянно прошептала.
— Никакого развода не будет! В роду Махмудовых не разводятся! — процедил он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. — Ты сейчас же пожелаешь нам с Мадиной счастья! И будешь вести себя как положено на этом празднике!
— Как ты мог жениться на ней, пока я лежала на сохранении в больнице?! — из меня вырвался отчаянный крик. Меня била дрожь, словно в лихорадке.
— Ты должна подчиняться моему слову! Никаких протестов! Обязана беспрекословно принимать мои решения! Быть послушной первой женой! — его ровный, холодный голос резал, как лезвие.
— Я разведусь с тобой, Саид! — отчаянно прошептала.
— Никакого развода не будет! В роду Махмудовых не разводятся! — процедил он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. — Ты сейчас же пожелаешь нам с Мадиной счастья! И будешь вести себя как положено на этом празднике!
Она сбежала за границу, потому что струсила. Он сходил с ума. Она вернулась, и ей придется расплатиться за свое бегство.
******************************
- Как ты могла, рыжая?
В его голосе столько боли, что меня рвет на части. Я ощущаю ее как свою. Мое лицо заливают слезы, не получается произнести ни слова. Да я и не знаю, что ему сказать, как оправдать себя. Я не волшебник и отмотать назад время не смогу.
Делаю несмелый шаг к нему, но он дергается и выставляет руку вперед. Впервые с момента нашего знакомства он не хочет, чтобы я к нему прикасалась. Это причиняет еще большую боль.
- Прости, - проговариваю сквозь всхлипы.
- Не в этот раз.
******************************
- Как ты могла, рыжая?
В его голосе столько боли, что меня рвет на части. Я ощущаю ее как свою. Мое лицо заливают слезы, не получается произнести ни слова. Да я и не знаю, что ему сказать, как оправдать себя. Я не волшебник и отмотать назад время не смогу.
Делаю несмелый шаг к нему, но он дергается и выставляет руку вперед. Впервые с момента нашего знакомства он не хочет, чтобы я к нему прикасалась. Это причиняет еще большую боль.
- Прости, - проговариваю сквозь всхлипы.
- Не в этот раз.
Спрятав свои роскошные, женственные формы под белым халатом, Люда давно махнула рукой на личную жизнь и любовь.
Мужчины приносят только стресс, а ее работа не терпит переживаний.
Но однажды прямо на ее дежурстве скорая привозит невероятного красавчика.
Одна проблема — красавчик оказывается невыносимым пациентом и упрямым хамом!
Люда берется его перевоспитать, и даже не подозревает, что в качестве побочного эффекта от терапии он незаметно пропишется в ее собственном сердце.
Ну и кто теперь здесь нуждается в спасении?
Мужчины приносят только стресс, а ее работа не терпит переживаний.
Но однажды прямо на ее дежурстве скорая привозит невероятного красавчика.
Одна проблема — красавчик оказывается невыносимым пациентом и упрямым хамом!
Люда берется его перевоспитать, и даже не подозревает, что в качестве побочного эффекта от терапии он незаметно пропишется в ее собственном сердце.
Ну и кто теперь здесь нуждается в спасении?
— Спасите! — кричала любовница моего мужа.
Я вытащила её из тонущего катера. Потом спасла и самого мужа.
Только вместо благодарности, он направил на меня пистолет.
— Прости, дорогая. Ты слишком много знаешь.
***
Вышла на внеплановое дежурство и поймала мужа с любовницей! И это еще не самое дно…
Я вытащила её из тонущего катера. Потом спасла и самого мужа.
Только вместо благодарности, он направил на меня пистолет.
— Прости, дорогая. Ты слишком много знаешь.
***
Вышла на внеплановое дежурство и поймала мужа с любовницей! И это еще не самое дно…
– Какая к чёрту беременность?! Мне не нужны дети! Тем более, от тебя! – орёт на меня жених.
За что он так со мной? Мы живём вместе три года! Чёрт возьми, мы не предохраняемся! Было очевидно, что я забеременею. Почему он ведёт себя, как сволочь?
– Ладно, Лиз, – резко меняется в голосе. – Ты должна понимать, что этот ребёнок мне даром не сдался и его я не приму. Как думаешь, что будем делать? – спрашивает с издевательскими нотками в голосе.
– Отменять свадьбу и воспитывать одной? – произношу горькие на вкус слова.
Игнат ухмыляется, мотает головой из стороны в сторону и смотрит на меня как на последнюю дуру.
– Нет, глупышка моя. Ты избавишься от ребёнка!
Я готовилась к свадьбе с полковником МЧС, но он предал меня и отправил на аборт. Сохранив ребёнка, я сбежала и родила.
Но через двадцать пять лет судьба столкнула меня с мерзавцем. Жизнь нашего сына в опасности и только бывший может спасти его…
За что он так со мной? Мы живём вместе три года! Чёрт возьми, мы не предохраняемся! Было очевидно, что я забеременею. Почему он ведёт себя, как сволочь?
– Ладно, Лиз, – резко меняется в голосе. – Ты должна понимать, что этот ребёнок мне даром не сдался и его я не приму. Как думаешь, что будем делать? – спрашивает с издевательскими нотками в голосе.
– Отменять свадьбу и воспитывать одной? – произношу горькие на вкус слова.
Игнат ухмыляется, мотает головой из стороны в сторону и смотрит на меня как на последнюю дуру.
– Нет, глупышка моя. Ты избавишься от ребёнка!
Я готовилась к свадьбе с полковником МЧС, но он предал меня и отправил на аборт. Сохранив ребёнка, я сбежала и родила.
Но через двадцать пять лет судьба столкнула меня с мерзавцем. Жизнь нашего сына в опасности и только бывший может спасти его…
Выберите полку для книги