Читать и слушать книги
Я всегда считала, что жизнь предупреждает перед тем, как нанести удар. Даёт какой-то знак, намёк, предчувствие. Но в то утро не было ничего. Абсолютно ничего, что могло бы подготовить меня к тому, что случится через несколько часов.
...
Я смотрела в окно, думая о том, что через два часа я буду дома. Приму горячую ванну, выпью вина, посмотрю что-нибудь лёгкое перед сном. Может быть, позвоню Ирке, расскажу о дне.
Я ещё не знала, что через пятнадцать минут моя жизнь разлетится на осколки.
Я ещё не знала, что человек, лежащий без сознания по адресу улица Садовая, дом двенадцать, квартира сорок три, — это Алексей.
...
Я смотрела в окно, думая о том, что через два часа я буду дома. Приму горячую ванну, выпью вина, посмотрю что-нибудь лёгкое перед сном. Может быть, позвоню Ирке, расскажу о дне.
Я ещё не знала, что через пятнадцать минут моя жизнь разлетится на осколки.
Я ещё не знала, что человек, лежащий без сознания по адресу улица Садовая, дом двенадцать, квартира сорок три, — это Алексей.
Тая встречается с Тимуром.
А между Тамилой и Тесеем вырабатывается электричество... но не от любви... а ненависти...
А между Тамилой и Тесеем вырабатывается электричество... но не от любви... а ненависти...
— Алиса не гостья. Алиса будет жить с нами.
— Что?
— Я сказал, Алиса будет жить здесь, — повторяет медленно, отчётливо, словно разговаривает с тугодумом. — Она беременна. От меня. Ей нужна поддержка. И я хочу быть рядом.
— Не понимаю, как это возможно... — абсурдность ситуации не позволяет принять то, о чем говорит мой муж. — Ты даже не удосужился спросить про мой поход к врачу. У нас опять ничего не получилось.
— Именно поэтому, — в его словах облегчение. Словно я сняла с него бремя. — Именно поэтому я принял решение. Алиса переезжает сюда. А с тобой я больше не могу так жить. Все эти попытки, врачи, твоё постоянное напряжение. Я устал.
Я проваливаюсь в кроличью нору, попадая в реальность, в которой муж заводит ребёнка с другой женщиной, пока его жена проходит через ад гормональной терапии. Туда, где пока я считала синяки на животе от уколов, он целовал кого-то другого...
— Что?
— Я сказал, Алиса будет жить здесь, — повторяет медленно, отчётливо, словно разговаривает с тугодумом. — Она беременна. От меня. Ей нужна поддержка. И я хочу быть рядом.
— Не понимаю, как это возможно... — абсурдность ситуации не позволяет принять то, о чем говорит мой муж. — Ты даже не удосужился спросить про мой поход к врачу. У нас опять ничего не получилось.
— Именно поэтому, — в его словах облегчение. Словно я сняла с него бремя. — Именно поэтому я принял решение. Алиса переезжает сюда. А с тобой я больше не могу так жить. Все эти попытки, врачи, твоё постоянное напряжение. Я устал.
Я проваливаюсь в кроличью нору, попадая в реальность, в которой муж заводит ребёнка с другой женщиной, пока его жена проходит через ад гормональной терапии. Туда, где пока я считала синяки на животе от уколов, он целовал кого-то другого...
— Я разрываю контракт, — говорит он лишённым эмоций тоном.
Его поза — воплощение власти и полного безразличия.
Я знала, этот день наступит… но не думала, что всё будет так…
— Но… мы же договорились на год, — делаю вид, что удивлена.
— Мои планы изменились, — он двигает папку с документами в мою сторону. — Обстоятельства.
— Что? Какие?
Родион испытующе смотрит на меня. В его глазах… Что это?
Гнев? Ненависть? Обида?
Нет, показалось. Его взгляд, как всегда, полностью непроницаем.
Он не отвечает на мой вопрос. Да и с чего я вообще жду ответа?
И так всё ясно с этим предателем…
— С разводом решим позже. Подписывай, — требует он.
Пять месяцев я играла роль счастливой жены. И всё ради того, чтобы спасти маму от нищеты.
Затем всё изменилось. Ледяное сердце Родиона растаяло.
Я решила, что мы полюбили друг друга.
Я думала, что я — жена, а оказалась просто очередной грелкой в его холодной постели…
Особенно горько, что именно сейчас. Когда внутри меня уже растёт наш ребёнок...
Его поза — воплощение власти и полного безразличия.
Я знала, этот день наступит… но не думала, что всё будет так…
— Но… мы же договорились на год, — делаю вид, что удивлена.
— Мои планы изменились, — он двигает папку с документами в мою сторону. — Обстоятельства.
— Что? Какие?
Родион испытующе смотрит на меня. В его глазах… Что это?
Гнев? Ненависть? Обида?
Нет, показалось. Его взгляд, как всегда, полностью непроницаем.
Он не отвечает на мой вопрос. Да и с чего я вообще жду ответа?
И так всё ясно с этим предателем…
— С разводом решим позже. Подписывай, — требует он.
Пять месяцев я играла роль счастливой жены. И всё ради того, чтобы спасти маму от нищеты.
Затем всё изменилось. Ледяное сердце Родиона растаяло.
Я решила, что мы полюбили друг друга.
Я думала, что я — жена, а оказалась просто очередной грелкой в его холодной постели…
Особенно горько, что именно сейчас. Когда внутри меня уже растёт наш ребёнок...
— Что тебе нужно? Выйди и закрой дверь с той стороны. Сегодня спишь в комнате для гостей и жди, когда я захочу тебя.
Я застыла на пороге спальни. На кровати, на которой еще вчера я стала его женой, лежал мой муж. Рядом с ним, небрежно откинувшись на подушки, устроилась женщина. Она гладила его грудь медленными, ленивыми движениями.
— За что ты так… — голос сорвался.
— Тебе что-то непонятно?
— Кто она? — сумела выдавить я, хотя внутри всё уже рвалось на части.
— Фатима, — ответил он. — Моя любимая жена.
Она улыбнулась. Её взгляд пренебрежительно скользнул по мне сверху вниз.
— Ты моя жена только потому, что я и твой отец заключили контракт, — он наконец повернул голову. — Так что не думай, что у тебя есть какие-то права.
— А как же наша первая брачная ночь? — слезы уже катились по щекам.
— Ну от тебя же должна быть какая-то польза, — сказал он небрежно.Надо признать, не думал, что ты девственница. Это был приятный сюрприз...
Я застыла на пороге спальни. На кровати, на которой еще вчера я стала его женой, лежал мой муж. Рядом с ним, небрежно откинувшись на подушки, устроилась женщина. Она гладила его грудь медленными, ленивыми движениями.
— За что ты так… — голос сорвался.
— Тебе что-то непонятно?
— Кто она? — сумела выдавить я, хотя внутри всё уже рвалось на части.
— Фатима, — ответил он. — Моя любимая жена.
Она улыбнулась. Её взгляд пренебрежительно скользнул по мне сверху вниз.
— Ты моя жена только потому, что я и твой отец заключили контракт, — он наконец повернул голову. — Так что не думай, что у тебя есть какие-то права.
— А как же наша первая брачная ночь? — слезы уже катились по щекам.
— Ну от тебя же должна быть какая-то польза, — сказал он небрежно.Надо признать, не думал, что ты девственница. Это был приятный сюрприз...
У меня было всё: любимый муж, дочка, уютный мир, выстроенный за восемь лет брака. Однажды утром всё рухнуло, оставив после себя лишь оглушительную тишину и чужой шелковый бюстгальтер, нагло брошенный на спинку кресла. Это не просто измена. Это предательство, циничное и оскорбительное, потому что меня предал не только муж, но и человек, от кого я этого не ожидала.
За окном ложится первый снег, обещая укрыть боль чистым покрывалом, я понимаю: старая жизнь закончилась.
Но хватит ли сил растопить в душе лёд и начать всё заново?
За окном ложится первый снег, обещая укрыть боль чистым покрывалом, я понимаю: старая жизнь закончилась.
Но хватит ли сил растопить в душе лёд и начать всё заново?
Когда-то юную баронессу Меглен жених бросил прямо у алтаря. Раздавленная скандалом девушка уехала в провинцию и занялась тем, что любила больше всего — рукоделием. Вскоре вышитые шелком шали — “мегленки” — завоевали свет, а состояние баронессы сравнялось с графскими, но… клеймо “старой девы” прилипло к ней намертво. Наверное, поэтому даже сама баронесса была шокирована вестью о том, что у нее снова есть жених!
Вот уж никогда бы не подумала, что мое знание турецкого языка поможет легче пережить развод и завоевать сердце …немца. Однако судьба может нам преподносить и не такие сюрпризы.
Меня предал муж. Оказывается, у него помимо нас с дочкой была еще семья, и совсем рядом этажом выше. И напрягаться не надо, все под рукой. Узнала об этом, когда его любовница, прибежала ночью к нам в квартиру и увела мужа к себе, там ребенок задыхался. Его ребенок.
Я не смогла такого вытерпеть, собрала нехитрые вещи и пока муж отсутствовал поехала к подруги в соседний городок. К нему я больше не вернусь. И никогда не прощу его!
Смогу ли я спрятаться от него у своей подруги, про которую он не знает?
Я не смогла такого вытерпеть, собрала нехитрые вещи и пока муж отсутствовал поехала к подруги в соседний городок. К нему я больше не вернусь. И никогда не прощу его!
Смогу ли я спрятаться от него у своей подруги, про которую он не знает?
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🔥
— Мне нужна фиктивная девушка.
— Но... почему я? — срывается с моих губ.
Босс окидывает меня взглядом с головы до ног, задерживается на моих очках, на строгом платье, на волосах, убранных в пучок. И этот взгляд, оценивающий и снисходительный, обжигает меня хуже огня.
— Потому что ты простушка, Зоя, — произносит он с жестокой прямотой. Каждое слово — как пощечина. — Никто, глядя на тебя, не поверит, что у нас все надолго. Моя семья не увидит в тебе угрозы для своих планов.
Кровь стучит в висках.
Это я-то простушка?!
Ну, хорошо. Хорошо, Амир Ибрагимович. Ты сам этого захотел. Я покажу тебе такую простушку, что вся твоя кавказская семья потеряет дар речи. Я им так понравлюсь, что они сами будут умолять тебя жениться на мне. Я очарую твоего отца, подружусь с твоей матерью и стану лучшей подругой для твоих сестер. Я заставлю их всех влюбиться в русскую «простушку». А потом... Что я буду делать потом? Посмотрим…
— Мне нужна фиктивная девушка.
— Но... почему я? — срывается с моих губ.
Босс окидывает меня взглядом с головы до ног, задерживается на моих очках, на строгом платье, на волосах, убранных в пучок. И этот взгляд, оценивающий и снисходительный, обжигает меня хуже огня.
— Потому что ты простушка, Зоя, — произносит он с жестокой прямотой. Каждое слово — как пощечина. — Никто, глядя на тебя, не поверит, что у нас все надолго. Моя семья не увидит в тебе угрозы для своих планов.
Кровь стучит в висках.
Это я-то простушка?!
Ну, хорошо. Хорошо, Амир Ибрагимович. Ты сам этого захотел. Я покажу тебе такую простушку, что вся твоя кавказская семья потеряет дар речи. Я им так понравлюсь, что они сами будут умолять тебя жениться на мне. Я очарую твоего отца, подружусь с твоей матерью и стану лучшей подругой для твоих сестер. Я заставлю их всех влюбиться в русскую «простушку». А потом... Что я буду делать потом? Посмотрим…
Выберите полку для книги