Читать и слушать книги
Говоришь украли документы?
Рассматривая ее с головы до ног, мужчина подозрительно прищурился.
-У нее их украли. - заступаясь за свою новую подругу, пришла на помощь Олеся. - Я сама поговорю с шефом и попрошу его взять ее на работу под мою личную ответственность. А документы мы обязательно восстановим.
Рассматривая ее с головы до ног, мужчина подозрительно прищурился.
-У нее их украли. - заступаясь за свою новую подругу, пришла на помощь Олеся. - Я сама поговорю с шефом и попрошу его взять ее на работу под мою личную ответственность. А документы мы обязательно восстановим.
Алиса - девушка с позорным прошлым.
Марк и Егор - преступно красивые, залётные мажоры.
Они пересеклись в випке ночного клуба...
Сплелись...
Слились...
НО... прошлое рикошетит в настоящее...
Марк и Егор - преступно красивые, залётные мажоры.
Они пересеклись в випке ночного клуба...
Сплелись...
Слились...
НО... прошлое рикошетит в настоящее...
Алина включила плеер, сложила руки перед собой, погрузилась в мысли, не отрывая взгляда от парты, и не обращала внимание на происходящее.
Стало шумнее, даже поверх громкой музыки в наушниках.
Алина подняла глаза. И застыла. Увидела... ЕГО... Впервые... А раньше не замечала... И вдруг заметила... Так неожиданно... Рассматривала его. Запоминала.
Новое чувство... Неиспытанное... Странное, приятное... Дрожь, жар...
***
Синдром Адели – это психическое расстройство, характеризующееся любовной зависимостью и болезненной страстью к объекту привязанности. Проявляется преследованием объекта любви, стремлением участвовать в его жизни, снижением интереса к прежним отношениям и увлечениям.
Стало шумнее, даже поверх громкой музыки в наушниках.
Алина подняла глаза. И застыла. Увидела... ЕГО... Впервые... А раньше не замечала... И вдруг заметила... Так неожиданно... Рассматривала его. Запоминала.
Новое чувство... Неиспытанное... Странное, приятное... Дрожь, жар...
***
Синдром Адели – это психическое расстройство, характеризующееся любовной зависимостью и болезненной страстью к объекту привязанности. Проявляется преследованием объекта любви, стремлением участвовать в его жизни, снижением интереса к прежним отношениям и увлечениям.
Петербургский психолог Алина становится единственной отдушиной для анонимного клиента с идеальным голосом и безумными фантазиями. Его признания пугают и пленяют. Его подарки — алые розы и тревожные записки — приходят каждое утро. Она знает, что должна его бояться. Но как бояться того, чей голос звучит в твоих снах?
«— Доктор, я хочу кого-нибудь убить. И я буду думать о Вас всю ночь.»
Он уже близко. Готова ли ты услышать его голос?
«— Доктор, я хочу кого-нибудь убить. И я буду думать о Вас всю ночь.»
Он уже близко. Готова ли ты услышать его голос?
Света Должанова ведет жизнь по расписанию: работа, мама, надоедливый ухажер из бухгалтерии. Ее мир — это бесконечные отчеты, звонки с советами о замужестве и унылые букеты, подобранные по вкусу её матери. Отчаявшись, она сбегает в отпуск — и оказывается в объятиях таинственного незнакомца в полупустом кинотеатре.
Он — воплощение всего, чего она боится и так отчаянно желает: опасность, непредсказуемость, поцелуи в полумраке. Их страсть — это взрыв, стирающий все правила. Кажется, она наконец-то сбежала от реальности.
Но, счастье может улетучиться в один миг, ведь у реальности есть жестокий способ напомнить о себе, а тень её матери всегда маячит за кулисами, готовая на всё, чтобы вернуть дочь к «нормальному» мужчине. Смогут ли они уберечь свой хрупкий секрет, когда иллюзия рассеется?
Он — воплощение всего, чего она боится и так отчаянно желает: опасность, непредсказуемость, поцелуи в полумраке. Их страсть — это взрыв, стирающий все правила. Кажется, она наконец-то сбежала от реальности.
Но, счастье может улетучиться в один миг, ведь у реальности есть жестокий способ напомнить о себе, а тень её матери всегда маячит за кулисами, готовая на всё, чтобы вернуть дочь к «нормальному» мужчине. Смогут ли они уберечь свой хрупкий секрет, когда иллюзия рассеется?
— Ты даже не представляешь, девочка, во что лезешь, — его голос низкий, обволакивающий, как дурман. — Если продолжишь играть со мной дальше, я не остановлюсь.
Хочу сказать «боюсь» — но губы сами шепчут:
— Может, я этого и добиваюсь.
Между нами воздух искрит.
Он наклоняется ближе к уху.
— Ещё шаг — и назад дороги не будет.
Я не отвечаю, а просто делаю шаг и оказываюсь почти прижата к его горячему крепкому телу.
—------
Моего брата украли бандиты. Чтобы его спасти, мне нужно соблазнить нового профессора и украсть у него флэшку. Только вот профессор этот совсем не похож на того, кто даст себя обмануть…
Хочу сказать «боюсь» — но губы сами шепчут:
— Может, я этого и добиваюсь.
Между нами воздух искрит.
Он наклоняется ближе к уху.
— Ещё шаг — и назад дороги не будет.
Я не отвечаю, а просто делаю шаг и оказываюсь почти прижата к его горячему крепкому телу.
—------
Моего брата украли бандиты. Чтобы его спасти, мне нужно соблазнить нового профессора и украсть у него флэшку. Только вот профессор этот совсем не похож на того, кто даст себя обмануть…
Руслан - малолетний наёмный убийца.
Рая - влюблённая в него девочка, обещала его ждать.
И дождалась.
Но вмешался третий...
История 1 из цикла "Очень плохие парни".
(Всего 2 книги)
Рая - влюблённая в него девочка, обещала его ждать.
И дождалась.
Но вмешался третий...
История 1 из цикла "Очень плохие парни".
(Всего 2 книги)
Змей - садист, наёмник.
Ариадна - его последний "заказ".
И впервые у него дрогнула рука...
История 2 из цикла "Очень плохие парни".
(Всего 2 книги)
Ариадна - его последний "заказ".
И впервые у него дрогнула рука...
История 2 из цикла "Очень плохие парни".
(Всего 2 книги)
- Вот скажи мне, ты дебил?
Продолжаю молча есть. Голодный.
- Ты нахрена Минниханову в морду дал?
Я за последние два месяца сильно напылил, но тут уж не выдерживаю.
- Чего?!
- Его вчера на парковке отметелили. Машину поцарапали. Я не пойму, ты хочешь в аул поехать?
В аул я не хочу. И так только оттуда.
- Да не трогал я его, - возмущаюсь. - Видать и без меня очередь!
- Чем ты вчера вечером занимался?
Уткнувшись глазами в тарелку, отвечаю:
- Не твое дело.
- Алиби у тебя есть?
- Какое нахрен алиби?!
- Обыкновенное. Минниханов на тебя заяву накатал.
Алиби у меня есть, правда я не знаю, где это "алиби" теперь искать.
Я, твою мать, даже имени ее не знаю.
Продолжаю молча есть. Голодный.
- Ты нахрена Минниханову в морду дал?
Я за последние два месяца сильно напылил, но тут уж не выдерживаю.
- Чего?!
- Его вчера на парковке отметелили. Машину поцарапали. Я не пойму, ты хочешь в аул поехать?
В аул я не хочу. И так только оттуда.
- Да не трогал я его, - возмущаюсь. - Видать и без меня очередь!
- Чем ты вчера вечером занимался?
Уткнувшись глазами в тарелку, отвечаю:
- Не твое дело.
- Алиби у тебя есть?
- Какое нахрен алиби?!
- Обыкновенное. Минниханов на тебя заяву накатал.
Алиби у меня есть, правда я не знаю, где это "алиби" теперь искать.
Я, твою мать, даже имени ее не знаю.
Вместо нормальных человеческих ограждений вокруг соседского балкона – металлическая сетка и… эм… колючая проволока? Серьезно?
Оля приподнимает брови (как она раньше не замечала этих необычных дизайнерских решений по соседству?), вытягивает шею и видит…
Нечто… Огромное.
Такое большое, что его не сразу можно и за человека-то принять...
___________________
– Я могу чем-то помочь?
– Можешь. Заткни эту скулящую собаку, пока я не заткнул ее сам.
– Простите… Чего? Кого вы назвали собакой?
– Ну или кто у тебя там верещит?
– Это моя подруга! И она не верещит, а поет!
Оля приподнимает брови (как она раньше не замечала этих необычных дизайнерских решений по соседству?), вытягивает шею и видит…
Нечто… Огромное.
Такое большое, что его не сразу можно и за человека-то принять...
___________________
– Я могу чем-то помочь?
– Можешь. Заткни эту скулящую собаку, пока я не заткнул ее сам.
– Простите… Чего? Кого вы назвали собакой?
– Ну или кто у тебя там верещит?
– Это моя подруга! И она не верещит, а поет!
Выберите полку для книги