Книги в жанре «Женский роман»
Накручиваю мокрое полотенце вокруг тела. Несмотря на то, что я жутко устала, бегу в комнату. Малыш мучается животиком, страшно надолго его оставлять.
Внезапно моё тело во что-то влетает. Резко вскидываю голову и замираю. Передо мной стоит огромный мужчина. Его тело обтянуто чёрной футболкой, которая не скрывает фактуры мышц, руки сплошь покрыты татуировками.
От изучающего взгляда тёмных, как ночь, глаз становится нечем дышать.
Рефлекторно пячусь назад.
Мамочки… Мало того, что мне подкинули младенца, запретив обращаться в полицию, теперь в мой дом вломился пугающий мужчина.
— Что вам нужно? Вы кто? — шепчу сдавленно.
— Мне нужно моё. Я отец твоего ребёнка и твой муж, — заявляет бугай, а я обмираю.
Похоже, надо быть осторожнее с желаниями. Я хотела семью, но… Я не была готова к тому, что в свидетельстве о рождении чужого ребёнка будет указано моё имя, а незнакомец с пугающей наружностью придет и скажет: “Я твой муж”.
Держи, Лизонька, семью… Получите и распишитесь…
Внезапно моё тело во что-то влетает. Резко вскидываю голову и замираю. Передо мной стоит огромный мужчина. Его тело обтянуто чёрной футболкой, которая не скрывает фактуры мышц, руки сплошь покрыты татуировками.
От изучающего взгляда тёмных, как ночь, глаз становится нечем дышать.
Рефлекторно пячусь назад.
Мамочки… Мало того, что мне подкинули младенца, запретив обращаться в полицию, теперь в мой дом вломился пугающий мужчина.
— Что вам нужно? Вы кто? — шепчу сдавленно.
— Мне нужно моё. Я отец твоего ребёнка и твой муж, — заявляет бугай, а я обмираю.
Похоже, надо быть осторожнее с желаниями. Я хотела семью, но… Я не была готова к тому, что в свидетельстве о рождении чужого ребёнка будет указано моё имя, а незнакомец с пугающей наружностью придет и скажет: “Я твой муж”.
Держи, Лизонька, семью… Получите и распишитесь…
- Настька! Стой! - рычу вслед бывшей.
Но она и не думает останавливаться. Вышагивает в своих красных туфлях и красном платье в сторону парковки. Хоть бы оделась по-другому!
У меня и так красная пелена перед глазами.
- Зачем? - невозмутимо интересуется, не сбавляя шага.
Я только сейчас понимаю, что у меня в руках остался букет сына, который он должен был отдать первой учительнице!
Вообще голова работать перестала!
- Поговорить надо! - снова рявкаю.
Психую, засовываю цветы в мусорку и, наплевав на всё на свете, догоняю Анастасию Крымову, с который мы не виделись семь с лишним лет.
Хватаю её за локоть, резко разворачиваю к себе лицом.
- Эта малявка... Там на линейке... Это моя дочь? - задаю вполне справедливые вопросы.
- Волошин! Да ты издеваешься, что ли! - восклицает Настька.
Того и гляди влепит мне по роже...
Линейка на первое сентября оказалась крайне удачной. Кажется, у меня не один ребёнок - сын, о котором я знаю с рождения, а еще имеется и семилетняя дочь...
Но она и не думает останавливаться. Вышагивает в своих красных туфлях и красном платье в сторону парковки. Хоть бы оделась по-другому!
У меня и так красная пелена перед глазами.
- Зачем? - невозмутимо интересуется, не сбавляя шага.
Я только сейчас понимаю, что у меня в руках остался букет сына, который он должен был отдать первой учительнице!
Вообще голова работать перестала!
- Поговорить надо! - снова рявкаю.
Психую, засовываю цветы в мусорку и, наплевав на всё на свете, догоняю Анастасию Крымову, с который мы не виделись семь с лишним лет.
Хватаю её за локоть, резко разворачиваю к себе лицом.
- Эта малявка... Там на линейке... Это моя дочь? - задаю вполне справедливые вопросы.
- Волошин! Да ты издеваешься, что ли! - восклицает Настька.
Того и гляди влепит мне по роже...
Линейка на первое сентября оказалась крайне удачной. Кажется, у меня не один ребёнок - сын, о котором я знаю с рождения, а еще имеется и семилетняя дочь...
- Лия, - произносит так, чтобы никто не слышал. - Ты, конечно, милая девочка. Я не спорю. Но давай без иллюзий. Мой сын — элитный скакун. А ты — из табуна рабочих лошадок. Никто не запретит прыгать рядом, пока удовлетворяешь его физиологические потребности, но как только Назар захочет породистую кобылу — снова отправишься в дешевое стойло.
От ее наглости перехватывает дыхание.
Серафима улыбается идеальной, натренированной улыбкой и громко чеканит:
- Назар, какая у тебя чудесная девушка! Мы так душевно пообщались! Обязательно приезжайте еще!
Покидая дом, чувствую, как трясет.
- Счастливого пути! - не унимается стерва. - Рада была познакомиться. С Лией обязательно станем лучшими подружками, такая прелесть!
Если бы я знала, что этот порог станет началом моего личного ада, никогда бы его не переступила. Но тогда я еще верила в сказки и не понимала, что за показной доброжелательностью порой скрываются настоящие монстры...
От ее наглости перехватывает дыхание.
Серафима улыбается идеальной, натренированной улыбкой и громко чеканит:
- Назар, какая у тебя чудесная девушка! Мы так душевно пообщались! Обязательно приезжайте еще!
Покидая дом, чувствую, как трясет.
- Счастливого пути! - не унимается стерва. - Рада была познакомиться. С Лией обязательно станем лучшими подружками, такая прелесть!
Если бы я знала, что этот порог станет началом моего личного ада, никогда бы его не переступила. Но тогда я еще верила в сказки и не понимала, что за показной доброжелательностью порой скрываются настоящие монстры...
Он стоит передо мной — Эмре Карадаш, мой босс и теперь, видимо, мой спаситель.
— Контракт на три года. Ты выходишь за меня замуж. Рожаешь ребёнка. — Его слова чётки, как контуры сделки, но в его взгляде мелькает что-то острое, не деловое. — Через три года — развод, ты свободна.
— То есть я становлюсь… женой по контракту? — Голос предательски дрожит.
— Назови это как хочешь. Тебе — деньги и избавление от долгов. Мне — наследник. Взаимовыгодно.
Он протягивает мне ручку. Расстояние между нами сокращается до пары шагов, и я чувствую его тепло, смешанное с ледяным спокойствием.
Я должна ненавидеть его за этот унизительный шантаж. Но когда его пальцы почти касаются моих, в животе вспыхивает предательское тепло.
— Где подписывать? — срывается с губ шёпотом, пока разум кричит о безумии.
Вот и все! Я продала ему своё тело и время на три года.
— Контракт на три года. Ты выходишь за меня замуж. Рожаешь ребёнка. — Его слова чётки, как контуры сделки, но в его взгляде мелькает что-то острое, не деловое. — Через три года — развод, ты свободна.
— То есть я становлюсь… женой по контракту? — Голос предательски дрожит.
— Назови это как хочешь. Тебе — деньги и избавление от долгов. Мне — наследник. Взаимовыгодно.
Он протягивает мне ручку. Расстояние между нами сокращается до пары шагов, и я чувствую его тепло, смешанное с ледяным спокойствием.
Я должна ненавидеть его за этот унизительный шантаж. Но когда его пальцы почти касаются моих, в животе вспыхивает предательское тепло.
— Где подписывать? — срывается с губ шёпотом, пока разум кричит о безумии.
Вот и все! Я продала ему своё тело и время на три года.
— Знаешь, зачем я здесь?
Я судорожно сглатываю..
— Ты пришел мстить. За своего дядю.
Саид усмехается.
— За Азиза? — переспрашивает, иронично приподняв бровь. — Азиз был старым дураком. Мне нет дела, до того кто убрал его.
— Я не убивала его, — выдыхаю я.
— Мне плевать, убивала ты его или нет.
— Тогда зачем…
— У тебя два варианта, Эмилия, — чеканит он каждое слово. — Первый. Ты останешься здесь. После суда, который вряд ли будет объективным, следствие отправит тебя на зону, а потом и на тот свет. Тебя никто не вытащит. Второй вариант, — продолжает Саид, и в голосе появляются стальные нотки. — Ты уходишь со мной прямо сейчас.
Два года назад я отказалась выйти замуж за Саида Бикбаева, а теперь сижу в тюрьме за преступление, которого не совершала. И сделка с Саидом — мой единственный шанс на спасение. Только ему больше не нужна жена, теперь он хочет сделать меня своей любовницей.
Я судорожно сглатываю..
— Ты пришел мстить. За своего дядю.
Саид усмехается.
— За Азиза? — переспрашивает, иронично приподняв бровь. — Азиз был старым дураком. Мне нет дела, до того кто убрал его.
— Я не убивала его, — выдыхаю я.
— Мне плевать, убивала ты его или нет.
— Тогда зачем…
— У тебя два варианта, Эмилия, — чеканит он каждое слово. — Первый. Ты останешься здесь. После суда, который вряд ли будет объективным, следствие отправит тебя на зону, а потом и на тот свет. Тебя никто не вытащит. Второй вариант, — продолжает Саид, и в голосе появляются стальные нотки. — Ты уходишь со мной прямо сейчас.
Два года назад я отказалась выйти замуж за Саида Бикбаева, а теперь сижу в тюрьме за преступление, которого не совершала. И сделка с Саидом — мой единственный шанс на спасение. Только ему больше не нужна жена, теперь он хочет сделать меня своей любовницей.
— Яна? — хриплый, пересохший шепот сорвался с его потрескавшихся губ.
Я не шелохнулась. Стояла прямо, глядя на него сверху вниз.
Мы оба стали заложниками судьбы. Десять лет прошло, а я до сих пор помнила все события, связанные в моей жизни с Максимом. И, к сожалению, кроме дочки мне нечего было вспомнить хорошего.
— Лежите спокойно, майор, — сухо проговорила. — Вам нельзя двигаться. Дренаж может сместиться.
Майор несколько раз моргнул. Но пальцы так и не разжал на моей руке. Казалось, что даже стиснул сильнее.
— Это... бред? — пробормотал он, с трудом ворочая языком. — Я в госпитале?.. Или я... сдох?
— Вы в городской больнице. И вы живы, хотя очень старались этого избежать, — я высвободила руку из его ослабевшей хватки и демонстративно поправила капельницу. — Вам надо отдыхать. Мы запускали сердце. Была остановка. Так что ваша блестящая карьера продолжится. Как вы и планировали десять лет назад.
Я не шелохнулась. Стояла прямо, глядя на него сверху вниз.
Мы оба стали заложниками судьбы. Десять лет прошло, а я до сих пор помнила все события, связанные в моей жизни с Максимом. И, к сожалению, кроме дочки мне нечего было вспомнить хорошего.
— Лежите спокойно, майор, — сухо проговорила. — Вам нельзя двигаться. Дренаж может сместиться.
Майор несколько раз моргнул. Но пальцы так и не разжал на моей руке. Казалось, что даже стиснул сильнее.
— Это... бред? — пробормотал он, с трудом ворочая языком. — Я в госпитале?.. Или я... сдох?
— Вы в городской больнице. И вы живы, хотя очень старались этого избежать, — я высвободила руку из его ослабевшей хватки и демонстративно поправила капельницу. — Вам надо отдыхать. Мы запускали сердце. Была остановка. Так что ваша блестящая карьера продолжится. Как вы и планировали десять лет назад.
Он кивает на папку. Внутри – подписанный договор купли-продажи земли, на которой стоит мой приют. Продавец – наша с Олегом общая компания. Но главное удивление – моя подпись, которую я не ставила.
– Ты продал мой приют? – я все еще не верю.
Он сообщает это с таким диким, радостным оскалом, словно принес мне билеты на Мальдивы.
– Ты испортила мне столько нервов, Надя! – шипит Олег мне в лицо. – Я устал слушать про этих твоих дохлых кошек, вкладываться в эту дыру! А Кристина…
– Вы вместе… – выдыхаю я. – Вы... все это спланировали?
Он подбирает слова, но его ухмылка становится еще шире. Он не оправдывается. Он гордится собой.
– Она понимает меня. Она женщина, которая ценит успех и то, что я для нее делаю.
Он не просто продал приют. Он продал меня. Нашу жизнь. Нашу историю. Ради денег и этой... дряни.
– Бульдозеры приедут уже завтра утром.
– Бульдозеры? – эхом повторяю я. – Олег, ты с ума сошел? Там же животные! Живые существа! Их некуда девать!
– Ты продал мой приют? – я все еще не верю.
Он сообщает это с таким диким, радостным оскалом, словно принес мне билеты на Мальдивы.
– Ты испортила мне столько нервов, Надя! – шипит Олег мне в лицо. – Я устал слушать про этих твоих дохлых кошек, вкладываться в эту дыру! А Кристина…
– Вы вместе… – выдыхаю я. – Вы... все это спланировали?
Он подбирает слова, но его ухмылка становится еще шире. Он не оправдывается. Он гордится собой.
– Она понимает меня. Она женщина, которая ценит успех и то, что я для нее делаю.
Он не просто продал приют. Он продал меня. Нашу жизнь. Нашу историю. Ради денег и этой... дряни.
– Бульдозеры приедут уже завтра утром.
– Бульдозеры? – эхом повторяю я. – Олег, ты с ума сошел? Там же животные! Живые существа! Их некуда девать!
Меня унизили и выбросили полуголой на мороз… Поиграли, как с безвольной игрушкой, не имеющей права выбора. Конечно! Ведь они — мужчины! Они — сила, у ног которых распластался весь этот порочный мир. У них власть, деньги, и мужские законы!
А у меня? У меня только жгучее желание выжить!
И я сумела! Бросилась под колёса машины, в которой сидел ОН! Моя любовь, моя нежность. Он спас, защитил и заставил влюбиться!
Принц?
Нет…
В его глазах пляшут черти. Он мстителен, упрям и одержим мной до безумия. У него так много тайн… Но пока у нас есть всего семь ночей, чтобы познать любовь.
Пока нас не разлучили навсегда.
Навсегда? ХА!
Да он спалит все, к дьяволу, только бы я вновь оказалась в его руках. Вернее, уже спалил….
…— Леся, вот это новости… Вы выходите замуж?
— Да, Вадим. Буду рада видеть вас на свадьбе….
— А вашей свадьбы не будет, — прошипел Вадим, проследив за моим взглядом. — Не будет!
— Что… Что вы говорите?
— Ты моя, Лисёна. Моя! Вспомни семь ночей… Наши семь ночей…
А у меня? У меня только жгучее желание выжить!
И я сумела! Бросилась под колёса машины, в которой сидел ОН! Моя любовь, моя нежность. Он спас, защитил и заставил влюбиться!
Принц?
Нет…
В его глазах пляшут черти. Он мстителен, упрям и одержим мной до безумия. У него так много тайн… Но пока у нас есть всего семь ночей, чтобы познать любовь.
Пока нас не разлучили навсегда.
Навсегда? ХА!
Да он спалит все, к дьяволу, только бы я вновь оказалась в его руках. Вернее, уже спалил….
…— Леся, вот это новости… Вы выходите замуж?
— Да, Вадим. Буду рада видеть вас на свадьбе….
— А вашей свадьбы не будет, — прошипел Вадим, проследив за моим взглядом. — Не будет!
— Что… Что вы говорите?
— Ты моя, Лисёна. Моя! Вспомни семь ночей… Наши семь ночей…
- Спишь с ним?! – прямо спросил муж.
- Что?! – не глядя в глаза Вячеславу, переспросила жена, в то время как сердце заколотилось, словно от укола адреналина.
- В глаза мне смотри! – Слава резко развернул ее лицо к себе и приподнял за подбородок. - Я спрашиваю, ты спишь с ним?!
- Слава…, - Таня, словно подбирая слова, закусила губу.
- Твою мать! – завопил он ей в лицо, прочитав ответ по глазам.
И этой женщине он хранил верность?!
Ради этого брака он отказался от той, что по-настоящему любил?!
Она вот-вот выйдет замуж за другого! А он тут?!
Нет! Он обязан успеть все исправить!
*****
- Что?! – не глядя в глаза Вячеславу, переспросила жена, в то время как сердце заколотилось, словно от укола адреналина.
- В глаза мне смотри! – Слава резко развернул ее лицо к себе и приподнял за подбородок. - Я спрашиваю, ты спишь с ним?!
- Слава…, - Таня, словно подбирая слова, закусила губу.
- Твою мать! – завопил он ей в лицо, прочитав ответ по глазам.
И этой женщине он хранил верность?!
Ради этого брака он отказался от той, что по-настоящему любил?!
Она вот-вот выйдет замуж за другого! А он тут?!
Нет! Он обязан успеть все исправить!
*****
Я посвятила свою жизнь науке, и работа всегда занимала центральное место в моей жизни, пока мне не поставили страшный диагноз. Передо мной встал выбор: начать изматывающее лечение, которое вряд ли принесёт результат, или прожить последние дни в своё удовольствие, пустившись во все тяжкие.
И я приняла единственное верное решение.
Но уже в самом начале что-то пошло не так, когда в баре я перепутала пьяного миллиардера с нанятым мною на ночь альфонсом.
И я приняла единственное верное решение.
Но уже в самом начале что-то пошло не так, когда в баре я перепутала пьяного миллиардера с нанятым мною на ночь альфонсом.
Выберите полку для книги