Читать и слушать книги

Я приехала поздравить маму, но стала свидетельницей того, чего не должна была видеть. В этот день перевернулся мой мир, потому что это была лишь первая страница в этой истории, полной шокирующих открытий.

- Ну где же она? – шепотом произношу я.
И вдруг - за толстым морщинистым стволом старой ивы – движение. Два силуэта. Слитые воедино.
Я останавливаюсь и замираю.
Они целуются. Их поцелуй кажется таким страстным, таким… интимным, как целуются только влюбленные.
Моя мама и…
Сердце стукнуло раз, гулко, как колокол, и замерло. Ноги стали ватными.
Нет. Не может быть. Это игра света, тени.
Я прищуриваюсь, делаю шаг ближе, не веря глазам.
Черный смокинг, знакомый до каждой складочки на спине. Волосы, которые я так любила перебирать пальцами.
Его профиль, резко вырисовывающийся в свете фонаря. И мама… моя мама – ее руки в его волосах, ее тело прижато к нему, ее губы…
Максим?!
Мой муж. Муж, который этим утром целовал меня в макушку, бормоча: «Я тебя очень люблю».

Кирилл встает и произносит тост:
— Я благодарен судьбе за эту женщину. За её терпение, её доброту. За то, что она всегда рядом. Диночка, с днём рождения.
Он допивает шампанское в мою честь и заботливо накладывает мне салат оливье, но его глаза кричат: “Попробуй только сожрать хоть ложку!”
Слёзы подкатывают к горлу. Я опускаю глаза, чтобы никто не увидел, как меня обжигает каждое его слово.
— Улыбайся, Дина, — шепчет он мне, обнимая за плечи. — Все смотрят.



Иногда самая красивая жизнь — самая несчастливая.
На свой тридцать пятый день рождения я получила роскошный банкет, подарки, тосты — и в придачу измену мужа.
Кирилл — образцовый мужчина. Все подруги мне завидуют: «Он у тебя идеальный».
На людях он — заботливый, щедрый, вежливый.
Десять лет я играю роль хорошей жены, улыбаюсь и молчу, но однажды наступает день, когда дальше терпеть невозможно.

Счастье — оно такое хрупкое.
Ещё утром я думала, что у меня всё идеально.
Любимый муж. Работа мечты. И лучшая подруга, которой доверяешь больше, чем себе.
А вечером пришло одно сообщение — и жизнь разлетелась на осколки.
На экране телефона наша спальня. Артём и Леночка, двое самых близких людей, устраивают шоу, о котором я явно не просила.
Сначала просто не верю: может, шутка?
Но сюрпризы обычно делают одетыми.
Глаза щиплет, но слёз нет. Вместо слёз приходит злость — простая, понятная, ироничная.
Они решили меня унизить?
Ладно, посмотрим, кто кого.
Ну что, ребята, игра начинается.
Обещаю: будет больно, красиво и… незабываемо.

Посреди приемной обнаружилась пожилая женщина в очках. Рядом с ней стояла девочка лет пяти в голубом платье. И свистела в свисток.
— Не свисти, а то у папы денег на алименты не будет, — сказала женщина.
— Что? — спросил я.
— Руслан Сергеевич, это ваша дочь, — ответила женщина. — Мама-то у нас чуток приболела. Придется вам пока о Василисе позаботиться.
— Что? — спросил я.
— Это твой папа, Василиса, — обратилась женщина к девочке. — Папа очень рад с тобой познакомиться. Постарайся его не расстраивать и сильно не обижать.
— Уж как получится… — засомневалась Василиса.

❤️
— Сколько лет твоей дочери, Амелия?
Я смотрю на Эмина, а потом опускаю взгляд на его руки, лежащие на столе. На безымянном пальце обручальное кольцо.
— Три года, — нагло вру, глядя ему в глаза.
За пять лет, что мы разошлись, он ни разу не искал меня. А сейчас... У него жена, семья... так зачем мне портить ему жизнь?
— Нашла другого, едва мы расстались? — он усмехается уголками губ. — Прекрасно.
— Мне кажется... идея работать вместе — ужасная. — меняю тему. — Я не знала, что это агентство принадлежит твоей матери.
— Поздно. Ты подписала контракт на несколько лет, куда я впишу ещё один пункт.
— Какой?
— Ребенка ты сюда тащить не будешь. Мужика своего тем более. Приезжаешь вовремя, не опаздываешь, о том, что у тебя дома есть дочь — не думаешь. О ней папаша позаботится как-нибудь...
— Как скажете, босс. Личное с работой не путаем.

❗️ ПОЛНОВЕС❗️
Цель поиска: интим и не более.
Именно эта фраза привлекла Инну. Сейчас её интересовала только эта сторона отношений.
Она ему написала. Он ответил. Они встретились. Каждый думал, что один раз не считается. Но…
Что-то пошло не так. За первой встречей последовали другие и последняя…
***
Мы как всегда выходим из подъезда. Я иду вправо. Он – влево.
На каждый шаг мысленно говорю себе и ему: “Обернись!”
И я оборачиваюсь. И вижу – он тоже. И мы оба стремительно “летим” навстречу друг другу.
Падаю в его объятия. Дышу им. Он гладит меня.
Стоим молча и расходимся. И никто из нас не знает – что дальше…

— Она мне дороже тебя.
— К-как это понимать?.. — шепнула я, обмирая от шока.
— Пока ты лежала пластом, — процедил муж, — и отказывалась принимать то, что с нами случилось, кто поддержал меня? Да никто. И лишь Милана…
— Так она не только постель тебе согревала… Она ещё и сердце тебе отогрела, верно?
Матвей помрачнел:
— Слушай, я понимаю, тебя душит ревность…
— Да пошёл ты к чёрту! — крикнула я со слезами.
— Я знал, что ты не захочешь смотреть на ситуацию с моей стороны! — рявкнул муж. — Ты меня тянула на дно! А с Миланой мне снова жить захотелось, это ты понимаешь?

— Это наша последняя ночь, — муж медленно поднялся с кровати.
— Мурат, сейчас глубокая ночь... Зачем ты одеваешься? — тревожное предчувствие острой иглой пронзает грудь, перехватывает дыхание.

Муж неторопливо натягивает темные брюки, тщательно расправляет складки, застегивает кожаный ремень с металлической пряжкой. Только после этого его взгляд встречается с моим.

В его глазах — ледяная пустота. Ни следа того пламени страсти, которое пылало между нами еще мгновение назад. Словно передо мной совершенно чужой человек.

— Я же сказал, Саяна, — Мурат произносит эти слова только после того, как последняя пуговица на манжете оказывается застегнутой. — Это наша последняя ночь.
— Почему последняя? — одними губами беззвучно шепчу я.
— Потому что я ухожу от тебя! — слова Мурата бьют под дых, причиняют невыносимую боль. — Саяна, ты слишком правильная. Мне пришлось учить тебя всему!... А теперь я нашел ту, которая уже все умеет!

– Через неделю всё закончится, – произнёс Пётр, мой жених. – Я на ней женюсь и можно будет расслабиться.
Я замерла.
– Какая же она у тебя дура. – раздался женский голос. Насмешливый, ядовито-сладкий. –
– У неё от родителей осталась трёшка в центре, объекты коммерческой недвижимости и солидный счёт. И всё это станет моим.
– Ты просто чудовище, Петь, – протянула девушка, смеясь. – Хотя… в каком-то смысле я тебя даже уважаю. Такие спектакли устраивал.
– Да ладно тебе. Она наивная. После гибели предков у неё – дыра в душе. Я просто в неё вошёл и закрыл её собой, как пробкой.
Он снова рассмеялся. Весело. По-мужски. Как будто хвастался перед друзьями.
– Прямо сейчас меня хочешь? – её голос стал ниже, мягче, вкрадчивее.
– В ресторане? – усмехнулся он. – А что, даже в этом есть свой шик.
Я медленно развернулась и пошла к выходу.
Я приняла решение. Я сделаю так, чтобы он запомнил меня не как удобную, наивную, ранимую Олю. А как женщину, которую нельзя предавать безнаказанно.

- Хорошо, хочешь правды? - говорит муж с той жесткостью, которую я слышала от него только в зале суда, защищая своих подзащитных. - Да, у нас с Ликой отношения. Уже четыре месяца. И знаешь что, Арина? Я не чувствую себя виноватым.

Застав мужа за изменой с моей подругой, моя жизнь разбилась на осколки. Я думала, что конец, но оказалось, что это начало ада, в котором меня пытаются уничтожить близкие, как я считала, люди.