Книги по тегу «нежная героиня»: ""
— Чего ты хочешь? Отомстить? Да тебе дела не было, когда я сбежала…
— Я дам тебе развод, — говорит он. — Но только при одном условии. Три месяца ты будешь моей настоящей женой. Будешь жить в моем доме, спать в моей постели, сопровождать на мероприятиях. А после ты получишь развод.
Я ошарашенно смотрю на него.
— Ты с ума сошел? Я выхожу замуж! У меня есть любимый челов…
— У тебя есть время подумать до завтрашнего вечера!
Пять лет назад, чтобы спасти отца от разорения, я вышла за самого ужасного человека на свете. Этот брак должен был закончиться разводом, но по неизвестной мне причине мой муж отозвал заявление. Мне срочно нужен развод, ведь я снова собираюсь замуж, и на этот раз по любви. Вот только у моего мужа совсем другие планы…
— Я дам тебе развод, — говорит он. — Но только при одном условии. Три месяца ты будешь моей настоящей женой. Будешь жить в моем доме, спать в моей постели, сопровождать на мероприятиях. А после ты получишь развод.
Я ошарашенно смотрю на него.
— Ты с ума сошел? Я выхожу замуж! У меня есть любимый челов…
— У тебя есть время подумать до завтрашнего вечера!
Пять лет назад, чтобы спасти отца от разорения, я вышла за самого ужасного человека на свете. Этот брак должен был закончиться разводом, но по неизвестной мне причине мой муж отозвал заявление. Мне срочно нужен развод, ведь я снова собираюсь замуж, и на этот раз по любви. Вот только у моего мужа совсем другие планы…
Получаю фото от детектива и вижу то, чего так боялась. Мой муж с другой. Теперь я знаю, чем он занимается в командировках, пока я жду его с тремя маленькими детьми дома.
Он целует её. Так нежно и трепетно. Его руки в её волосах, те самые пальцы, которыми он гладил меня по лицу.
На другом кадре — они в кафе. Он держит её за руку, смотрит с той теплотой, которую я не видела уже давно. А к снимкам аккуратно прикреплены дата, время, место.
Мой взгляд цепляется за видео. Я нажимаю «воспроизвести».
Виолетта в ярком платье, с улыбкой, уверенным шагом входит в номер с моим мужем. Камера фиксирует время — ровно час назад.
Он целует её. Так нежно и трепетно. Его руки в её волосах, те самые пальцы, которыми он гладил меня по лицу.
На другом кадре — они в кафе. Он держит её за руку, смотрит с той теплотой, которую я не видела уже давно. А к снимкам аккуратно прикреплены дата, время, место.
Мой взгляд цепляется за видео. Я нажимаю «воспроизвести».
Виолетта в ярком платье, с улыбкой, уверенным шагом входит в номер с моим мужем. Камера фиксирует время — ровно час назад.
Скромная Соня из аналитического отдела поспорила с двоюродной сестрой - яркой Кристиной из отдела рекламы, на босса! У Сони месяц, чтобы привлечь внимание Гора - Горянова Артема - решительного и строгого генерального директора.
У девушек разный подход, но у Сони есть поддержка - бабушка, похожая на крестную Фею из сказки.
Сможет ли скромный профессионал Соня привлечь внимание Артема? Или он увлечется яркой Кристиной?
У девушек разный подход, но у Сони есть поддержка - бабушка, похожая на крестную Фею из сказки.
Сможет ли скромный профессионал Соня привлечь внимание Артема? Или он увлечется яркой Кристиной?
Мое обнаженное тело прикрывает лишь длинная белая накидка – символ чистоты, того, что я невинна. Меня украли, когда мы с подругой отдыхали в Турции, а после продали шейху Эмирхану ибн Аслан Аль Мактуму за баснословные деньги. Больше моя жизнь никогда не будет прежней, ведь теперь я в его плену.
— Я могу решить эту проблему уже завтра, — продолжает генеральный. — Деньги уйдут нужным людям. Ваш брат будет свободен.
Что за бред он несёт?! С чего это вдруг босс-олигарх вызвался мне помочь?
— И что я должна сделать взамен? – все же интересуюсь. Мало ли…
Алексей Александрович не отводит взгляда.
— Вы выходите за меня замуж.
Чего? Нет, он точно бредит!
***
Я соглашаюсь на фиктивный брак, чтобы спасти брата.
Мой босс, Холодов, хочет женится на мне, чтобы спасти свою деловую репутацию.
Мы заключаем контракт, где прописано все до мелочей.
Но самая опасная ловушка в этом договоре — пункт, выполнение которого невозможно гарантировать.
Пункт, который разрушает даже самые железные сделки, — «НЕ ВЛЮБЛЯТЬСЯ».
Ведь сердце не подчиняется юридическим документам.
Что за бред он несёт?! С чего это вдруг босс-олигарх вызвался мне помочь?
— И что я должна сделать взамен? – все же интересуюсь. Мало ли…
Алексей Александрович не отводит взгляда.
— Вы выходите за меня замуж.
Чего? Нет, он точно бредит!
***
Я соглашаюсь на фиктивный брак, чтобы спасти брата.
Мой босс, Холодов, хочет женится на мне, чтобы спасти свою деловую репутацию.
Мы заключаем контракт, где прописано все до мелочей.
Но самая опасная ловушка в этом договоре — пункт, выполнение которого невозможно гарантировать.
Пункт, который разрушает даже самые железные сделки, — «НЕ ВЛЮБЛЯТЬСЯ».
Ведь сердце не подчиняется юридическим документам.
— Егор Вадимович… Вы что делаете? — я задохнулась, ощутив, как горячие мужские ладони сжали мои плечи.
— Наказывать тебя буду, готовься…
— Н… не надо…, пожалуйста
— Надо, Лина, надо, — босс хрипло выдохнул, опалив нежную кожу шеи своим горячим дыханием. — Кажется, я предупреждал, что не потерплю косяков в рабочих документах. A ты сегодня напортачила дважды. Это плохо, очень плохо. A плохие девочки должны быть наказаны…
***
Я никогда не одобряла служебные романы, и уж точно не собиралась заводить интрижку с начальством.
Но что делать, если новый босс закусил удила и решил сделать меня своей послушной игрушкой?
Бежать из компании со всех ног и потерять теплое местечко? Или поддаться запретной страсти, которая вопреки гордости и всем моральным принципам затуманила разум?
— Наказывать тебя буду, готовься…
— Н… не надо…, пожалуйста
— Надо, Лина, надо, — босс хрипло выдохнул, опалив нежную кожу шеи своим горячим дыханием. — Кажется, я предупреждал, что не потерплю косяков в рабочих документах. A ты сегодня напортачила дважды. Это плохо, очень плохо. A плохие девочки должны быть наказаны…
***
Я никогда не одобряла служебные романы, и уж точно не собиралась заводить интрижку с начальством.
Но что делать, если новый босс закусил удила и решил сделать меня своей послушной игрушкой?
Бежать из компании со всех ног и потерять теплое местечко? Или поддаться запретной страсти, которая вопреки гордости и всем моральным принципам затуманила разум?
— Хочешь? — голос низкий, вкрадчивый, не терпящий возражений.
— Не знаю… — шепчу я, чувствуя, как он сжимает моё запястье.
— Знаешь. Ты вся горишь. И дрожишь. Не от страха.
— А от чего?
— От предвкушения. Признайся.
— Не могу…
— Можешь. Скажи.
— Хочу… — вырывается сквозь сбитое дыхание. — Хочу вас обоих.
— Не знаю… — шепчу я, чувствуя, как он сжимает моё запястье.
— Знаешь. Ты вся горишь. И дрожишь. Не от страха.
— А от чего?
— От предвкушения. Признайся.
— Не могу…
— Можешь. Скажи.
— Хочу… — вырывается сквозь сбитое дыхание. — Хочу вас обоих.
— Это не твое дело, Кулаков, — отчеканила она холодно, а в её голосе прозвенела сталь.
Высокомерная стерва. Смотрит на меня свысока, будто я пустое место.
Я шагнул ещё ближе, заставляя её прижаться к шкафу всем телом.
— А чьё тогда? Этого богатея, рядом с которым ты сидела весь вечер и чуть ли не в рот ему заглядывала?
— Руки от меня убери! Ты вообще кто такой, чтобы…
— Я тот, кому ты не по карману, да, Дианочка? — перебил я её, прижимаясь ещё ближе и глядя прямо в расширившиеся от злости глаза. — Куда тебе до простого пацана вроде меня? Тебе ведь бабки важнее, да? Улыбаться толстосуму за дивиденды самое то, верно?
— Пошёл ты, — с презрением прошипела она.
— Пойду, детка. Но только после того, как вытрясу из тебя все мысли о других, — процедил я, чувствуя, как по её телу прошла дрожь. — Я заставлю тебя стонать моё имя так громко, чтобы ни у кого даже вопросов не возникало, кому ты принадлежишь!
Высокомерная стерва. Смотрит на меня свысока, будто я пустое место.
Я шагнул ещё ближе, заставляя её прижаться к шкафу всем телом.
— А чьё тогда? Этого богатея, рядом с которым ты сидела весь вечер и чуть ли не в рот ему заглядывала?
— Руки от меня убери! Ты вообще кто такой, чтобы…
— Я тот, кому ты не по карману, да, Дианочка? — перебил я её, прижимаясь ещё ближе и глядя прямо в расширившиеся от злости глаза. — Куда тебе до простого пацана вроде меня? Тебе ведь бабки важнее, да? Улыбаться толстосуму за дивиденды самое то, верно?
— Пошёл ты, — с презрением прошипела она.
— Пойду, детка. Но только после того, как вытрясу из тебя все мысли о других, — процедил я, чувствуя, как по её телу прошла дрожь. — Я заставлю тебя стонать моё имя так громко, чтобы ни у кого даже вопросов не возникало, кому ты принадлежишь!
– Филипп, пожалуйста, не делай этого...
– Молчи, иначе я снова закрою тебе рот, – жестокий шёпот прямо на ухо.
Слёзы жгут глаза, с губ слетает жалкое хныканье.
Он снова прижимается ко мне всем телом.
Никогда не думала, что встреча с ним через года закончится так. Сначала похищение, а потом это… И как теперь принять его на работу моего телохранителя?
Он гений с холодным взглядом, который знает обо мне всё. Следит за тем, с кем общаюсь, что ем и пью, не подпускает никого. Оберегает от всего.
Но кто защитит меня от него? Он готов абсолютно на всё: слежка, манипуляции, угрозы. Даже на убийство? Я не могу такое принять, это разрушает меня. Но почему с каждым шагом становлюсь всё ближе к нему? А узнав его главную тайну, я…
– Молчи, иначе я снова закрою тебе рот, – жестокий шёпот прямо на ухо.
Слёзы жгут глаза, с губ слетает жалкое хныканье.
Он снова прижимается ко мне всем телом.
Никогда не думала, что встреча с ним через года закончится так. Сначала похищение, а потом это… И как теперь принять его на работу моего телохранителя?
Он гений с холодным взглядом, который знает обо мне всё. Следит за тем, с кем общаюсь, что ем и пью, не подпускает никого. Оберегает от всего.
Но кто защитит меня от него? Он готов абсолютно на всё: слежка, манипуляции, угрозы. Даже на убийство? Я не могу такое принять, это разрушает меня. Но почему с каждым шагом становлюсь всё ближе к нему? А узнав его главную тайну, я…
«Скучаю» — всего одно слово в сообщении мужа, после которого моя жизнь пошла под откос.
Десять лет брака, привычка быть рядом и уверенность в том, что наш союз — незыблем, в один момент превратились в хрупкую иллюзию.
Он убеждает меня, что я всё накручиваю, что неправильно его поняла, божится, что у нас все хорошо и между нами ничего не изменилось.
Но почему тогда он больше не смотрит мне в глаза, прячет экран телефона и ведет себя так, будто я лишняя в нашем же доме?
Я ещё не знаю всей правды, но уже чувствую: прежней жизни не будет. Впереди боль от измен, одиночество и момент, когда мне придется остаться без поддержки и опоры, учась жить заново и собирая себя по осколкам.
Однажды он вернется и скажет, что хочет все исправить и вернуть меня обратно.
Только вот цена предательства слишком высока... и не каждому дается второй шанс.
Десять лет брака, привычка быть рядом и уверенность в том, что наш союз — незыблем, в один момент превратились в хрупкую иллюзию.
Он убеждает меня, что я всё накручиваю, что неправильно его поняла, божится, что у нас все хорошо и между нами ничего не изменилось.
Но почему тогда он больше не смотрит мне в глаза, прячет экран телефона и ведет себя так, будто я лишняя в нашем же доме?
Я ещё не знаю всей правды, но уже чувствую: прежней жизни не будет. Впереди боль от измен, одиночество и момент, когда мне придется остаться без поддержки и опоры, учась жить заново и собирая себя по осколкам.
Однажды он вернется и скажет, что хочет все исправить и вернуть меня обратно.
Только вот цена предательства слишком высока... и не каждому дается второй шанс.
Выберите полку для книги