Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
Они случайно встретились в лифте унылым ноябрьским утром. На улице темно и холодно, листья уже опали, а до Нового года еще бы дожить... Ни у одного из них не было планов, но один спонтанный поцелуй по дороге с десятого этажа всё изменит.
Я захожу в свой кабинет и замираю.
Мое кресло занято. В нем сидит Катя— моя младшая сестра. Ее ноги в моих туфлях лежат на столе. Рядом стоит Олег — мой муж, с которым мы прожили восемь лет.
— Что это значит? — мой голос звучит глухо.
Олег даже не поворачивается. Он смотрит на Катю, как на произведение искусства.
— Алин, — говорит он лениво, — ты уволена. Мы разводимся.
Я чувствую, как пол уходит из-под ног.
— В смысле?
— В прямом, — Катя поднимается и подходит ко мне. Она кладет руку на живот. — Я беременна от Олега. И скоро рожу ему наследника. А ты, сестренка... ты бесплодная клуша. Иди работай в "Пятерочку" кассиршей. Или в уборщицы.
Она смеется. Она всегда смеялась, когда делала мне больно. В детстве она ломала мои куклы, в юности уводила моих парней, а теперь — забрала мужа.
— Ты не можешь так просто... — начинаю я.
— Может, — Олег бросает на стол конверт. — Здесь документы на развод.
— Хорошо, — медленно говорю я. — Но ты пожалеешь. Вы оба пожалеете...
Мое кресло занято. В нем сидит Катя— моя младшая сестра. Ее ноги в моих туфлях лежат на столе. Рядом стоит Олег — мой муж, с которым мы прожили восемь лет.
— Что это значит? — мой голос звучит глухо.
Олег даже не поворачивается. Он смотрит на Катю, как на произведение искусства.
— Алин, — говорит он лениво, — ты уволена. Мы разводимся.
Я чувствую, как пол уходит из-под ног.
— В смысле?
— В прямом, — Катя поднимается и подходит ко мне. Она кладет руку на живот. — Я беременна от Олега. И скоро рожу ему наследника. А ты, сестренка... ты бесплодная клуша. Иди работай в "Пятерочку" кассиршей. Или в уборщицы.
Она смеется. Она всегда смеялась, когда делала мне больно. В детстве она ломала мои куклы, в юности уводила моих парней, а теперь — забрала мужа.
— Ты не можешь так просто... — начинаю я.
— Может, — Олег бросает на стол конверт. — Здесь документы на развод.
— Хорошо, — медленно говорю я. — Но ты пожалеешь. Вы оба пожалеете...
Егору сорок два. После развода он сделал единственно верный шаг: продал всё, купил дом в такой глуши, что даже местные алкоголики не доезжают, и зажил. Баня по-чёрному, кот-бандит Степан, огород с кабачками-террористами и тишина такая, что слышно, как паук портянку наматывает. Никаких баб, никаких «нам надо поговорить». План был идеален.
А потом на его пороге появилась Алиса. Красный паркетник, белые штаны, навигатор сдох, колесо спустило, в багажнике — коньяк и печенье. Стихийное бедствие в чистом виде. Егор хотел выпроводить её с утра. Но утро затянулось. На день. На неделю. На целую жизнь.
Тепло, иронично, с крепким мужским юмором и неожиданной нежностью — для всех, кто верит, что жизнь после сорока только начинается. И что иногда полезно свернуть не туда.
А потом на его пороге появилась Алиса. Красный паркетник, белые штаны, навигатор сдох, колесо спустило, в багажнике — коньяк и печенье. Стихийное бедствие в чистом виде. Егор хотел выпроводить её с утра. Но утро затянулось. На день. На неделю. На целую жизнь.
Тепло, иронично, с крепким мужским юмором и неожиданной нежностью — для всех, кто верит, что жизнь после сорока только начинается. И что иногда полезно свернуть не туда.
Я думала, на юбилее нашей семейной клиники отец объявит меня новым директором.
Но на сцену вышел мой бывший муж.
Сказал, что я устала. Что мне нужен отдых. Что теперь клинику поведёт он — вместе с женщиной, из-за которой наш брак закончился.
Я выдержала его улыбку. Аплодисменты. Камеры. Шёпот в зале.
А через десять минут на большом экране появилась медицинская карта с моей подписью под операцией, которую я не делала.
Теперь город считает меня виновной. Семья требует молчать. Бывший уверен, что я подпишу всё, что он принесёт.
Только он не учёл одного.
В клинику пришёл человек, который ненавидит мою фамилию ещё сильнее, чем я ненавижу ложь. И он знает тайну, из-за которой может рухнуть всё.
Но на сцену вышел мой бывший муж.
Сказал, что я устала. Что мне нужен отдых. Что теперь клинику поведёт он — вместе с женщиной, из-за которой наш брак закончился.
Я выдержала его улыбку. Аплодисменты. Камеры. Шёпот в зале.
А через десять минут на большом экране появилась медицинская карта с моей подписью под операцией, которую я не делала.
Теперь город считает меня виновной. Семья требует молчать. Бывший уверен, что я подпишу всё, что он принесёт.
Только он не учёл одного.
В клинику пришёл человек, который ненавидит мою фамилию ещё сильнее, чем я ненавижу ложь. И он знает тайну, из-за которой может рухнуть всё.
Я работаю в МФЦ и за день вижу десятки паспортов, справок и чужих семейных бед.
Но однажды в моё окно села молодая женщина с младенцем на руках и протянула документы на регистрацию ребёнка.
В графе «отец» стояло имя моего мужа.
А адресом регистрации была моя квартира.
Я думала, это обычная измена. Муж, молодая любовница, ребёнок на стороне, свекровь с вечным «потерпи ради семьи».
Но вскоре оказалось: ребёнок — только начало. За моей спиной уже готовили документы, чтобы лишить меня дома, работы и прошлого.
Но однажды в моё окно села молодая женщина с младенцем на руках и протянула документы на регистрацию ребёнка.
В графе «отец» стояло имя моего мужа.
А адресом регистрации была моя квартира.
Я думала, это обычная измена. Муж, молодая любовница, ребёнок на стороне, свекровь с вечным «потерпи ради семьи».
Но вскоре оказалось: ребёнок — только начало. За моей спиной уже готовили документы, чтобы лишить меня дома, работы и прошлого.
Идеальный брак. Лучшая подруга. Долгожданный ребенок. Ксения была уверена: она счастливица, каких поискать.
Одна трагедия разрушила всё. Но настоящее потрясение ждало впереди — за тонкой гранью доверия, за смятыми чеками в кармане любимого пиджака, за невинным «я просто посижу с тобой» от той, кого она считала сестрой.
Иногда самые страшные удары наносят не враги. Иногда предают те, кто клялся в любви.
Это история о падении в бездну и о том, какой выбор делает женщина, когда терять больше нечего. О боли, которая либо убивает, либо превращает в кого-то совершенно нового.
Одна трагедия разрушила всё. Но настоящее потрясение ждало впереди — за тонкой гранью доверия, за смятыми чеками в кармане любимого пиджака, за невинным «я просто посижу с тобой» от той, кого она считала сестрой.
Иногда самые страшные удары наносят не враги. Иногда предают те, кто клялся в любви.
Это история о падении в бездну и о том, какой выбор делает женщина, когда терять больше нечего. О боли, которая либо убивает, либо превращает в кого-то совершенно нового.
Что делать, если ты не вписываешься в стандарты? Если твои формы далеки от модельных, а единственное, что ты умеешь по-настоящему хорошо, — это ладить с детьми и печь плюшки?
Анна знает ответ: жить в своё удовольствие, смеяться над собой и не ждать принца. Она — воспитательница в детском саду, с ипотекой, котом и самоиронией, которая заменяет ей броню. Никаких иллюзий. Никаких романтических надежд. Только работа, любимые воспитанники и тихие вечера наедине с собой.
Но судьба иногда врывается в твою дверь вместе с высоким мужчиной и двумя грустными близняшками. И ты вдруг оказываешься в центре истории, которая не должна была случиться. Потому что он — отец твоих воспитанниц, а ты — всего лишь женщина с пышными формами и шутками про Фрекен Бок.
Тёплая, уютная история о любви, которая не смотрит на размер одежды. О том, как перестать прятаться и позволить себе быть счастливой. О чувствах, которые оказываются сильнее страха, сплетен и внутренних демонов.
Анна знает ответ: жить в своё удовольствие, смеяться над собой и не ждать принца. Она — воспитательница в детском саду, с ипотекой, котом и самоиронией, которая заменяет ей броню. Никаких иллюзий. Никаких романтических надежд. Только работа, любимые воспитанники и тихие вечера наедине с собой.
Но судьба иногда врывается в твою дверь вместе с высоким мужчиной и двумя грустными близняшками. И ты вдруг оказываешься в центре истории, которая не должна была случиться. Потому что он — отец твоих воспитанниц, а ты — всего лишь женщина с пышными формами и шутками про Фрекен Бок.
Тёплая, уютная история о любви, которая не смотрит на размер одежды. О том, как перестать прятаться и позволить себе быть счастливой. О чувствах, которые оказываются сильнее страха, сплетен и внутренних демонов.
«От тебя пахнет чужими духами», — я сказала это тихо, а внутри всё рухнуло.
Восемь лет я была идеальной женой. Бросила профессию, растила двоих детей, ждала его по вечерам. А он выбрал ту, что моложе и ярче, — и выставил меня с детьми за дверь, будто мы никогда ничего для него не значили.
Ни дома, ни денег, ни права на слабость. Только двое малышей, которых нужно кормить.
Работу мне дал человек, которого боится весь город. Александр Волков. Хладнокровный, опасный, привыкший ломать тех, кто встаёт у него на пути. Говорят, у него нет сердца.
Но со мной он другой. Он не спасает — он защищает. Молча становится стеной между мной и всем, что может причинить мне боль.
А когда бывший увидит, какой я стала, он захочет всё вернуть. Вот только теперь у меня есть тот, кто не отдаст меня никому.
Восемь лет я была идеальной женой. Бросила профессию, растила двоих детей, ждала его по вечерам. А он выбрал ту, что моложе и ярче, — и выставил меня с детьми за дверь, будто мы никогда ничего для него не значили.
Ни дома, ни денег, ни права на слабость. Только двое малышей, которых нужно кормить.
Работу мне дал человек, которого боится весь город. Александр Волков. Хладнокровный, опасный, привыкший ломать тех, кто встаёт у него на пути. Говорят, у него нет сердца.
Но со мной он другой. Он не спасает — он защищает. Молча становится стеной между мной и всем, что может причинить мне боль.
А когда бывший увидит, какой я стала, он захочет всё вернуть. Вот только теперь у меня есть тот, кто не отдаст меня никому.
Я девушка его сына.
Он мужчина из моего сна.
Тот, с кем три года назад я провела одну ночь и сбежала на рассвете, не увидев лица.
Я узнала его сразу. По голосу, от которого слабеют колени. По рукам, которые моё тело помнит лучше меня. По слову, которое знали только двое на свете.
Он ждал три года. Он выстроил ловушку, в которую я вошла на своих каблуках, – в его дом, за его стол, под его взгляд, от которого горит кожа даже через шёлк.
Он не спрашивает разрешения. Он берёт своё.
Но есть то, чего он не учёл.
Я тоже.
В книге есть:
🔥 властный герой 50+, который что хочет, то и берёт
🥂 запретная страсть: она – девушка его сына
🎭 тайна одной ночи и маска, которую он хранил
💍 никакой любви по расписанию – только одержимость
🩰 героиня с характером: балерина со стальным стержнем
🌩 сцена у зеркала, после которой вы не уснёте
📱 «Да, сын. Всё под контролем» – вы поймёте, когда дочитаете
👑 от подчинения – к короне: последний ход будет её.
Читайте на свой страх и риск)
Он мужчина из моего сна.
Тот, с кем три года назад я провела одну ночь и сбежала на рассвете, не увидев лица.
Я узнала его сразу. По голосу, от которого слабеют колени. По рукам, которые моё тело помнит лучше меня. По слову, которое знали только двое на свете.
Он ждал три года. Он выстроил ловушку, в которую я вошла на своих каблуках, – в его дом, за его стол, под его взгляд, от которого горит кожа даже через шёлк.
Он не спрашивает разрешения. Он берёт своё.
Но есть то, чего он не учёл.
Я тоже.
В книге есть:
🔥 властный герой 50+, который что хочет, то и берёт
🥂 запретная страсть: она – девушка его сына
🎭 тайна одной ночи и маска, которую он хранил
💍 никакой любви по расписанию – только одержимость
🩰 героиня с характером: балерина со стальным стержнем
🌩 сцена у зеркала, после которой вы не уснёте
📱 «Да, сын. Всё под контролем» – вы поймёте, когда дочитаете
👑 от подчинения – к короне: последний ход будет её.
Читайте на свой страх и риск)
Он резко подается вперед.
– Только не устраивай драму.
Поднимаю на него глаза.
– Драму? Ты изменял мне, завел ребенка на стороне, а я не должна устраивать драму?!
Григорий раздраженно трет переносицу.
– Валя, мы взрослые люди.
– Взрослые?! – голос срывается. – Три года назад я хотела второго ребенка! Помнишь? А ты говорил, что поздно, что мы устали, что надо жить для себя!
– Карина молодая, – говорит он. – Для нее это важно.
Молодая. Вот оно что. Мне уже за сорок. Карине двадцать шесть. Меня просто заменили. Как старую вещь.
***
Муж завел на стороне ребенка. После 20 лет брака я бросаю все: работу в частной клинике, потому что там – он, мужа, прежнюю жизнь. Я стригу волосы и переезжаю в провинциальный городок, чтобы все начать с нуля…
Вот только, кажется, спокойно не будет.
– Только не устраивай драму.
Поднимаю на него глаза.
– Драму? Ты изменял мне, завел ребенка на стороне, а я не должна устраивать драму?!
Григорий раздраженно трет переносицу.
– Валя, мы взрослые люди.
– Взрослые?! – голос срывается. – Три года назад я хотела второго ребенка! Помнишь? А ты говорил, что поздно, что мы устали, что надо жить для себя!
– Карина молодая, – говорит он. – Для нее это важно.
Молодая. Вот оно что. Мне уже за сорок. Карине двадцать шесть. Меня просто заменили. Как старую вещь.
***
Муж завел на стороне ребенка. После 20 лет брака я бросаю все: работу в частной клинике, потому что там – он, мужа, прежнюю жизнь. Я стригу волосы и переезжаю в провинциальный городок, чтобы все начать с нуля…
Вот только, кажется, спокойно не будет.
Выберите полку для книги