Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
– У вас, Марго, дар выбирать неподходящих мужчин.
– Это вы о себе?
– Нет, о вашем бывшем!
– Со своим бывшим я как-нибудь разберусь!
– Да-да, именно этого ответа я и ждал. Почему бы вам хоть раз в жизни не принять помощь!
– Месье, я сама справлюсь со своей жизнью, сыном, бывшим мужем и мужчинами, которые думают, что меня надо спасать!
– Я и не собираюсь вас спасать.
– Вот и отлично!
– Я собираюсь за вами ухаживать.
После развода я вернула девичью фамилию и решила, что хватит с меня мужчин. Вот только один упрямый француз совершенно не хочет слышать моих отказов. Его не пугает ни мой характер, ни сын-первоклассник, ни мой внезапно активизировавшийся бывший муж…
Ну, а меня не испугать французской настойчивостью! Есть ещё женщины в русских селеньях! Так что посмотрим, кто кого!
– Это вы о себе?
– Нет, о вашем бывшем!
– Со своим бывшим я как-нибудь разберусь!
– Да-да, именно этого ответа я и ждал. Почему бы вам хоть раз в жизни не принять помощь!
– Месье, я сама справлюсь со своей жизнью, сыном, бывшим мужем и мужчинами, которые думают, что меня надо спасать!
– Я и не собираюсь вас спасать.
– Вот и отлично!
– Я собираюсь за вами ухаживать.
После развода я вернула девичью фамилию и решила, что хватит с меня мужчин. Вот только один упрямый француз совершенно не хочет слышать моих отказов. Его не пугает ни мой характер, ни сын-первоклассник, ни мой внезапно активизировавшийся бывший муж…
Ну, а меня не испугать французской настойчивостью! Есть ещё женщины в русских селеньях! Так что посмотрим, кто кого!
– У тебя проблемы, Лиз?
– У–у меня? – выпучиваю глаза и не глядя на сумку, достаю из нее чертовы бумажки. – Что это? Сюрприз на шестую годовщину свадьбы?
– Документы на развод. Ты разве не читала? Не видела свою подпись на каждой второй странице?
– Какой развод? – жар улетучивается. Теперь меня знобит. Он должен был посмеяться, привычно почесать темную бровь и обнять меня, сказав, что просто захотел повеселиться, разбавить нашу устоявшуюся жизнь яркими красками.
Максимов не шевелится, не развеивает миф.
– Обычный, Лиз. Всё кончено.
– У–у меня? – выпучиваю глаза и не глядя на сумку, достаю из нее чертовы бумажки. – Что это? Сюрприз на шестую годовщину свадьбы?
– Документы на развод. Ты разве не читала? Не видела свою подпись на каждой второй странице?
– Какой развод? – жар улетучивается. Теперь меня знобит. Он должен был посмеяться, привычно почесать темную бровь и обнять меня, сказав, что просто захотел повеселиться, разбавить нашу устоявшуюся жизнь яркими красками.
Максимов не шевелится, не развеивает миф.
– Обычный, Лиз. Всё кончено.
Три года идеального брака. Накопления на квартиру, мечты о ребёнке, планы на будущее.
А потом под сиденьем его машины я нашла чужой телефон. И сообщение: «Любимый, малыш так похож на тебя. Купи смесь по дороге».
— У меня есть сын. Ему три дня, — спокойно сказал муж. — Собирай вещи и съезжай к вечеру. Мне теперь нужно содержать настоящую семью.
Он забрал все деньги. Высадил меня на обочине. Был уверен, что я сломлюсь.
Он не знал, что на тесте в моей сумочке — две розовых полоски. И что случайная встреча с мужчиной, который привык защищать, а не предавать, изменит всё.
А потом под сиденьем его машины я нашла чужой телефон. И сообщение: «Любимый, малыш так похож на тебя. Купи смесь по дороге».
— У меня есть сын. Ему три дня, — спокойно сказал муж. — Собирай вещи и съезжай к вечеру. Мне теперь нужно содержать настоящую семью.
Он забрал все деньги. Высадил меня на обочине. Был уверен, что я сломлюсь.
Он не знал, что на тесте в моей сумочке — две розовых полоски. И что случайная встреча с мужчиной, который привык защищать, а не предавать, изменит всё.
— Я не изменяла тебе! Клянусь детьми! Я не была ни с кем! Ни разу! За все десять лет!
— Ноль процентов. Ноль. Так от кого ты его нагуляла?
— Я не знаю! Я не понимаю, что происходит! Но я говорю тебе правду!
— Знаешь, что самое отвратительное? Не то, что ты мне изменила. А то, что ты принесла чужого ребёнка в мой дом и три дня кормила его, глядя мне в глаза.
— Марк, послушай, может, ошибка в лаборатории, может…
— В моей лаборатории не путают образцы. У тебя два часа. Собери вещи. Свои. И его. И уходи.
— А Артём? А Соня?
— Мои дети. Останутся со мной. Два часа, Ася. И уходи из моего дома.
Моего. Не «нашего». За тридцать секунд «наш» дом стал «его».
Он выгнал меня в январе. С грудным ребёнком. При минус четырнадцати. Заблокировал карты раньше, чем я дошла до ворот. Забрал у меня Артёма и Соню. А через неделю привёл в мой дом свою беременную коллегу — и женился на ней.
— Ноль процентов. Ноль. Так от кого ты его нагуляла?
— Я не знаю! Я не понимаю, что происходит! Но я говорю тебе правду!
— Знаешь, что самое отвратительное? Не то, что ты мне изменила. А то, что ты принесла чужого ребёнка в мой дом и три дня кормила его, глядя мне в глаза.
— Марк, послушай, может, ошибка в лаборатории, может…
— В моей лаборатории не путают образцы. У тебя два часа. Собери вещи. Свои. И его. И уходи.
— А Артём? А Соня?
— Мои дети. Останутся со мной. Два часа, Ася. И уходи из моего дома.
Моего. Не «нашего». За тридцать секунд «наш» дом стал «его».
Он выгнал меня в январе. С грудным ребёнком. При минус четырнадцати. Заблокировал карты раньше, чем я дошла до ворот. Забрал у меня Артёма и Соню. А через неделю привёл в мой дом свою беременную коллегу — и женился на ней.
Родная дочь не пригласила меня на свадьбу.
Когда я приехала в ресторан, она отвела меня за угол и сказала:
– Посмотри на себя и на моих гостей. Тебе здесь не место. Оставь меня в покое, ты мне больше не нужна!
Что я сделала не так? Растила её одна и отдала двадцать лет своей жизни. Любила, поддерживала, помогала во всём.
Кто повлиял на её решение?
Отец жениха – успешный предприниматель. Может быть, это он убедил мою дочь в том, что мать – лишний человек в её новой, красивой жизни?
Когда я приехала в ресторан, она отвела меня за угол и сказала:
– Посмотри на себя и на моих гостей. Тебе здесь не место. Оставь меня в покое, ты мне больше не нужна!
Что я сделала не так? Растила её одна и отдала двадцать лет своей жизни. Любила, поддерживала, помогала во всём.
Кто повлиял на её решение?
Отец жениха – успешный предприниматель. Может быть, это он убедил мою дочь в том, что мать – лишний человек в её новой, красивой жизни?
АННОТАЦИЯ:
Я строил свою жизнь так, чтобы ни к кому не привязываться. Женщины на одну ночь. Никаких чувств. Никакой слабости.
Но эта… Милана Корсакова. Студентка. Официантка. Правильная до мозга костей. Она не боится меня. Она не знает, что такое «сдаться». Обвиняет в том, чего я не делал. И смотрит так, будто я не авторитет, а просто мужик, который не умеет говорить.
Я хочу её. И дело не в том, чтобы затащить в постель. Я хочу, чтобы она сама пришла. Сама осталась.
Город засыпает. Просыпается мафия. И она даже не представляет, что разбудила во мне.
Я строил свою жизнь так, чтобы ни к кому не привязываться. Женщины на одну ночь. Никаких чувств. Никакой слабости.
Но эта… Милана Корсакова. Студентка. Официантка. Правильная до мозга костей. Она не боится меня. Она не знает, что такое «сдаться». Обвиняет в том, чего я не делал. И смотрит так, будто я не авторитет, а просто мужик, который не умеет говорить.
Я хочу её. И дело не в том, чтобы затащить в постель. Я хочу, чтобы она сама пришла. Сама осталась.
Город засыпает. Просыпается мафия. И она даже не представляет, что разбудила во мне.
Это роман о том, как мы часто не замечаем счастья, которое уже есть рядом. О том, что любовь не измеряется подвигами и достижениями. И о том, что жизнь нельзя откладывать на потом, потому что иногда его остаётся всего несколько минут.
Они из разных миров. Роман Кольцов, владелец крупнейшего агрохолдинга, и Диана Денисова - бывшая детдомовка в поисках работы. Между ними - страшные тени прошлого. Но судьба сталкивает их лицом к лицу. Чем закончится их встреча? Разрывом без права на прощение? Или огненной волной любви, сметающей на своем пути надуманные преграды?
Десять лет я знала одну правду: Савва — мой сын. Я выносила его, родила, растила и была рядом каждый день. А потом два независимых теста ДНК показали невозможное: биологическое материнство исключено.
Ошибка? Путаница? Или десять лет назад в клинике произошло то, чего никто не должен был допустить?
Архив приводит меня к Элине — женщине, которая все эти годы была уверена, что её попытка стать матерью закончилась неудачей. Теперь она хочет увидеть ребёнка, который генетически может оказаться её сыном.
А рядом с ней — Демид, её брат. Спокойный, упрямый мужчина, которого я должна считать врагом. Только почему именно он всё чаще оказывается единственным, кто помнит: Савва — не доказательство и не приз?
Две женщины. Один мальчик. Одна правда, способная изменить две семьи.
И самый страшный вопрос теперь не в том, чья кровь течёт в Савве.
А в том, кого он назовёт мамой, когда узнает всё.
Ошибка? Путаница? Или десять лет назад в клинике произошло то, чего никто не должен был допустить?
Архив приводит меня к Элине — женщине, которая все эти годы была уверена, что её попытка стать матерью закончилась неудачей. Теперь она хочет увидеть ребёнка, который генетически может оказаться её сыном.
А рядом с ней — Демид, её брат. Спокойный, упрямый мужчина, которого я должна считать врагом. Только почему именно он всё чаще оказывается единственным, кто помнит: Савва — не доказательство и не приз?
Две женщины. Один мальчик. Одна правда, способная изменить две семьи.
И самый страшный вопрос теперь не в том, чья кровь течёт в Савве.
А в том, кого он назовёт мамой, когда узнает всё.
В первый же день на новой работе босс сказал мне в лицо: «Женщинам не место в серьёзных сделках. Их потолок — подбирать цвет обоев».
Меня зовут Яна. Я лучший риелтор города. И я только что объяснила миллиардеру, что думаю о его «мудрости».
Его зовут Дамир Атаев. Властный, горячий, привыкший, что ему подчиняются. В наказание он дал мне неделю на сделку, которую его юристы не могли закрыть два месяца. Не справлюсь — уйду с позором.
Он хочет меня сломать. Я хочу его победить. Но оказалось, что самое сложное — не выиграть сделку, а не влюбиться в своего врага.
Меня зовут Яна. Я лучший риелтор города. И я только что объяснила миллиардеру, что думаю о его «мудрости».
Его зовут Дамир Атаев. Властный, горячий, привыкший, что ему подчиняются. В наказание он дал мне неделю на сделку, которую его юристы не могли закрыть два месяца. Не справлюсь — уйду с позором.
Он хочет меня сломать. Я хочу его победить. Но оказалось, что самое сложное — не выиграть сделку, а не влюбиться в своего врага.
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги