Читать и слушать книги
— У тебя другая… — тихо прошептала я, глядя в глаза супругу.
— Что за глупости? — усмехнулся муж и толкнул по столу бокал.
— Я видела ее. Я все знаю. Ты мне изменял, ты мне лгал, ты… — задохнулась я от саднящей в сердце боли.
— Но душой я был верен тебе все эти двадцать пять лет, родная, чего скандалишь?
— Верен? — переспросила я.
— Конечно, душа моя всегда была у тебя. Душой я тебе не с кем не изменял, ну а тело… — муж склонился надо мной и провел большим пальцем мне по губам. — Тело иногда хотело другого…
— Что за глупости? — усмехнулся муж и толкнул по столу бокал.
— Я видела ее. Я все знаю. Ты мне изменял, ты мне лгал, ты… — задохнулась я от саднящей в сердце боли.
— Но душой я был верен тебе все эти двадцать пять лет, родная, чего скандалишь?
— Верен? — переспросила я.
— Конечно, душа моя всегда была у тебя. Душой я тебе не с кем не изменял, ну а тело… — муж склонился надо мной и провел большим пальцем мне по губам. — Тело иногда хотело другого…
— К-кто в-вы? — тихо спрашиваю я, боясь разбудить спящую в соседней комнате дочку. Скрыть нервную дрожь в голосе не удается. Вместе с ним, как осиновый лист, трясусь и я сама, не понимая, что здесь забыла эта женщина. Вчера я видела, как она ласкала моего мужа в танце, а теперь стоит на пороге моего дома.
Нахалка без всякого приглашения заходит внутрь и выдает уверенно, ощущая передо мной своё преимущество:
— Я - бывшая жена твоего мужа. И его нынешняя любовница.
Моя жизнь разрушилась в один миг, когда я увидела видеозапись, на которой мой муж танцует в страстном танце с другой женщиной. Но этого, видимо, было мало. Теперь любовница моего мужа пришла в наш дом и, кажется, вовсе не собирается уходить…
Нахалка без всякого приглашения заходит внутрь и выдает уверенно, ощущая передо мной своё преимущество:
— Я - бывшая жена твоего мужа. И его нынешняя любовница.
Моя жизнь разрушилась в один миг, когда я увидела видеозапись, на которой мой муж танцует в страстном танце с другой женщиной. Но этого, видимо, было мало. Теперь любовница моего мужа пришла в наш дом и, кажется, вовсе не собирается уходить…
Просыпаюсь от молодецкого храпа. Поворачиваю голову. Вижу незнакомое лицо.
Мажу взглядом по себе. На мне костюм - Евы! На нем - Адама!
- О, боги, - вопит голос разума и почему-то вслух. - Я падшая женщина.
- Тш-ш-ш…Спи, сладкий падший ангел! - раздается бархатистый баритон. - Не буди лихо, пока оно тихо…
На последнем слове на мою грудь падает огромная лапища.
И тут же память услужливо подкидывает едкие фразы мужа: “Я не дедушка, а муж бабушки! Дошел до ручки - живу с пенсионеркой! Сплю с бабусей! Да, Эмма, тебе пора тренировать мышцы таза. Тонус уже слабый. Хотя…Кому ты нужна в свои 50-т…”
Все это было вчера, а сегодня, глядя на богатыря рядом, в моей голове крутится лишь одна фраза: “Ну, какая я - бабуся…”
Мажу взглядом по себе. На мне костюм - Евы! На нем - Адама!
- О, боги, - вопит голос разума и почему-то вслух. - Я падшая женщина.
- Тш-ш-ш…Спи, сладкий падший ангел! - раздается бархатистый баритон. - Не буди лихо, пока оно тихо…
На последнем слове на мою грудь падает огромная лапища.
И тут же память услужливо подкидывает едкие фразы мужа: “Я не дедушка, а муж бабушки! Дошел до ручки - живу с пенсионеркой! Сплю с бабусей! Да, Эмма, тебе пора тренировать мышцы таза. Тонус уже слабый. Хотя…Кому ты нужна в свои 50-т…”
Все это было вчера, а сегодня, глядя на богатыря рядом, в моей голове крутится лишь одна фраза: “Ну, какая я - бабуся…”
Заведя себе мужчину для утех я не думала, что это может привести к проблемам. Тайны, непокорность, хитрые планы - это лишь часть того, что досталось мне в довесок. Но ведь главное - получать удовольствие. И это сработало. Пока в один момент все внезапно не изменилось с точностью до наоборот…
— Ты сворачиваешь свое дело. Либо…
Его голос спокоен, но в глазах — сталь.
— Вы не можете мне приказывать!
— Я могу все, девочка. Но даю тебе шанс.
— Кем вы себя возомнили? Вершителем судеб?!
Он усмехается, наклоняется ближе.
— Да, и твоя теперь тоже в моих руках…
Я перешла дорогу опасному человеку. Случайно спасла ему жизнь и стала его заложницей, с которой он собирается делать все, что захочет…
Его голос спокоен, но в глазах — сталь.
— Вы не можете мне приказывать!
— Я могу все, девочка. Но даю тебе шанс.
— Кем вы себя возомнили? Вершителем судеб?!
Он усмехается, наклоняется ближе.
— Да, и твоя теперь тоже в моих руках…
Я перешла дорогу опасному человеку. Случайно спасла ему жизнь и стала его заложницей, с которой он собирается делать все, что захочет…
-Это всего лишь договорной брак, Сибиль. Я даже не собираюсь спать с ней,- раздраженно бросил Карим.
-Но ты сам говорил, что для власти над их землями тебе нужен наследник от неё…- почти плакала девушка, отбиваясь от его рук.
-Не ревнуй к черной тряпке. Я даже лица ее не видел без никаба. Эта чертова свадьба с девчонкой Зороха ничего не изменит. Ты моя женщина,- он прижал ее к столу и прогнул.
Я сглотнула и шагнула в шатер.
-Что ты здесь забыла?! -бросил презрительно, сквозь зубы, продолжив вколачиваться в свою любовницу Карим, -Свадьба только завтра.
-Мне нужно поговорить… -голос предательски задрожал.
Завтра я стану женой жестокого сирийца, который поставил мой народ на колени, но меня не поставит... Я сожгу твою душу, Карим Увейдат…
-Но ты сам говорил, что для власти над их землями тебе нужен наследник от неё…- почти плакала девушка, отбиваясь от его рук.
-Не ревнуй к черной тряпке. Я даже лица ее не видел без никаба. Эта чертова свадьба с девчонкой Зороха ничего не изменит. Ты моя женщина,- он прижал ее к столу и прогнул.
Я сглотнула и шагнула в шатер.
-Что ты здесь забыла?! -бросил презрительно, сквозь зубы, продолжив вколачиваться в свою любовницу Карим, -Свадьба только завтра.
-Мне нужно поговорить… -голос предательски задрожал.
Завтра я стану женой жестокого сирийца, который поставил мой народ на колени, но меня не поставит... Я сожгу твою душу, Карим Увейдат…
Говорят, от судьбы не сбежишь?
В животе давил комок арктического холода.
С газетного снимка с превосходством во взгляде чёрных пронзительных глаз взирал муж, а рядом с ним улыбалась счастливая новая жена.
— Как же так? — пухлые губы дрожали от обиды. В зелёных глазах стояли слёзы. — Этого не может быть…
Однотомник Хеппик
В животе давил комок арктического холода.
С газетного снимка с превосходством во взгляде чёрных пронзительных глаз взирал муж, а рядом с ним улыбалась счастливая новая жена.
— Как же так? — пухлые губы дрожали от обиды. В зелёных глазах стояли слёзы. — Этого не может быть…
Однотомник Хеппик
– Где мой муж?! Почему он не пришел встретить нас из роддома?! – задаю вопрос его секретарю, которая окидывает меня презрительным взглядом.
- Господин Арбатов занят. Он в отъезде.
– В отъезде?! Поэтому не пришел на выписку?!
Как бы там ни было, что бы между нами ни происходило, я не думала, что Арбатов вычеркнет из своей жизни не только жену, но и сына.
– Господин Арбатов сейчас с невестой, поехал выбирать место для бракосочетания.
– Невестой?!
В шоке кривлю губы, прижимаю к груди новорожденного сыночка, защищаю своего мальчика от злых глаз вульгарной секретарши моего мужа.
– Именно так, – отвечает уверенно.
– А как же новорожденный долгожданный сын? Господин Арбатов не хочет взглянуть на нашего малыша?
Держусь изо всех сил, пытаясь не подавать виду, насколько у меня болит сердце и разрывается душа.
Секретарша моего мужа вновь улыбается и оглушает меня ответом:
– Нет. Ни ваш ребенок, ни вы больше не нужны Ярославу Ивановичу. У него теперь будет новая семья…
- Господин Арбатов занят. Он в отъезде.
– В отъезде?! Поэтому не пришел на выписку?!
Как бы там ни было, что бы между нами ни происходило, я не думала, что Арбатов вычеркнет из своей жизни не только жену, но и сына.
– Господин Арбатов сейчас с невестой, поехал выбирать место для бракосочетания.
– Невестой?!
В шоке кривлю губы, прижимаю к груди новорожденного сыночка, защищаю своего мальчика от злых глаз вульгарной секретарши моего мужа.
– Именно так, – отвечает уверенно.
– А как же новорожденный долгожданный сын? Господин Арбатов не хочет взглянуть на нашего малыша?
Держусь изо всех сил, пытаясь не подавать виду, насколько у меня болит сердце и разрывается душа.
Секретарша моего мужа вновь улыбается и оглушает меня ответом:
– Нет. Ни ваш ребенок, ни вы больше не нужны Ярославу Ивановичу. У него теперь будет новая семья…
На подходе к кабинету директора, я сбавила шаг. За приоткрытыми дверями ругались мужчины.
— В смысле, жениться? На ком? На первой встречной?
— Мне без разницы. Или ты остепенишься, Эд, или не видать тебе директорского кресла, как собственных ушей. Я всё сказал.
Директор и его сын. Вмешиваться в семейный конфликт не хотелось, но выбора у меня не было.
— Извините… Всеволод Олегович, документы срочные. Из бухгалтерии.
— Заходи, Тоня. Эдуард Всеволодович уже уходит, — грозно посмотрев на сына, отчеканил он.
— С чего это ухожу? Мы недоговорили! — не думал уступать отцу молодой мужчина.
— Я тебе условия обозначил. Выполнишь — продолжим разговор!
— Отлично! Я женюсь! — эмоционально выкрикнул он, а потом неожиданно развернулся всем корпусом ко мне и посмотрел в глаза, — как там тебя? Тоня? Пойдёшь за меня замуж, Тоня?
Естественно, я ничего подобного услышать не ожидала, но совершенно неожиданно сама для себя кивнула.
— В смысле, жениться? На ком? На первой встречной?
— Мне без разницы. Или ты остепенишься, Эд, или не видать тебе директорского кресла, как собственных ушей. Я всё сказал.
Директор и его сын. Вмешиваться в семейный конфликт не хотелось, но выбора у меня не было.
— Извините… Всеволод Олегович, документы срочные. Из бухгалтерии.
— Заходи, Тоня. Эдуард Всеволодович уже уходит, — грозно посмотрев на сына, отчеканил он.
— С чего это ухожу? Мы недоговорили! — не думал уступать отцу молодой мужчина.
— Я тебе условия обозначил. Выполнишь — продолжим разговор!
— Отлично! Я женюсь! — эмоционально выкрикнул он, а потом неожиданно развернулся всем корпусом ко мне и посмотрел в глаза, — как там тебя? Тоня? Пойдёшь за меня замуж, Тоня?
Естественно, я ничего подобного услышать не ожидала, но совершенно неожиданно сама для себя кивнула.
Вхожу в павильон и застаю мужа с новой "звездой" — ноги от ушей, мозг размером с горошину.
— Владик, покажи, как запускать ракету, — мурлычет она.
— Запуск отменяется! — мой голос разрезает воздух.
— Катя! Ты здесь откуда?! — ошарашенно выдавливает муж, пытаясь скинуть с себя девицу.
— От верблюда! Вот это поворот! Думала, ты снимаешь научную фантастику, а ты снимаешь только одежду со своих актрис!
Ангелина, даже не смутившись, высокомерно смотрит на меня:
— Может вы зайдёте позже? Мы тут репетируем очень важный эпизод...
— А может ты заткнёшься? — отвечаю наглой пигалице. — Я вам сейчас устрою тут такой "запуск", что чью-то “ракету” разорвёт на части!
— Владик, покажи, как запускать ракету, — мурлычет она.
— Запуск отменяется! — мой голос разрезает воздух.
— Катя! Ты здесь откуда?! — ошарашенно выдавливает муж, пытаясь скинуть с себя девицу.
— От верблюда! Вот это поворот! Думала, ты снимаешь научную фантастику, а ты снимаешь только одежду со своих актрис!
Ангелина, даже не смутившись, высокомерно смотрит на меня:
— Может вы зайдёте позже? Мы тут репетируем очень важный эпизод...
— А может ты заткнёшься? — отвечаю наглой пигалице. — Я вам сейчас устрою тут такой "запуск", что чью-то “ракету” разорвёт на части!
Выберите полку для книги