Книги в жанре «Любовные романы»
Шесть лет назад её сердце разбилось. Шесть лет назад он ушёл, назвав их чувства просто влечением.
Теперь у Юли всё хорошо. Любимая работа, уютная квартира и жених, который никогда не сделает ей больно. Она научилась не вспоминать. Научилась улыбаться. Научилась верить, что покой — это и есть счастье.
Но прошлое не спрашивает разрешения.
Одна встреча с ним — и мир, который она так долго строила, начинает трещать по швам. Между ними — шесть лет молчания, горькие слова, оборванные обещания и чувства, которые, казалось, умерли. Но они не умерли. Они просто ждали своего часа.
«Твоя любовь» — вторая часть истории «Мое влечение» о том, как случайная встреча может изменить всё. О том, что иногда нужно разбиться, чтобы собраться заново. И о том, что настоящие чувства не умирают — они просто ждут, когда ты будешь к ним готов.
Продолжение книги ''Моё влечение''
Теперь у Юли всё хорошо. Любимая работа, уютная квартира и жених, который никогда не сделает ей больно. Она научилась не вспоминать. Научилась улыбаться. Научилась верить, что покой — это и есть счастье.
Но прошлое не спрашивает разрешения.
Одна встреча с ним — и мир, который она так долго строила, начинает трещать по швам. Между ними — шесть лет молчания, горькие слова, оборванные обещания и чувства, которые, казалось, умерли. Но они не умерли. Они просто ждали своего часа.
«Твоя любовь» — вторая часть истории «Мое влечение» о том, как случайная встреча может изменить всё. О том, что иногда нужно разбиться, чтобы собраться заново. И о том, что настоящие чувства не умирают — они просто ждут, когда ты будешь к ним готов.
Продолжение книги ''Моё влечение''
- Евангелина, я жду. Моё время стоит дорого.
- Извините, я…Простите Адам Янович, я… Я не знаю с чего начать.
- С главного начинай. Чего боишься? Или есть причина?
Мне нужны деньги, единственный человек, который может помочь – отец моей лучшей подруги. Но он почему-то считает, что за помощь я хочу заплатить. Собой.
- Извините, я…Простите Адам Янович, я… Я не знаю с чего начать.
- С главного начинай. Чего боишься? Или есть причина?
Мне нужны деньги, единственный человек, который может помочь – отец моей лучшей подруги. Но он почему-то считает, что за помощь я хочу заплатить. Собой.
- Это вообще-то одиночное плавание! – голос Волкова был злющий, как и его глаза.
- Так высадите меня! – разозлилась я в ответ.
- Тогда ты сбежишь, а мне надо на суше хорошенько допросить тебя и узнать, чего ты замышляешь. Поверь, эти дни со мной на яхте будут худшими в твоей жизни. Ты испортила отдых мне, а я испорчу жизнь тебе, - он вбивал слова, как гвозди, которыми заколачивали доски моей карьеры.
Я должна была лишь передать документы на подпись боссу, а вместо этого оказалась с ним вдвоем на яхте в открытом море! Вот только он не верит, что я юрист его компании и принимает меня то ли за шпионку, то ли за девицу, которая хочет «заарканить» его. И мне даже страшно представить, что он со мной сделает за эти десять дней…
- Так высадите меня! – разозлилась я в ответ.
- Тогда ты сбежишь, а мне надо на суше хорошенько допросить тебя и узнать, чего ты замышляешь. Поверь, эти дни со мной на яхте будут худшими в твоей жизни. Ты испортила отдых мне, а я испорчу жизнь тебе, - он вбивал слова, как гвозди, которыми заколачивали доски моей карьеры.
Я должна была лишь передать документы на подпись боссу, а вместо этого оказалась с ним вдвоем на яхте в открытом море! Вот только он не верит, что я юрист его компании и принимает меня то ли за шпионку, то ли за девицу, которая хочет «заарканить» его. И мне даже страшно представить, что он со мной сделает за эти десять дней…
— Ань, — она говорит осторожно, почти шёпотом, как будто боится меня обидеть, — ты не обижайся, ладно? Я как сестра говорю. Может телефон посмотришь? Просто так, для спокойствия. Может…у него кто-то появился?
Я даже засмеялась от бредовости этой мысли.
— Алин, это же Андрей. Он только с компьютерами если…
— Ну да, ну да, — она сразу отступает, — конечно. Я просто так сказала, на всякий случай. Ты же знаешь как я за тебя переживаю.
— Знаю, — говорю я, — спасибо тебе.
Сестра предложила понаблюдать за мужем. Если бы я тогда знала, к чему это приведет...
Я даже засмеялась от бредовости этой мысли.
— Алин, это же Андрей. Он только с компьютерами если…
— Ну да, ну да, — она сразу отступает, — конечно. Я просто так сказала, на всякий случай. Ты же знаешь как я за тебя переживаю.
— Знаю, — говорю я, — спасибо тебе.
Сестра предложила понаблюдать за мужем. Если бы я тогда знала, к чему это приведет...
РОМАН. ЗАКОНЧЕН
За ужином муж признался мне в измене!
— Всё умерло, Лена. И ты в этом виновата не меньше.
Вот тут меня начинает бомбить.
— Я?! Виновата, что ты кобель и предатель?!
— Ты на себя посмотри, — спокойно говорит он. — Ты вообще видела себя со стороны? Ты же причёску уже с десяток лет не меняла! Сейчас столько технологий — могла бы грудь себе сделать, губы… но ты лентяйка! Только работа, дом, да шитьё твоё дурацкое! Ты угасла, Лена. Ты стала неинтересной.
— Ты мне это сейчас серьёзно говоришь?!
— Абсолютно. Илона совсем другая. Она молодая, упругая, ухоженная.
Всегда готова к сексу. А ты — пресная, — он встаёт из-за стола, вытирает губы салфеткой. — И готовишь невкусно.
Ну это уже слишком!
Хватаю тарелку с недоеденным пюре и гуляшом — и припечатываю ею в породистое лицо этого блудливого мужика.
— Пошёл вон! Пока я об башку тебе эту тарелку не разбила!
За ужином муж признался мне в измене!
— Всё умерло, Лена. И ты в этом виновата не меньше.
Вот тут меня начинает бомбить.
— Я?! Виновата, что ты кобель и предатель?!
— Ты на себя посмотри, — спокойно говорит он. — Ты вообще видела себя со стороны? Ты же причёску уже с десяток лет не меняла! Сейчас столько технологий — могла бы грудь себе сделать, губы… но ты лентяйка! Только работа, дом, да шитьё твоё дурацкое! Ты угасла, Лена. Ты стала неинтересной.
— Ты мне это сейчас серьёзно говоришь?!
— Абсолютно. Илона совсем другая. Она молодая, упругая, ухоженная.
Всегда готова к сексу. А ты — пресная, — он встаёт из-за стола, вытирает губы салфеткой. — И готовишь невкусно.
Ну это уже слишком!
Хватаю тарелку с недоеденным пюре и гуляшом — и припечатываю ею в породистое лицо этого блудливого мужика.
— Пошёл вон! Пока я об башку тебе эту тарелку не разбила!
Он купил мою компанию.
Уволил людей, с которыми я проработала восемь лет.
А потом вызвал меня в кабинет и заявил, что отныне я работаю лично с ним.
С Романом Громовым невозможно спорить. По крайней мере, он так думает.
Холодный, властный и до неприличия уверенный в себе, мой новый босс привык контролировать всё: деньги, проекты, людей.
Но меня у него контролировать не получится.
Я собиралась пережить три недели совместной работы, закончить самый важный проект в своей карьере и держаться от Громова как можно дальше.
План был отличный.
Ровно до того момента, пока его взгляд не начал задерживаться на мне слишком долго.
Пока наши споры не стали заканчиваться опасно близко друг к другу.
И пока мужчина, которого я терпеть не могу, не поцеловал меня так, что ненавидеть его стало чертовски сложно.
Вот только у Романа Громова есть правило: работа и чувства никогда не смешиваются.
У меня тоже есть правило: никогда не влюбляться в собственного босса.
Похоже,
Уволил людей, с которыми я проработала восемь лет.
А потом вызвал меня в кабинет и заявил, что отныне я работаю лично с ним.
С Романом Громовым невозможно спорить. По крайней мере, он так думает.
Холодный, властный и до неприличия уверенный в себе, мой новый босс привык контролировать всё: деньги, проекты, людей.
Но меня у него контролировать не получится.
Я собиралась пережить три недели совместной работы, закончить самый важный проект в своей карьере и держаться от Громова как можно дальше.
План был отличный.
Ровно до того момента, пока его взгляд не начал задерживаться на мне слишком долго.
Пока наши споры не стали заканчиваться опасно близко друг к другу.
И пока мужчина, которого я терпеть не могу, не поцеловал меня так, что ненавидеть его стало чертовски сложно.
Вот только у Романа Громова есть правило: работа и чувства никогда не смешиваются.
У меня тоже есть правило: никогда не влюбляться в собственного босса.
Похоже,
Шесть лет Герман Кордин был моим начальником. Год назад я попросила сделать меня партнером — и услышала короткое «нет». Без объяснений.
Тогда я решила закончить самый важный проект бюро и уйти.
Но на решающей встрече заказчик ставит условие: контракт останется у Кордина только в том случае, если руководить проектом буду я. Теперь каждое серьезное решение Германа должно пройти через меня.
Он все еще владелец компании. Все еще талантливый, упрямый и совершенно невыносимый мужчина, привыкший оставлять последнее слово за собой.
Только теперь его последнее слово ничего не решает без моего.
Я думала, самым трудным будет заставить бывшего босса признать, что я права.
Ошиблась.
Гораздо труднее не перепутать власть с доверием, профессиональное уважение — с чувствами, а желание наконец стать равной — с желанием остаться рядом с ним.
Тогда я решила закончить самый важный проект бюро и уйти.
Но на решающей встрече заказчик ставит условие: контракт останется у Кордина только в том случае, если руководить проектом буду я. Теперь каждое серьезное решение Германа должно пройти через меня.
Он все еще владелец компании. Все еще талантливый, упрямый и совершенно невыносимый мужчина, привыкший оставлять последнее слово за собой.
Только теперь его последнее слово ничего не решает без моего.
Я думала, самым трудным будет заставить бывшего босса признать, что я права.
Ошиблась.
Гораздо труднее не перепутать власть с доверием, профессиональное уважение — с чувствами, а желание наконец стать равной — с желанием остаться рядом с ним.
— Не трогай моего отца! — кричу я отчаянно, закрывая его своей спиной.
Мужчина, который направляет в нашу сторону дуло пистолета, лишь ухмыляется, а в его глазах, цвета стали, нет ничего человечного.
— Отойди девчонка, пока тебя случайно не задело его мозгами!
— Умоляю, Камиль! Что ты хочешь от нашей семьи?!
Из глаз вырываются слёзы, я понимаю, что если ничего не сделаю, то моего отца пристрелит тот, кто был моей первой детской влюблённостью.
Делаю шаг вперёд и падаю на колени, но даже острая боль не приводит меня в чувства.
— Арина, немедленно встань! Он недостоин, чтобы такая как ты, его умоляла!
— Правда считаешь меня недостойным твоей хорошей дочери? — и вновь эта усмешка. — Тогда именно ее я у тебя и заберу…
*Говорят Камиль вернулся. Вернулся по душу моего отца. Некогда родной человек, угрожает нас уничтожить. Что за ужасная тайна их может связывать, когда друг стал врагом?*
Мужчина, который направляет в нашу сторону дуло пистолета, лишь ухмыляется, а в его глазах, цвета стали, нет ничего человечного.
— Отойди девчонка, пока тебя случайно не задело его мозгами!
— Умоляю, Камиль! Что ты хочешь от нашей семьи?!
Из глаз вырываются слёзы, я понимаю, что если ничего не сделаю, то моего отца пристрелит тот, кто был моей первой детской влюблённостью.
Делаю шаг вперёд и падаю на колени, но даже острая боль не приводит меня в чувства.
— Арина, немедленно встань! Он недостоин, чтобы такая как ты, его умоляла!
— Правда считаешь меня недостойным твоей хорошей дочери? — и вновь эта усмешка. — Тогда именно ее я у тебя и заберу…
*Говорят Камиль вернулся. Вернулся по душу моего отца. Некогда родной человек, угрожает нас уничтожить. Что за ужасная тайна их может связывать, когда друг стал врагом?*
Егор и Глеб Орловы – братья-близнецы. Молодые успешные бизнесмены, красавцы – мечта любой женщины. За одного из них я собираюсь замуж, ну а второй ласково называет меня сестренкой. Только похоже его чувства ко мне далеки от братских.
Кто-то хватает меня за талию и приподнимает над землёй, а другой рукой крепко зажимает мой рот. Я в ловушке. Пытаюсь вырваться и барахтаюсь. Даже смогла зацепиться ботинком за оградку, но это не помогло. Меня резко дёрнули — и освободили мою ногу. Я не могу издать ни звука.
— Попалась? А не нужно совать свой нос туда, куда не следует, — раздался голос.
— Швед! Поймал? — крикнул второй мужчина.
— Ага. Сейчас приведу, — сказал мой пленитель.
Но мы так и не двинулись с места. Он продолжает держать меня на весу.
— Не реви. Поговорим и отпустим — а я реву? — Если издашь хоть звук, сделаю тебе лишнюю дырку в голове. Кивни, если поняла?
Я кивнула. Он поставил меня на землю, я предприняла попытку вырваться, да неудачную. Он снова поднял меня над землёй.
— Я что-то не так сказал? — спросил он. — Сейчас ты тихо, без криков и истерик, пойдёшь со мной. Мы поговорим — и ты благополучно отправишься домой, к маме и папе. Уяснила? — рявкнул он.
— Попалась? А не нужно совать свой нос туда, куда не следует, — раздался голос.
— Швед! Поймал? — крикнул второй мужчина.
— Ага. Сейчас приведу, — сказал мой пленитель.
Но мы так и не двинулись с места. Он продолжает держать меня на весу.
— Не реви. Поговорим и отпустим — а я реву? — Если издашь хоть звук, сделаю тебе лишнюю дырку в голове. Кивни, если поняла?
Я кивнула. Он поставил меня на землю, я предприняла попытку вырваться, да неудачную. Он снова поднял меня над землёй.
— Я что-то не так сказал? — спросил он. — Сейчас ты тихо, без криков и истерик, пойдёшь со мной. Мы поговорим — и ты благополучно отправишься домой, к маме и папе. Уяснила? — рявкнул он.
Выберите полку для книги