Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

— Мне нужны деньги. Три миллиона. Я отдам. Всё, что захочешь.
Он усмехается, и эта усмешка режет хуже ножа. Делает шаг ко мне, но я не отступаю, хотя колени дрожат.
— На что угодно? — переспрашивает он, нависая надо мной. — Милая, ты даже не представляешь, что здесь «что угодно».
Я сглатываю ком в горле, но продолжаю:
— Ты дерёшься за миллионы. Один бой — и три миллиона для тебя пыль. Я прошу помощь. Я отработаю каждый рубль.
Он наклоняет голову, рассматривает меня как насекомое. Медленно, с ленцой роняет:
— Отработаешь? Ты даже не знаешь, как выглядят три миллиона, мышь. Ты столько не стоишь.
Меня захлёстывает злость. Я смотрю ему в глаза и не отвожу взгляда, хотя внутри всё обрывается.
— Откуда ты знаешь? Ты увидел дырявое пальто и решил, что я мусор. А что, если нет?
— Ты не сломаешься? — переспрашивает он тихо. — Я одним взглядом могу тебя раздавить.
— Попробуй. Не получится!

— Прошло двадцать пять лет, Артём, - мой голос срывается на шёпот, а на щеках слёзы оставляют влажные дорожки, — у меня за спиной целая жизнь! Муж, двое детей, дом... Ты не можешь заявиться сюда вот так, на мой собственный день рождения будто бы ничего и не было!
— Я лишь хотел поговорить, Лёля.
— Не смей называть меня так, слышишь? Не смей!
Он стоит передо мной прямой как скала. Вокруг глаз раскинулись морщинки, на висках появились седина. Он изменился, конечно, четверть века ведь не шутки.
Лишь взгляд остался прежним. Задумчивым, серьёзным, внимательным и одновременно тёплым, заботливым. Взгляд, который когда-то придавал мне сил и уверенности.
Взгляд человека, который двадцать пять лет назад предал нашу любовь, разбил моё сердце, потоптался по моим чувствам.
Теперь он вернулся.
Вернулся, чтобы исправить ошибки или повторить их?
Или раскрыть тайны, после чего моя жизнь уже никогда не будет прежней?

В день своего сорок второго дня рождения Марина услышала, как муж обсуждает развод с молодой помощницей. Для Виктора Орлова, влиятельного генерала, всё уже было решено: жене — компенсация, любовнице — новая квартира, ему — дом, статус и привычная удобная жизнь.

Только он ошибся в одном.

Марина больше не собиралась молчать.

Двадцать лет она была идеальной женой: встречала гостей, берегла репутацию мужа, держала дом и закрывала глаза на холодность. Но когда Виктор решил вычеркнуть её из собственной жизни, Марина впервые выбрала себя.

Теперь ей придётся бороться за дом, за честное имя, за уважение дочери и за право начать сначала после сорока. А рядом появится мужчина, который не спасает её, не давит и не требует благодарности. Он просто впервые слышит её.

Но генерал не привык проигрывать.
И слишком поздно поймёт, что потерял не тихую жену.
Он потерял женщину, которая долгие годы была его настоящей силой.

- Ты будешь молчать и терпеть, Яна, если хочешь и дальше красиво жить, - спокойно говорит муж, застегивая брюки после измены. - Такие мужчины, как я, не ограничиваются одной женщиной. Смирись. Ты - для статуса. Она - для удовольствия. И если не хочешь оказаться нищей, лучше запомни свое место.

Семь лет брака рушатся в один день.
В годовщину свадьбы я приезжаю к мужу с сюрпризом и застаю его с молодой любовницей.
Он уверен, что я никуда не денусь, проглочу унижение.
Но я не собираюсь прощать. Предательство дорого ему встанет...
Ведь самая дорогая ошибка миллиардера - недооценить собственную жену…

Она зашла в купе, чтобы проиграть дурацкий спор подруге, а выходить не захотела — потому что незнакомец с хриплым голосом пообещал держать её в плену, пока она не рассмеётся до слёз. Чужие вагоны, рискованные ставки и такое невыносимо нежное напряжение, что сердце пропускает каждый стук колёс. Честно, трогает до мурашек и будоражит — эту поездку вы не забудете, даже когда поезд остановится.

❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН!! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— И вот это создание стоило таких мук, Мишенька? — свекровь оглядывает меня с ног до головы, как бракованный товар. — Она же и одного жеребца не стоит. Худая. Рыжая. Глаза прозрачные, как у теленка больного.
— Зря вы так, мама, — муж подходит ко мне, трогает за шею. — Она нет, а вот голос ее... Голос, мам. Будет мне петь, птичка. Когда захочу.
— Не буду я тебе петь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Лучше сдохну.
— Будешь, — он усмехается. — Все вы поете, когда надо.
Я вырываюсь и царапаю его по лицу.
— Змея! — он замахивается, но мать останавливает его взглядом.
— Не надо, Мишенька. Я сама.
Я не понимаю, что происходит. А потом — боль.
Внезапная, острая, как нож. Она разрывает левую щеку.
Я поднимаю голову. Свекровь стоит надо мной. В руках — кнут. Старый, кожаный, с медной рукояткой.
— Будешь рыпаться, птичка, — говорит свекровь, и я вижу, как ее губы кривятся в улыбке, — от тебя и перышка не останется!

— Что, свято место пусто не бывает? — кидаюсь в него словами, а так хочется помидором запустить. — Чего приехал опять? Пусть твои холопы к нам, обычным людям, приезжают.
— А я к тебе.
— Зачем?
— Поговорить.
— О чём? Мне всё ясно стало ещё пятнадцать лет назад. Ушёл в армию, там партию достойную себе нашёл. Так езжай к этой партии, что ко мне приехал?

Пятнадцать лет назад я ждала его. Писала письма. Верила. Думала, что первая любовь выдержит расстояние, время.
Не выдержала.
Мне сказали, что у Алексея появилась другая. Достойная. Правильная. Подходящая его семье.
Я уехала. Вышла замуж. Потом ещё раз. Набрала долгов, разочарований и привычку кусаться первой, пока не укусили меня.
А теперь он вернулся.
И он не тот мальчишка из прошлого. Он взрослый мужчина. Наглый. Опасный. Из тех, кто решает проблемы, закидывает женщину на плечо и не спрашивает, хочет ли она быть спасенной.
Но у меня к нему один вопрос… почему он вернулся сейчас, когда я уже научилась жить без него?

— Поздно, — процедил сквозь зубы. — Ты уже здесь. Теперь придется ответить за любопытство.
— Что? — я дернулась. — Отпусти!
— Хочешь увидеть, что там? Я покажу.
Он — король университета. Наследник империи. Его боятся даже преподаватели. В его мире не задают вопросов. В его Подвале дерутся до крови.
Я случайно спустилась туда. Случайно сняла на телефон то, чего не должна была видеть.
Теперь он не отпускает меня.
Говорит — ради моей же безопасности. Но его глаза и руки — говорят другое. Его одержимость становится моей клеткой.
Он — зверь. А я — его добыча.
И самое страшное: мне это нравится.

— Ты бесплодна, Лера. Пустоцвет, — бывший муж швыряет мне в лицо фальшивую карту. — Пять лет я жил с бракованной. Убирайся. Моя новая невеста беременна, она займет твое место в клинике. А ты уволена по статье. Пошла вон!
В один день я потеряла всё: брак, карьеру врача и честное имя. Свекровь и муж растоптали меня, подставив на смене, и выставили на улицу без гроша.
Но они не знали одного. Их диагноз — чудовищная ложь.
Узнав, что под сердцем уже бьется ребенок, я возвращаюсь, чтобы швырнуть бывшему в лицо тест с двумя полосками. Но прямо на глазах у толпы он с ухмылкой толкает меня со ступеней холла.
Я лечу вниз, прощаясь с жизнью малыша… пока у самого пола меня не подхватывают сильные, татуированные руки.
— Ты только что подписал себе смертный приговор, щегол, — Руслан Даваров, самый опасный, циничный и могущественный хирург страны, прижимает меня к своей груди. — Тронул мою женщину? Теперь я заберу у тебя всё.
Даваров — злейший враг моего бывшего. Он обещает уничтожить моих оби

Два года чистой, незамутненной ненависти. Лена и Артём. Принципиально, до скрежета зубовного и вечных скандалов на летучках.
​Но у друзей свои планы на эту парочку. Решили, блин, причинить добро — организовали для них шикарный ретрит «Гармония для двоих». Локация — необитаемый остров. В комплекте: уединённое бунгало, коробка с едой и обещание тотального исцеления отношений.
​Правда, самого психолога они в глаза не видели. Вместо него на подушке нашлась записка. Красивая такая, с логотипом. Текст — чистый издевательский бред: «Я на секунду, уплыл на сап-борде за смузи на соседний остров. Буду через час! Не ссорьтесь».
​Пошёл третий день. Психолога нет. Сап-борда на горизонте тоже.
​Зато кокосы стремительно подходят к концу, а терпение Лены испарилось ещё в первое утро. Лодок нет, связи нет, бежать некуда. Приходится сидеть на песке и делать вид, что они просто ждут. Ну на бумаге же написано, что вернётся? Или это был развод?