Книги по тегу «разница в возрасте»: ""
– Раздевайся тогда!
– Что? – округляю глаза и задыхаюсь от его наглости. – Да как вы смеете!
– Я не понял, ты зачем приехала? В твоих интересах меня слушаться, потому что непослушных девочек я обычно наказываю! Будешь слушаться, и все у тебя будет хорошо.
Это первые слова, которые я слышу от Марата, своего опекуна.
Он отправил меня в другую страну, чтобы я ему не мешала. Четыре года я ненавидела его на расстоянии. А теперь, вернувшись домой, столкнулась со своим кошмаром наяву.
Но почему же мое сердце начинает биться сильнее, когда он на меня так смотрит? .
– Что? – округляю глаза и задыхаюсь от его наглости. – Да как вы смеете!
– Я не понял, ты зачем приехала? В твоих интересах меня слушаться, потому что непослушных девочек я обычно наказываю! Будешь слушаться, и все у тебя будет хорошо.
Это первые слова, которые я слышу от Марата, своего опекуна.
Он отправил меня в другую страну, чтобы я ему не мешала. Четыре года я ненавидела его на расстоянии. А теперь, вернувшись домой, столкнулась со своим кошмаром наяву.
Но почему же мое сердце начинает биться сильнее, когда он на меня так смотрит? .
— Если ты стесняешься себя, то зря. — произнес отец Кати, возвращаясь на свое место и снова окидывая меня медленным, властным взглядом. — Возвращаясь к разговору о моде… Я считаю, что мода на тощих, уходит, она пригодна только для подиума. А в жизни… вешалки никому не нужны. Женщина должна быть сильной, чувственной и настоящей.
Взгляд Егора, как рентгеном прожигал меня насквозь, будто выявляя каждый мой лишний килограмм.
— Совершенно верно. — поддержал Михаил. — Женщина с пышными формами, ничем не хуже худышек. В старину именно такие женщины, как ты, считались идеалом красоты и воплощались на полотнах. Ты мадонна, Сонечка, ходячее произведение искусства. Просто не оформившееся.
От этих слов по моему телу разлилась странная теплота. Меня всегда дразнили пышкой, а за глаза коровой. А тут мадонна... Я взяла бокал и сделала большой глоток вина, надеясь, что алкоголь притупит стыд и уберет жар с моего лица.
Взгляд Егора, как рентгеном прожигал меня насквозь, будто выявляя каждый мой лишний килограмм.
— Совершенно верно. — поддержал Михаил. — Женщина с пышными формами, ничем не хуже худышек. В старину именно такие женщины, как ты, считались идеалом красоты и воплощались на полотнах. Ты мадонна, Сонечка, ходячее произведение искусства. Просто не оформившееся.
От этих слов по моему телу разлилась странная теплота. Меня всегда дразнили пышкой, а за глаза коровой. А тут мадонна... Я взяла бокал и сделала большой глоток вина, надеясь, что алкоголь притупит стыд и уберет жар с моего лица.
Что делать девушке плюс сайз, если ей заинтересовались два опасных бандита?
Спасать дядю от долгов— дело благородное.
Но как сохранить себя, когда правила игры диктуют они, а ставка — ее тело?
ОДНОТОМНИК
ХЭ
Спасать дядю от долгов— дело благородное.
Но как сохранить себя, когда правила игры диктуют они, а ставка — ее тело?
ОДНОТОМНИК
ХЭ
Гвендолин больше не робкая ученица — она вошла в сердце дворцовых интриг, призвав демона и заключив с ним опасную сделку. Теперь она живёт в роскошном столичном дворце, окружённая слугами и завистницами, но её новая реальность куда коварнее, чем кажется.
В теле принца Физэна скрывается древний демон Радагар — и его истинные намерения остаются загадкой. Вместе они плетут сеть интриг, чтобы ослабить императора и склонить на свою сторону могущественные роды Девятнадцати Островов. Но чем ближе Гвендолин к власти, тем яснее она понимает: тот, кого она призвала, может оказаться сильнее, чем она рассчитывала.
Что ждёт читателя:
- захватывающая игра умов — политические манёвры, тайные сделки и магические уловки;
- глубокий мир с продуманной системой магии и сложной политической картой;
- эмоциональная дуга героини: от неуверенности к решимости, от наивности к расчётливости;
- напряжённый романтический подтекст — где любовь граничит с манипуляцией, а страсть сплетается с властью.
В теле принца Физэна скрывается древний демон Радагар — и его истинные намерения остаются загадкой. Вместе они плетут сеть интриг, чтобы ослабить императора и склонить на свою сторону могущественные роды Девятнадцати Островов. Но чем ближе Гвендолин к власти, тем яснее она понимает: тот, кого она призвала, может оказаться сильнее, чем она рассчитывала.
Что ждёт читателя:
- захватывающая игра умов — политические манёвры, тайные сделки и магические уловки;
- глубокий мир с продуманной системой магии и сложной политической картой;
- эмоциональная дуга героини: от неуверенности к решимости, от наивности к расчётливости;
- напряжённый романтический подтекст — где любовь граничит с манипуляцией, а страсть сплетается с властью.
— Вижу, — он улыбнулся по-новому, не так, как раньше. Взгляд его стал… другим. Взрослым. Мужским.
Между ними повисло молчание. Мария внезапно представила, как его пальцы касаются её запястья, и от этой мысли сердце бешено застучало.
— Нам, наверное, стоит пройти, — пробормотала она, указывая на свои места.
— Конечно, — Дмитрий кивнул, но не отошёл сразу. — Может, как-нибудь… выпьем кофе? Для начала.
Он произнёс это так, будто предлагал нечто гораздо большее.
Мария почувствовала, как жар разливается по щекам.
— Да, — прошептала она. — Я… думаю, это возможно.
Он улыбнулся, слегка коснулся её локтя — случайно или намеренно? — и растворился в толпе.
А Мария до конца спектакля так и не смогла сосредоточиться на сцене.
Между ними повисло молчание. Мария внезапно представила, как его пальцы касаются её запястья, и от этой мысли сердце бешено застучало.
— Нам, наверное, стоит пройти, — пробормотала она, указывая на свои места.
— Конечно, — Дмитрий кивнул, но не отошёл сразу. — Может, как-нибудь… выпьем кофе? Для начала.
Он произнёс это так, будто предлагал нечто гораздо большее.
Мария почувствовала, как жар разливается по щекам.
— Да, — прошептала она. — Я… думаю, это возможно.
Он улыбнулся, слегка коснулся её локтя — случайно или намеренно? — и растворился в толпе.
А Мария до конца спектакля так и не смогла сосредоточиться на сцене.
Я смотрела, как мой муж целует другую, и чувствовала, что мир уходит из-под ног.
Его отец в этот момент оказался рядом и крепко прижал к себе, чтобы я не рухнула в бездну.
– Он – твоё прошлое, Женя, – прошептал Матвей Олегович, отчего по телу разлилась волна предательской дрожи. – Я – твоё освобождение.
Мой свекор излучает силу, власть и опасность. Он привык побеждать, и сейчас почему-то решил, что его победа – это я.
Вот только я не согласна стать очередным трофеем в его руках, а он не остановится, пока не заставит меня отдаться ему телом, сердцем и душой.
Его отец в этот момент оказался рядом и крепко прижал к себе, чтобы я не рухнула в бездну.
– Он – твоё прошлое, Женя, – прошептал Матвей Олегович, отчего по телу разлилась волна предательской дрожи. – Я – твоё освобождение.
Мой свекор излучает силу, власть и опасность. Он привык побеждать, и сейчас почему-то решил, что его победа – это я.
Вот только я не согласна стать очередным трофеем в его руках, а он не остановится, пока не заставит меня отдаться ему телом, сердцем и душой.
– Ты будешь моим пресс-секретарем. С зарплатой втрое больше нынешней. Но твоя работа будет адом. Я доведу тебя до увольнения по статье, можешь не сомневаться. Этот испытательный срок ты не выдержишь.
- А если выдержу? – прошептала я.
- Если такое вдруг произойдет, то накопишь денег, чтобы заплатить мне за разбитую машину.
- Я согласна.
- Подумай еще раз. Лучше уходи сама сейчас.
- Я остаюсь, - упрямо повторила я. Этот мерзавец не лишит меня хорошей работы по своей дурацкой прихоти!
Мы встретились, когда он разбил мою машину, но он считает виноватой меня и требует заплатить! Я уверена, что проучу этого хама. Вот только почему, когда мы рядом, у меня кружится голова и лезут странные мысли в голову?..
Время звучания 05:49:30
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ТАБАКОКУРЕНИЯ. КУРЕНИЕ УБИВАЕТ.
© Мэй Кристина
© ИДДК
- А если выдержу? – прошептала я.
- Если такое вдруг произойдет, то накопишь денег, чтобы заплатить мне за разбитую машину.
- Я согласна.
- Подумай еще раз. Лучше уходи сама сейчас.
- Я остаюсь, - упрямо повторила я. Этот мерзавец не лишит меня хорошей работы по своей дурацкой прихоти!
Мы встретились, когда он разбил мою машину, но он считает виноватой меня и требует заплатить! Я уверена, что проучу этого хама. Вот только почему, когда мы рядом, у меня кружится голова и лезут странные мысли в голову?..
Время звучания 05:49:30
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ТАБАКОКУРЕНИЯ. КУРЕНИЕ УБИВАЕТ.
© Мэй Кристина
© ИДДК
— Не прячься, — прошептал он. Его лицо было так близко, что я видела каждую морщинку у его глаз, каждый лучик в его радужках - они были цвета старого коньяка, теплые и глубокие. — Твоя невинность... это самая большая роскошь в нашем циничном мире. Ею хочется любоваться. Хочется... попробовать.
Его губы коснулись моих. Сначала легко, почти невесомо, вопросительно. Это был мой первый поцелуй. И он был не таким, как в книгах. В нем не было робкой нежности. В нем была власть. Знание. Умение. Его губы были удивительно мягкими, но настойчивыми. Они двигались уверенно, заставляя мои отвечать им. Пальцы Марка вцепились в мои волосы, слегка откидывая голову назад, открывая шею.
А потом я почувствовала другое прикосновение. Сзади. Виктор подошел вплотную, его тело прижалось к моей спине, и я оказалась зажатой между ними.
Его губы коснулись моих. Сначала легко, почти невесомо, вопросительно. Это был мой первый поцелуй. И он был не таким, как в книгах. В нем не было робкой нежности. В нем была власть. Знание. Умение. Его губы были удивительно мягкими, но настойчивыми. Они двигались уверенно, заставляя мои отвечать им. Пальцы Марка вцепились в мои волосы, слегка откидывая голову назад, открывая шею.
А потом я почувствовала другое прикосновение. Сзади. Виктор подошел вплотную, его тело прижалось к моей спине, и я оказалась зажатой между ними.
Он спас меня от кошмара, который устроил его сын. Он — мой свёкор, и его защита стала для меня единственным пристанищем.
Но там, где для других проходит черта, для него — лишь начало. Его мир строится на одной правде: если он что-то решил, пути назад нет.
А теперь он решил, что я должна начать жить заново. Даже если цена за новую жизнь — наша общая тайна.
Но там, где для других проходит черта, для него — лишь начало. Его мир строится на одной правде: если он что-то решил, пути назад нет.
А теперь он решил, что я должна начать жить заново. Даже если цена за новую жизнь — наша общая тайна.
— Ты кто?
На кровати сидит со скрещенными ногами кокон в одеяле. Голос юный, явно эльфийский, но не писклявый, а вкрадчивый такой. Лица не видно. Наклоняется ближе, и замечаю блестящие обсидиановые зрачки и бледный точеный подбородок. Изучает. В замешательстве потираю бороду, замерев посреди комнаты.
— А ты кто? Светлого мира тебе, между прочим.
— Я первая спросила.
— Джонас из Сильвер Хайма, торговец. Еду в Везарес.
— В такое-то время? Сумасшедший ты, Джонас из Сильвер Хайма.
— Не я такой, жизнь такая. Твой черед.
— Я Кали. Кали из… из здесь.
— Ты что, не знаешь, где ты? — вспоминаю название острова и деревни: Эйвиндр.
— Знаю. Но зачем мне называть, если это и так здесь?
— Железно… Ну так что, пустишь меня на ночь к себе? Я не кусаюсь. Храпеть буду — толкни.
— Я же уже пустила, — почти шепчет она. — Если я буду кусаться, тоже толкни.
---
Торговец Джонас вынужденно бросает якорь на одиноком острове и встречает там ту, которая давно ждет кого-то, кто изменит ее судьбу
На кровати сидит со скрещенными ногами кокон в одеяле. Голос юный, явно эльфийский, но не писклявый, а вкрадчивый такой. Лица не видно. Наклоняется ближе, и замечаю блестящие обсидиановые зрачки и бледный точеный подбородок. Изучает. В замешательстве потираю бороду, замерев посреди комнаты.
— А ты кто? Светлого мира тебе, между прочим.
— Я первая спросила.
— Джонас из Сильвер Хайма, торговец. Еду в Везарес.
— В такое-то время? Сумасшедший ты, Джонас из Сильвер Хайма.
— Не я такой, жизнь такая. Твой черед.
— Я Кали. Кали из… из здесь.
— Ты что, не знаешь, где ты? — вспоминаю название острова и деревни: Эйвиндр.
— Знаю. Но зачем мне называть, если это и так здесь?
— Железно… Ну так что, пустишь меня на ночь к себе? Я не кусаюсь. Храпеть буду — толкни.
— Я же уже пустила, — почти шепчет она. — Если я буду кусаться, тоже толкни.
---
Торговец Джонас вынужденно бросает якорь на одиноком острове и встречает там ту, которая давно ждет кого-то, кто изменит ее судьбу
Выберите полку для книги