Читать и слушать книги

– Милый, еще раз поздравляю! Наша дочь – первая рапиристка страны! – счастливо улыбнулась мужу. – Так долго ждали…
Стерла со щек слезы радости и решила сменить тему:
– А мы с тобой давно хотели обсудить отпуск…
Муж, отвлекшись от праздничного ужина, нахмурился и удивленно на меня посмотрел.
– Уж весна на носу, а мы так с отелем и не определились, – вздохнула, припоминая все приличные варианты. – Давай сейчас выберем да оплатим уже аванс?
– А давай, Свет, разведемся?
Что-что?

Двадцать один год брака, дочь – в олимпийской сборной страны, хорошая работа, успешная карьера, квартира, машина…
И как гром среди полного благополучия – предложение о разводе, разрушившее всю налаженную жизнь Светланы.
Как быть? Как дышать после такого?
А может, это шанс обрести себя, стать живой и счастливой, а не правильной?

После ссоры с руководством университета Наталью Дмитриевну отправляют на практику в глухую сибирскую деревню. Здесь — старая школа, холодная изба и самый проблемный ученик во всей округе — Арсений Теплухин.
А ещё его отец — грубый, упрямый и слишком привлекательный Игорь Семёнович, уверенный, что его сын просто не способен на плохие поступки.
Наталья мечтает поскорее вернуться в город, но чем дольше остаётся здесь, тем сильнее понимает…
…впервые в жизни её по-настоящему ждут дома.

На встрече с подругой в кафе Маша неожиданно услышала знакомый голос и обернулась. Ее муж сидел за столиком рядом со жгучей брюнеткой и целовал её пальцы.
— Иван, — произнесла она испуганно.
Боль скрутила внутренности. Ей стало трудно дышать.
Муж изменялся в лице и обернулся на звук.
— Маша, ты что тут делаешь? — с упреком в голосе спросил он.
— Тоже самое я хочу спросить у тебя! — отойдя от шока, ответила она.
Любовница победно улыбалась, глядя ей в глаза.
Маша хотела вырвать этой наглой мерзавке волосы, но та огорошила ее новостью.
— Я Инна. Мы с Иваном любим друг друга. И у нас скоро будет ребёнок.
Иван уставился на Инну вытаращив глаза.
— Какой ребёнок? — испуганно прошептал он. — И почему я узнаю об этом только сейчас.
— Я все никак не решалась тебе сказать, — тихо затараторила девица. — А тут вот случай представился.
Маше вдруг стало смешно, и она с горечью рассмеялась.
— Что муженек? Вижу ты не особо рад предстоящему отцовству!

Папа сказал: «Поедешь в Сибирь, мозги встанут на место». Я надела лучшее платье и приготовилась скучать.
Но реальность превзошла все кошмары: меня встретил угрюмый медведь по фамилии Титов и с ходу отправил жить в палатку.
Ни рафа, ни интернета, ни лайков.
Зато есть озеро с ледяной водой, психованный петух и этот несносный мужик, который почему-то не падает к моим ногам.
Он вообще не реагирует на мои фокусы!
И я хочу его прибить. Или поцеловать. Я ещё не решила. Но лето точно обещает быть нескучным♥

Четырнадцать дней до нашей свадьбы.
Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её.
Лунный свет падает на смятую простынь. Никита лежит на боку, спиной ко мне. Его рука небрежно, по-хозяйски лежит на девичьей талии. Из-за его плеча выглядывает лицо, которое я знаю с детства.
Карина.
Моя сводная сестра.
Её рука обвивает шею Никиты. Ее губы касаются его губ. Они замерли в поцелуе.

— Это кто? — смотрю на молодую девушку в комнате невесты.
— Моя будущая жена, — спокойно отвечает Ильяс. — Сегодня будет никах.
— А я тогда кто?
— Первая. Твоё место никто не забирает.
— Ошибаешься. После предательства у меня больше нет места рядом с тобой.
Двадцать лет я была женой, матерью, хозяйкой его дома и женщиной, на которой держался весь его мир. А в один день узнала, что муж уже выбрал другую и решил: я смирюсь. Только он не знал одного. Боль первой не делает женщину слабой. Она делает её опасной.

— Алла, срочно найдите мне женщину! — заорал я, прижимая к уху телефон.
— Что? Какую женщину? Зачем она вам именно… сейчас?.. — испуганно зашептала помощница в трубку.
— Да не мне! — рявкнул я, запоздало поняв, что ляпнул глупость. — Присматривать за ребенком! Ну кто там этим занимается?
— Ну вроде бы… няня…
— Ну вот няню и найдите! И причём срочно!!! Немедленно!
— Не надо никого искать. Я могу быть няней Снежаны, — вдруг раздался рядом голос Фаины.
Я обернулся. Точно, нарисовалась, мерзавка.
— Алла, отбой! — рыкнул в трубку, отключил телефон.
— Может, объяснишь, Фаина, в чем дело? Сначала бросаешь ребёнка, потом возвращаешься и несёшь чушь? Что ты за мать вообще?
— Но я не Фаина, — пожимает плечами. — Я сейчас всё объясню.
Я зверею. Точно, какую-то игру затеяла, стерва! Но со мной это не прокатит.
Тут из машины высовывается мелкая и орёт на всю улицу:
— Тётя Тася! Ты поедесь со мной? Этот папа злой! Я не хосю у него одна зыть!
Что-о?! Тётя?! Тася?

Вера двадцать четыре года жила ради семьи. Экономила на себе, откладывала мечты, верила мужу и думала, что у них всё общее: дом, деньги, дочь, будущее.

Пока однажды не нашла банковские выписки.

Три года её муж Олег переводил деньги другой женщине. На аренду. На одежду. На ребёнка. На чужую жизнь, пока родной дочери он говорил: “Сами справляйтесь”, а Вере — “Сейчас не время тратить”.

Но самое страшное было впереди. Оказалось, Олег не просто изменял. Он уже подал на развод, готовился делить квартиру и обещал любовнице новую жизнь за счёт той женщины, которая столько лет была для него удобной женой.

Только Вера больше не собирается молчать.

Теперь она будет считать не слёзы, а деньги. Не оправдания, а доказательства. Не годы, которые у неё украли, а жизнь, которую она наконец вернёт себе.

Я подошла к ней близко. Совсем близко. Она отшатнулась, наткнулась на кресло.
— Знаешь, что самое подлое, Лида? — Голос у меня упал, и от этого, я видела, ей стало страшнее, чем от крика. — Не то, что ты спала с моим мужем. Это мерзко, но это бывает. А то, что ты приходила в мой дом после этого. Садилась за мой стол. Брала на руки мою дочь, которую крестила. Смотрела мне в глаза и говорила «я всегда рядом, что бы ни случилось». Вот это я тебе не прощу. Не измену. Предательство.
— Яна…
— Ты крёстная моей дочери. — Меня наконец затрясло. — Я доверила тебе ребёнка! Я просила тебя стать ей второй матерью, если со мной что! Я плакала на тех крестинах, дура! А ты держала её над купелью и уже спала с её отцом! Или ещё нет?! Когда вы начали, Лида?! ДО или ПОСЛЕ крестин?!
— ПЕРЕСТАНЬ! — Она зажала уши руками. — Перестань кричать!
— Это я перестань?!

Все, что у меня осталось после смерти дочки — мой муж.
Муж, которого от меня сейчас отделяет только балконная перегородка.
Который вжимает в стену какую-то темноволосую женщину.
Боже.
Арсений что-то шепчет ей в шею, та счастливо улыбается.
Он берет ее за руку, увлекая за собой.
Жду.
Приоткрываю дверь. Плеск воды, их счастливые голоса.
Они в ванной!
На носочках крадусь к выходу.
— Мне нравится экономить с тобой воду! — женщина.
Смех. Счастливый, беззаботно-игривый смех.
Арсений там, в ванной, задыхается от удовольствия.

Пока я собирала себя по кускам, муж решил, что горе надо проживать в чужой постели. Я шла и думала: зачем жить дальше, если все рушится?
Но появился он. Тот, который хотел отомстить моему мужу даже больше меня.
А я? Я поняла, что муж заслуживает самого худшего. И это мы ему обеспечим!