Книги в жанре «Короткий любовный роман»
Я устала быть служанкой. Если ты не готов увидеть во мне личность — это сделает мой начальник. Который уже давно ждет от меня ребенка...
Кира готовится к свадьбе и верит, что рядом с ней надёжный мужчина, с которым можно строить будущее. Но за несколько дней до росписи её мир трескается: случайная правда открывает лицо человека, которого она собиралась назвать мужем.
Оказывается, у Влада есть не только тайны, но и другие женщины.
И каждая из них — не ошибка, а часть продуманной лжи.
Оля, женщина с прошлым и холодной ясностью, не хочет мести — она хочет честности.
Полина, лёгкая и дерзкая, впервые выбирает не роль, а себя.
А Кира стоит перед выбором: уйти тихо или довести всё до конца.
Свадьба становится сценой.
Правда — главным гостем.
А три женщины в белых платьях — символом силы, солидарности и нового начала.
«Измена. Три невесты для лжеца» — это роман о том, что разрушает не правда, а ложь.
О том, как женская поддержка сильнее соперничества.
И о том, что иногда, чтобы начать жить по-настоящему, нужно не сохранить любовь — а сохранить себя.
Оказывается, у Влада есть не только тайны, но и другие женщины.
И каждая из них — не ошибка, а часть продуманной лжи.
Оля, женщина с прошлым и холодной ясностью, не хочет мести — она хочет честности.
Полина, лёгкая и дерзкая, впервые выбирает не роль, а себя.
А Кира стоит перед выбором: уйти тихо или довести всё до конца.
Свадьба становится сценой.
Правда — главным гостем.
А три женщины в белых платьях — символом силы, солидарности и нового начала.
«Измена. Три невесты для лжеца» — это роман о том, что разрушает не правда, а ложь.
О том, как женская поддержка сильнее соперничества.
И о том, что иногда, чтобы начать жить по-настоящему, нужно не сохранить любовь — а сохранить себя.
Никита мчал на квадроцикле по лесу... и заметил что-то странное...
Подошёл...
Заглянул в палатку...
Подошёл...
Заглянул в палатку...
У меня сердце замирает, и на секунду даже хочется остановиться. Я беру себя в руки и решительно иду к нему.
Он не сводит своих черных глаз с меня. Ничего, я тебе не та Ариша, которая тебе в рот смотрела, и ты вытирал ноги об неё, дорогой бывший муж. Я улыбнулась самой очаровательной улыбкой, которая у меня есть. Подошла к нему вплотную.
В его черных, как бездна, глазах виднелся огонь. Тот, который я не раз ловила на себе, после чего это закончилось жаркими ночами.
- Значит, так, Алмазов. Думаешь, я не знаю, зачем ты сюда припёрся? Я уже обо всём в курсе.
Я не та Аришка, которая тебе в рот смотрела. Я теперь Ирина Разумовская. Если протянешь ко мне свои ручонки, раздавлю. И никакие твои деньги не помогут. Хочешь войны — ты её получишь. Понял?
Он не сводит своих черных глаз с меня. Ничего, я тебе не та Ариша, которая тебе в рот смотрела, и ты вытирал ноги об неё, дорогой бывший муж. Я улыбнулась самой очаровательной улыбкой, которая у меня есть. Подошла к нему вплотную.
В его черных, как бездна, глазах виднелся огонь. Тот, который я не раз ловила на себе, после чего это закончилось жаркими ночами.
- Значит, так, Алмазов. Думаешь, я не знаю, зачем ты сюда припёрся? Я уже обо всём в курсе.
Я не та Аришка, которая тебе в рот смотрела. Я теперь Ирина Разумовская. Если протянешь ко мне свои ручонки, раздавлю. И никакие твои деньги не помогут. Хочешь войны — ты её получишь. Понял?
Как помочь ребёнку, если он просит у Деда Мороза маму? А что делать если это дочь твоего бывшего? Который предал тебя, а теперь снова появился в твоей жизни.
— Удалите запись, — прозвучал у меня за спиной мужской голос.
Я обернулась. Эпик фэйл. Татьяна, мои поздравления.
Передо мной стоял человек, которому явно не положено самому разбираться с гостями. Его глаза цвета зимнего неба перед бурей светились холодом. И предвещали неприятности.
— Прошу вас сейчас же удалить эту запись.
— Какой контроль — такие и продукты.
Он всматривался в моё лицо.
— Вам, должно быть, всегда нравилось ловить других на ошибках. Ещё со школы, да?
От его слов у меня внутри всё оборвалось.
Эта фразу мне сказал Ромео. После всего, что произошло.
Я обернулась. Эпик фэйл. Татьяна, мои поздравления.
Передо мной стоял человек, которому явно не положено самому разбираться с гостями. Его глаза цвета зимнего неба перед бурей светились холодом. И предвещали неприятности.
— Прошу вас сейчас же удалить эту запись.
— Какой контроль — такие и продукты.
Он всматривался в моё лицо.
— Вам, должно быть, всегда нравилось ловить других на ошибках. Ещё со школы, да?
От его слов у меня внутри всё оборвалось.
Эта фразу мне сказал Ромео. После всего, что произошло.
Она доверилась не тому человеку, и теперь живёт словно в клетке, надёжно охраняемая тем, кто её в эту клетку заточил.
Он всегда думал, что “высокие” чувства не для него, и жил так, как считал правильным.
Им суждено было встретиться… Ночь, отель, и отчаянная потребность друг в друге. Но вот на утро…
— Прости меня, — шепчет она сквозь слёзы.
— За что, Лиз? — в его глазах только боль и отчаяние. — За то, что обещала уехать со мной и обманула? За то, что даже имя выдуманное назвала, чтобы я уж наверняка тебя не нашёл? Или, может, за то, что позволила мне попробовать немного этого… этого чёртового счастья и заставила поверить, что оно возможно? Въелась под кожу, а на утро просто растоптала всё и выбросила, как мусор? Или, может быть, за то, что теперь спокойно спишь в одной постели с этим своим… подполковником? ЗА ЧТО ИМЕННО ТЫ ПРОСИШЬ ПРОЩЕНИЯ?
Он всегда думал, что “высокие” чувства не для него, и жил так, как считал правильным.
Им суждено было встретиться… Ночь, отель, и отчаянная потребность друг в друге. Но вот на утро…
— Прости меня, — шепчет она сквозь слёзы.
— За что, Лиз? — в его глазах только боль и отчаяние. — За то, что обещала уехать со мной и обманула? За то, что даже имя выдуманное назвала, чтобы я уж наверняка тебя не нашёл? Или, может, за то, что позволила мне попробовать немного этого… этого чёртового счастья и заставила поверить, что оно возможно? Въелась под кожу, а на утро просто растоптала всё и выбросила, как мусор? Или, может быть, за то, что теперь спокойно спишь в одной постели с этим своим… подполковником? ЗА ЧТО ИМЕННО ТЫ ПРОСИШЬ ПРОЩЕНИЯ?
Одна ночь. Одна тайна. Одна ошибка.
Он — успешный, циничный, привыкший всё контролировать, человек. Она — загадка с билетом в один конец и глазами, полными страха. Их встреча в купе ночного поезда вспыхивает как искра — страстно, ярко, навсегда, а наутро он просыпается один: без денег и без неё.
Чтобы найти страстную незнакомку, ему придётся спуститься в ад. Туда, где правят безумие, боль и человек по фамилии Неземцев. Но он уже сделал свою ошибку — позволил ей уйти, и второй не допустит. Даже если для спасения придётся нарушить закон или сломать всю коррумпированную систему.
Он — успешный, циничный, привыкший всё контролировать, человек. Она — загадка с билетом в один конец и глазами, полными страха. Их встреча в купе ночного поезда вспыхивает как искра — страстно, ярко, навсегда, а наутро он просыпается один: без денег и без неё.
Чтобы найти страстную незнакомку, ему придётся спуститься в ад. Туда, где правят безумие, боль и человек по фамилии Неземцев. Но он уже сделал свою ошибку — позволил ей уйти, и второй не допустит. Даже если для спасения придётся нарушить закон или сломать всю коррумпированную систему.
– Джабраил, я хочу побыть дома наедине. В молитве и тишине, - прячу от мужа положительный тест на беременность.
– Не будешь ты дома сидеть, когда полгорода празднует. Посидишь на моей свадьбе. Так невеста захотела.
Вот так пригласил меня муж на свою свадьбу, когда я хотела его порадовать новостью о долгожданном ребенке.
Я к его ногам, а он в наш маленький рай запускает вторую. Я не сгорю в ревности. Моя боль станет щитом. Для меня и моей маленькой тайны, о которой предатель никогда не узнает.
– Не будешь ты дома сидеть, когда полгорода празднует. Посидишь на моей свадьбе. Так невеста захотела.
Вот так пригласил меня муж на свою свадьбу, когда я хотела его порадовать новостью о долгожданном ребенке.
Я к его ногам, а он в наш маленький рай запускает вторую. Я не сгорю в ревности. Моя боль станет щитом. Для меня и моей маленькой тайны, о которой предатель никогда не узнает.
Над городом плыл смог. Дымили заводские трубы и ветер гнал этот дым прямо на центральную часть города. Василиса в сером плащике, торопливо шагала по тротуару, озираясь по сторонам, где-то здесь на этой Тупиковой улице находится банк «Астра-Хаос». Среди серых типовых зданий возник черный необычной конструкции дом, словно из другого, наверно, будущего времени, футуристический такой стиль. Василиса приблизилась к зданию и остановилась в нерешительности. Точно, он. На черной глянцевой стене над входом крупными золотыми буквами выведено «Астра-Хаос», а ниже более мелким шрифтом «коммерческий банк»
- В черном-черном городе стоит черный-черный дом, в черном-черном доме стоит черный-черный стол, на черном-черном столе… - пробормотала Василиса, вспомнив некстати детскую страшилку, чтобы как-то подбодрить себя, ведь ее охватило волнение, захотелось убежать назад в знакомую обшарпанную общагу, от этого пафосного заведения веяло опасностью.
- В черном-черном городе стоит черный-черный дом, в черном-черном доме стоит черный-черный стол, на черном-черном столе… - пробормотала Василиса, вспомнив некстати детскую страшилку, чтобы как-то подбодрить себя, ведь ее охватило волнение, захотелось убежать назад в знакомую обшарпанную общагу, от этого пафосного заведения веяло опасностью.
Выберите полку для книги