Читать и слушать книги
— Кто она? — снова смотрю на Андрея. — С кем ты мне изменил?
— Ты считаешь, это сейчас важно? — муж приподнимает бровь. — Тебя именно это волнует? А не то, что ты потеряла нашего ребенка и оказалась больнице?
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу. — В один день я лишилась ребенка и мужа.
— Не утрируй, — перебивает Андрей. — Я стою перед тобой. А ребенок… ты могла его защитить.
— Не могла! — повышаю голос. — Не могла, — вспоминаю удары тяжелым ботинком, которые пришлись в мой живот, и холодок бежит по позвоночнику.
— Ну я пока не могу тебя поддержать. Это тяжело… — раздраженно цедит муж. — Вся эта ситуация пробуждает во мне ярость… ты пробуждаешь ярость. Не хочу тебя пока видеть, поговорим позже.
— Ты считаешь, это сейчас важно? — муж приподнимает бровь. — Тебя именно это волнует? А не то, что ты потеряла нашего ребенка и оказалась больнице?
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу. — В один день я лишилась ребенка и мужа.
— Не утрируй, — перебивает Андрей. — Я стою перед тобой. А ребенок… ты могла его защитить.
— Не могла! — повышаю голос. — Не могла, — вспоминаю удары тяжелым ботинком, которые пришлись в мой живот, и холодок бежит по позвоночнику.
— Ну я пока не могу тебя поддержать. Это тяжело… — раздраженно цедит муж. — Вся эта ситуация пробуждает во мне ярость… ты пробуждаешь ярость. Не хочу тебя пока видеть, поговорим позже.
– Ты что тут делаешь? – улыбается муж криво.
Макс смотрит на меня очень странно, и в душе начинает шевелиться какое-то отвратительное чувство.
Будто меня вот-вот стошнит на глазах у всех.
Сестра подарила мне путевку на отдых, я приезжаю в отель и вижу мужа у стойки регистрации под руку с незнакомой женщиной.
Он сказал, что уезжает на рабочую встречу, а сам повез любовницу на горнолыжный курорт.
Пять лет душа в душу, крепкая дружная семья и пережитое вместе горе от потери ребенка разбиваются об его отвратительные слова:
– Ты сейчас очень не вовремя, Рин…
Макс смотрит на меня очень странно, и в душе начинает шевелиться какое-то отвратительное чувство.
Будто меня вот-вот стошнит на глазах у всех.
Сестра подарила мне путевку на отдых, я приезжаю в отель и вижу мужа у стойки регистрации под руку с незнакомой женщиной.
Он сказал, что уезжает на рабочую встречу, а сам повез любовницу на горнолыжный курорт.
Пять лет душа в душу, крепкая дружная семья и пережитое вместе горе от потери ребенка разбиваются об его отвратительные слова:
– Ты сейчас очень не вовремя, Рин…
— Что все это значит? — смотрю на девушку, лежащую на столе в нашей столовой. — Ты же… не такой. Как ты мог?
— Родная, — Антон отстраняется от любовницы, разворачивается ко мне. Плавным движением подтягивает брюки. — Когда ты пришла?
— Неважно, — смотрю в его каре-зеленые глаза. — Прошу прощения, что помешала. Я уже ухожу. Можете продолжать.
— Ты никуда не пойдешь. Лера, иди в спальню и жди меня, пока я здесь не закончу…— цинично произносит Антон, буравя меня холодным взглядом. — А после мы с тобой как следует… поговорим. Думаю, ты осознаешь, что все неправильно поняла.
— Родная, — Антон отстраняется от любовницы, разворачивается ко мне. Плавным движением подтягивает брюки. — Когда ты пришла?
— Неважно, — смотрю в его каре-зеленые глаза. — Прошу прощения, что помешала. Я уже ухожу. Можете продолжать.
— Ты никуда не пойдешь. Лера, иди в спальню и жди меня, пока я здесь не закончу…— цинично произносит Антон, буравя меня холодным взглядом. — А после мы с тобой как следует… поговорим. Думаю, ты осознаешь, что все неправильно поняла.
— Какие фиктивные отношения? Свои проблемы и без тебя решу! — зло процедил Жданов.
— Серьезно?! — нагло ухмыльнулась я. — А роман с женой Денисова? Знаю, вы с ней знатно наследили…
Тут же, как по заказу, в коридоре раздался рык этого самого рогоносца.
— Вы, правда, до сих пор считаете, что можете сами решить все проблемы? Если да — я сейчас же открываю Денисову дверь.— сходу перешла к шантажу я.
— А если нет? — хрипло выдохнул Жданов.
— Тогда поздравляю, Лев Николаевич. На следующей неделе мы женимся.
Кто сказал, что после сорока жизнь заканчивается? Моя вот заиграла новыми красками. Её изменила девочка из детского дома. В тот момент мы обе были одиноки. Поэтому я всем сердцем пожелала подарить нам семью. Но…
Ради этого мне нужен был фиктивный брак.
Выбор фальшивого мужа пал на Льва Жданова – самого дьявола воплоти. Вступая в сделку с ним, я не знала, чем это для нас обернется…
— Серьезно?! — нагло ухмыльнулась я. — А роман с женой Денисова? Знаю, вы с ней знатно наследили…
Тут же, как по заказу, в коридоре раздался рык этого самого рогоносца.
— Вы, правда, до сих пор считаете, что можете сами решить все проблемы? Если да — я сейчас же открываю Денисову дверь.— сходу перешла к шантажу я.
— А если нет? — хрипло выдохнул Жданов.
— Тогда поздравляю, Лев Николаевич. На следующей неделе мы женимся.
Кто сказал, что после сорока жизнь заканчивается? Моя вот заиграла новыми красками. Её изменила девочка из детского дома. В тот момент мы обе были одиноки. Поэтому я всем сердцем пожелала подарить нам семью. Но…
Ради этого мне нужен был фиктивный брак.
Выбор фальшивого мужа пал на Льва Жданова – самого дьявола воплоти. Вступая в сделку с ним, я не знала, чем это для нас обернется…
- А я бы с удовольствием с тобой поболтал, пообщался.
- О чём?
Он поводит плечом.
- О тебе? Обо мне?
Болтать он собрался? На шёлковых белоснежных простынях?
Сразу нет!
- О себе никому не рассказываю, о тебе слушать не интересно, - намерено грублю, чтоб уж точно отстал.
Не хочу я быть милой. Тем более с Дивовым. Стоит такой весь из себя… богатый и успешный в дорогом костюме. А я - в чёрных брюках, тёмной футболке и фартуке – ношусь по залу, как подстреленная, расставляя тарелки и унося пустые бокалы. Он тут гость, а я – рабсила.
А ещё я воспитываю нашу дочь, о которой он ничего не знает.
- Пять лет не виделись, надеюсь, ещё столько же не увидимся, - бросаю на прощанье, но Марат хватает меня за руку и не хочет отпускать.
- О чём?
Он поводит плечом.
- О тебе? Обо мне?
Болтать он собрался? На шёлковых белоснежных простынях?
Сразу нет!
- О себе никому не рассказываю, о тебе слушать не интересно, - намерено грублю, чтоб уж точно отстал.
Не хочу я быть милой. Тем более с Дивовым. Стоит такой весь из себя… богатый и успешный в дорогом костюме. А я - в чёрных брюках, тёмной футболке и фартуке – ношусь по залу, как подстреленная, расставляя тарелки и унося пустые бокалы. Он тут гость, а я – рабсила.
А ещё я воспитываю нашу дочь, о которой он ничего не знает.
- Пять лет не виделись, надеюсь, ещё столько же не увидимся, - бросаю на прощанье, но Марат хватает меня за руку и не хочет отпускать.
– Невеста вашего мужа я, – повторяет, причем нарочисто громко, как иногда орут пожилым людям, которые плохо слышат, – А вы можете быть свободны! У вас уже все, прошла лучшая часть жизни.
– Лера, тебе лет-то сколько, что ты невеста моего мужа? – я смотрю на девушку и просто не верю. Мне кажется либо она бредит, либо у меня галлюцинации. Хотя до этого у меня никаких галлюцинаций не было…
– Двадцать два, Лидия Сергеевна. Зато вам пятьдесят два!
– Сорок восемь вообще-то.
– Сорок восемь, пятьдесят два… Какая разница! – закатывает глаза, – Видно что ягодка давно протухла! И жизнь давно где-то за бортом!
– Лера, тебе лет-то сколько, что ты невеста моего мужа? – я смотрю на девушку и просто не верю. Мне кажется либо она бредит, либо у меня галлюцинации. Хотя до этого у меня никаких галлюцинаций не было…
– Двадцать два, Лидия Сергеевна. Зато вам пятьдесят два!
– Сорок восемь вообще-то.
– Сорок восемь, пятьдесят два… Какая разница! – закатывает глаза, – Видно что ягодка давно протухла! И жизнь давно где-то за бортом!
— О, Сережа, да ты не отвлекайся! Продолжай пить вино и целовать ей ручку.
— Лариса?! — муж давится напитком и пытается спрятать за своей спиной любовницу.
— Ой, а что ты такой бледный? Это же всего лишь ужин, правда? Хотя… неужели тебе придется объяснять ей, что ты пока женат?
— Давай поговорим без сцен…
— Отличная идея! Только давай договоримся: ты забираешь свою молодую игрушку, а я — половину твоего бизнеса.
***
Двадцать лет брака, а в итоге — измена. Муж возомнил себя «папиком» и завел себе молодую любовницу. Неприятный сюрприз. Но ничего, теперь сюрпризы будут от меня. И угадайте, кто лишится бизнеса, денег и нервных клеток? Спойлер: не я.
— Лариса?! — муж давится напитком и пытается спрятать за своей спиной любовницу.
— Ой, а что ты такой бледный? Это же всего лишь ужин, правда? Хотя… неужели тебе придется объяснять ей, что ты пока женат?
— Давай поговорим без сцен…
— Отличная идея! Только давай договоримся: ты забираешь свою молодую игрушку, а я — половину твоего бизнеса.
***
Двадцать лет брака, а в итоге — измена. Муж возомнил себя «папиком» и завел себе молодую любовницу. Неприятный сюрприз. Но ничего, теперь сюрпризы будут от меня. И угадайте, кто лишится бизнеса, денег и нервных клеток? Спойлер: не я.
Мне ее подарили…
— Собирайся и уходи, я в твоих услугах не нуждаюсь, — скольжу по ней ледяным взглядом. Девочка под ним съеживается, всхлипывает.
— Тимур Сергеевич, я невинна и по договору рожу для вас ребенка…
— По какому договору?
— Тому, что я подписала, — Надя протягивает черную папку. Внутри брачный договор, мой и гражданки Надежды Орловой. По тексту сразу понятно, что она за каким-то чертом отдается мне в рабство — содержания или отступных в случае развода нет. Зато штрафы за любой проступок для нее космические. Есть отдельный пункт о рождении ребенка в течение года.
— И ты это подписала?
— Да, — пожимает хрупкими плечами Надя.
— Почему? — задаю логичный вопрос.
— У меня не было выхода, — отводит глаза.
— Собирайся и уходи, я в твоих услугах не нуждаюсь, — скольжу по ней ледяным взглядом. Девочка под ним съеживается, всхлипывает.
— Тимур Сергеевич, я невинна и по договору рожу для вас ребенка…
— По какому договору?
— Тому, что я подписала, — Надя протягивает черную папку. Внутри брачный договор, мой и гражданки Надежды Орловой. По тексту сразу понятно, что она за каким-то чертом отдается мне в рабство — содержания или отступных в случае развода нет. Зато штрафы за любой проступок для нее космические. Есть отдельный пункт о рождении ребенка в течение года.
— И ты это подписала?
— Да, — пожимает хрупкими плечами Надя.
— Почему? — задаю логичный вопрос.
— У меня не было выхода, — отводит глаза.
— О, Зоя Виталиевна… Какая встреча, — её голос звучит бархатно, с лёгкой ноткой превосходства.
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
— Надоела? — спросила я.
— Почему надоела? — спокойно ответил муж. — Просто захотелось разнообразия.
Я слушала его и не верила собственным ушам. Разве это тот человек, с которым я прожила двадцать лет?
— У всех моих друзей любовницы есть, и давно, — поморщился Боря. — Это нормальные мужские потребности, по-другому не бывает.
Оказывается, я двадцать лет прожила с человеком, которого не знала совсем.
— А хочешь уйти, выметайся, — добавил он. — Это моя квартира, я замки сменю.
— Раньше ты говорил, что это наша квартира, — напомнила я.
— Ты можешь и остаться, но на моих условиях. — Боря пожал плечами. — Я уже объяснил, что это мои мужские потребности. И потом, Зая — это ненадолго. Тебе надо просто отнестись с пониманием и немножко потерпеть.
…Когда мне исполнилось сорок лет, я получила от мужа незабываемый «подарок» — узнала, что у него есть молодая любовница.
Мне пришлось уйти и начать жизнь с нуля. Это тяжело. Но так ли это плохо?
— Почему надоела? — спокойно ответил муж. — Просто захотелось разнообразия.
Я слушала его и не верила собственным ушам. Разве это тот человек, с которым я прожила двадцать лет?
— У всех моих друзей любовницы есть, и давно, — поморщился Боря. — Это нормальные мужские потребности, по-другому не бывает.
Оказывается, я двадцать лет прожила с человеком, которого не знала совсем.
— А хочешь уйти, выметайся, — добавил он. — Это моя квартира, я замки сменю.
— Раньше ты говорил, что это наша квартира, — напомнила я.
— Ты можешь и остаться, но на моих условиях. — Боря пожал плечами. — Я уже объяснил, что это мои мужские потребности. И потом, Зая — это ненадолго. Тебе надо просто отнестись с пониманием и немножко потерпеть.
…Когда мне исполнилось сорок лет, я получила от мужа незабываемый «подарок» — узнала, что у него есть молодая любовница.
Мне пришлось уйти и начать жизнь с нуля. Это тяжело. Но так ли это плохо?
Выберите полку для книги