Читать и слушать книги

Он приехал забрать сына. Она встала между ними.
Маша готова на всё, чтобы защитить маленького Сашу, даже заключить фиктивный брак с властным итальянским маркизом, который считает её сестру воровки. Но в роскошном римском палаццо контракт быстро перестаёт быть простой формальностью, а ненависть становится слишком похожей на желание.

ГОРЯЧО И ОТКРОВЕННО
ЭМОЦИОНАЛЬНО
ХЭ

— Ты предлагаешь мне изменить собственному мужу!
— Я предлагаю тебе родить ребенка и сохранить семью. — невозмутимо отвечает мама. — Иногда бывает, что мужчина и женщина просто не подходят друг другу, поэтому детей у них не получается.
Она действительно сидит напротив меня и считает, что нашла решение проблемы, над которой врачи бьются несколько лет.
— Нашла мужичка внешне похожего, встретилась, забеременела и дело с концом. Все счастливы!
В тот момент мне казалось, что ничего бредовее в своей жизни я уже не услышу. Но потом в ее ноутбуке всплывает сообщение от моего мужа:
«Напиши, когда уйдет. Я буду свободен уже через пару часов. Соскучился.»
Соскучился.
Мой Рустам соскучился по ней.
Господи.
Моя родная мать и… Нет!
Судьба решила, что этого мало и это сообщение оказалось не самым страшным.

— Твой муж изменяет тебе с моей матерью, — говорит он, и я чувствую, как мир рушится.
Я думала, что моя жизнь кончена, когда я застала мужа с другой. Я терпела его измены тринадцать лет, пока однажды не поняла: больше не могу. Я подала на развод. Я ушла. Я начала новую жизнь.
И тогда я встретила его. Молодого, дерзкого, с глазами, которые видели меня настоящую. Студент-практикант на моих уроках литературы. Я знала, что это неправильно. Он младше меня. Он мой ученик. Но я не могла устоять против его взгляда, его улыбки, его рук.
Я думала, что наконец-то нашла счастье. Что прошлое осталось позади. Что я могу дышать, любить, жить.
Но в тот вечер он сказал мне правду:
— Женщина, с которой твой муж изменял тебе, — моя мать.
Его мать — та самая любовница, которая разрушила мою семью. Он — сын женщины, которую я ненавижу.
Я должна была уйти. Должна была забыть его. Должна была ненавидеть его за то, что он — часть моего прошлого.
Но я уже не могла. Потому что он стал моим будущим.

На первой консультации Савва Ратников спокойно сообщает психологу Таире Лавровой: через тридцать дней он убьёт её в собственной квартире.

Он знает её адрес, расположение вещей и тайны детства, о которых она никому не рассказывала. И утверждает, что уже видел её смерть четырнадцать раз.

Таира привыкла доверять только фактам. Но камеры показывают события, которых не было, записи появляются раньше, чем их успевают сделать, а в закрытых архивах обнаруживается их общее прошлое — созданное кем-то другим.

Чтобы дожить до назначенной даты, Таире придётся объединиться с человеком, которого разум велит опасаться. Но кто написал их роли? Можно ли вырваться из сценария, если каждый шаг к спасению уже предусмотрен? И что страшнее: поверить Савве — или узнать, что возникшее между ними чувство тоже могло быть частью эксперимента?

До нуля осталось тридцать дней.

— Я смотрю, тут мне не рады, — рычит муж. — Значит, поеду туда, где мне окажут самый тёплый приём.
— У адмирала? — шепчу, холодея.
— С адмиралом я всё уладил, — хмыкает Игорь. — А вот с дочкой его не успел.
Гнев меня ослепил, и я хлестнула Дрёмова по лицу.
Его крутая скула мгновенно вспыхнула алым.
— А ты в разлуке стала ревнивой, — тянет супруг. — И неблагодарной. Мало тебе того, что я тебя обеспечиваю? Ты ещё и внимание моё ни с кем не хочешь делить.
— Ты… подонок, Дрёмов. Циничный, жестокий подонок!
— Следи за своими словами, — усмешка сползает с его жёстких губ. — Иначе рискуешь потерять меня навсегда.

- ХЭ

— Спасите… ребенка… пожалуйста… спасите малыша…
Я подбегаю и замираю у кушетки. Это лежит моя пропащая сестра. Вера.
— Вера, это ты?! — до конца не верю
Она приоткрывает глаза и смотрит на меня мутным, плывущим взглядом.
— Ди… Диана… Прости… прости меня…
Я наклоняюсь к ней, пытаясь разобрать слова сквозь шум крови в ушах.
— Ребенка… спаси… — она хватает меня за руку ледяными пальцами. — Умоляю… только ребенка… ему нельзя умирать…
Я наклоняюсь ближе, почти касаясь губами ее уха.
— Арсений… спаси… его… ребенка… Арсений…
Почему она назвала имя моего мужа? Я застываю, не в силах пошевелиться.
— Вера, что ты сказала?! — мой голос срывается. — Вера?!
Но она уже без сознания. С именем моего мужа. С именем человека, с которым я прожила двадцать лет.

Я возвращаюсь от родителей, предвкушая встречу с мужем. Не виделись всего 9 дней, но как же я соскучилась, господи!
Сегодня я скажу ему, что он наконец-то станет папой!
Прохожу в спальню. Что-то не так, что-то, что я не могу себе объяснить.
Отмахиваюсь от этого чувства, лезу в комод.
Сейчас приму душ, приготовлю ужин, скоро придет Рома и мы…
Сверху лежат мои комплекты белья, аккуратно сложенные. Вздыхаю и начинаю перебирать стопки.
Черный комплект. Белый. Темно-синий, который я давно не надевала.
Под ним что-то блестит.
Тонкий браслет лежит прямо между двумя моими комплектами, застежка зацепилась за край чашки. На середине подвеска, золотой скорпион с прозрачным камнем.
Я замираю, продолжая держать пальцами край белья.
Потому, что не ношу желтое золото.
И вообще, я дева, муж овен.
Значит, кто-то открывал этот ящик, стоял здесь, возле моей кровати, перебирал мои вещи, касался моего белья.
И этот же кто-то оставил «привет» , мимо которого я не смогла бы пройти.

— Я бесплоден, — спокойно говорит мой муж.
В нашу брачную ночь.
Смотрю на Рустама и не верю собственным ушам.
— У меня не может быть детей, — повторяет он, — Но мне нужен наследник. Ты ляжешь в постель с моим старшим братом. И родишь от него.
— Я не хочу...
— Меня это не волнует, — отрезает он, — Шамиль сделает тебя беременной. Будь покорной. Учти, у него уже более десяти лет не было женщины...
***
В первую брачную ночь мой муж отдал меня своему брату, чтобы я родила от него ребенка.
От угрюмого отшельника, который презирает женщин...

Дверь номера была не заперта.
Мой муж стоял раздетый посреди чужой комнаты и смотрел на меня так, будто я — квитанция, которую забыли оплатить.
Не «прости». Не «это не то, что ты думаешь».
«Ты себя видела? Разведёмся тихо».
Тихо.
Мне тридцать восемь. Двое детей. Двенадцать лет, которые он вычеркнул одной фразой в гостиничном коридоре.
Я думала, хуже быть не может.
Оказалось — может.

– Ну ты прямо одна в мире такая, которой мужик изменил, – с издевкой ерничает муж, застегивая китель. – Это что за истерика? Ты взрослая баба, в руки себя возьми. У нас вечером ужин с командиром морпехов, забыла? В грязь ударить лицом нельзя, так что не позорь меня.
Я задыхаюсь.
– Не позорить тебя?!
– Именно. Мне с ним полгода минимум на борту бок о бок находиться.
– А тебе не приходило в голову, что ты сам себя опозорил?? Что я сыну скажу?? Что мы развелись, потому что его папа другую тетю себе нашел? Ты же его гордостью был…
Я запинаюсь. Муж нависает надо мной грозовой тучей.
– Какой развод, Мия? Опозорить меня перед всем гарнизоном хочешь? Чтобы все судачили за спиной и грязью нашего сына поливали – этого хочешь? Давай утри сопли, марафет наведи и чтобы вечером улыбалась, как ни в чем не бывало. Ты капитанша или кто? Марку держи.