Читать и слушать книги

— Нет! Пожалуйста! Только не вы! — уже сижу на гинекологическом кресле. Бежать некуда.
Впереди только этот кареглазый мужчина!
— Я требую другого врача! — деру глотку на всю женскую консультацию.
— Перестаньте орать! — доктор закрывает мне рот ладонью, и я только недовольно пыхчу. И смотрю на него широко распахнутыми глазами.
Вдыхаю до боли знакомый запах. Или, кажется.
— М-м-м... — скидываю его руку. — Вы со всеми пациентками так обращаетесь? — сердце сейчас из груди выпрыгнет.
Кареглазый черт нахально лыбится и склоняется к моим губам, обдавая шепотом:
— Нет! Только с теми, с кем знаком лично!

— Ты знаешь, что это грех? — брат мужа надвигается и загоняет меня в угол. Горячо дышит на мои губы.
— Что? — срывается дрожащим голосом.
— Не удовлетворять свою жену, — костяшками пальцев ведёт по щеке и шее. Чувствует, как шарашит мой пульс.
— Перестаньте! Мне с вами даже разговаривать нельзя без мужа! — пытаюсь сбежать.
— Зато можно делать другие вещи! Как прошлой ночью! — обжигающе целует меня за ушко, вызывая шквал мурашек. И жадно сминает мои губы в поцелуе.

Она потеряла всё. Но чтобы выжить — ей придётся стать сильнее, чем когда-либо.

После гибели Джахара Азалия оказывается во дворце, где власть делят предатели, а любовь превращается в оружие. Насилие, плен, предательство — всё, что должно было сломить её, закаляет.
Маруан возвращается — не как спаситель, а как палач судьбы. Его мир жесток, его сердце обожжено войной. Но именно ему суждено увидеть в Азалии не рабыню, а женщину, способную гореть ярче любых корон и палачей.

Кровь, побег, война кланов, пыль пустыни и пламя страсти — из этих обломков рождается новая Азалия. Несломленная. Та, что уже не молится о спасении — она сама становится возмездием.

Они встретились как враги, стали пленником и трофеем, но любовь между ними опаснее войны.

— Не прячься, — прошептал он. Его лицо было так близко, что я видела каждую морщинку у его глаз, каждый лучик в его радужках - они были цвета старого коньяка, теплые и глубокие. — Твоя невинность... это самая большая роскошь в нашем циничном мире. Ею хочется любоваться. Хочется... попробовать.

Его губы коснулись моих. Сначала легко, почти невесомо, вопросительно. Это был мой первый поцелуй. И он был не таким, как в книгах. В нем не было робкой нежности. В нем была власть. Знание. Умение. Его губы были удивительно мягкими, но настойчивыми. Они двигались уверенно, заставляя мои отвечать им. Пальцы Марка вцепились в мои волосы, слегка откидывая голову назад, открывая шею.

А потом я почувствовала другое прикосновение. Сзади. Виктор подошел вплотную, его тело прижалось к моей спине, и я оказалась зажатой между ними.

Перепутала кровати и оказалась в жарких объятиях свёкра, а не своего жениха! Мало того, теперь свёкор — мой босс, который шантажирует меня той ночью...
Меня ждёт двойное давление от Захара Вадимовича — дома и на работе. Лишь бы жених не узнал о нашем со свёкром секрете...
____________
ХЭ!

Ради того чтобы оплатить мамину операцию, я была готова на всё. Даже на авантюру, предложенную отцом подруги. Но всё пошло не по плану. Наш договор разрушил незнакомец, заплативший за меня баснословные деньги. И этим незнакомцем оказался... мой бывший отчим.
— Ты сама пришла на этот аукцион, Настя. Сама подписала контракт.
— Я... не думала, что всё так обернётся.
— Каждое решение имеет свои последствия. Просто прими это.

В новогоднюю ночь я застряла в лифте, с двумя мужчинами. Один из них мой сосед, а второй... Об этом я узнаю немного позже.

Её долг - забыть ту безумную ночь. Его честь - не вспоминать о ней. Но судьба сводит их снова под одной крышей. Запретное влечение, всевидящий свет, злые языки и… Тайна, о котором знает только она. Смогут ли они защитить свою запретную любовь, когда против них ополчится весь Лондон?

Мой жених изменил мне с сестрой на собственной свадьбе, а родители предали, поддержав не меня. Я сбежала, оставив их всех позади, и села в первую попавшуюся машину к двум партнёрам отца. Я не знала, что мой побег окажется ловушкой. Сладкой, горячей и очень порочной.

Лиза: Два года в Париже и кольцо от другого мужчины на пальце не помогли мне забыть Марка. Я пыталась построить «нормальную» жизнь, но моё сердце продолжало помнить только его голос. Одна встреча в родительском доме — и все мои баррикады рухнули. Я знаю, что мы сводные и наша связь под запретом, но когда Марк рядом, я понимаю: он — мой единственный дом и мой самый сладкий грех, от которого невозможно убежать.

Марк: Два года я пытался вытравить образ Лизи из своей памяти, убеждая себя, что она счастлива без меня. Но новость о её помолвке сорвала все мои «стоп-краны». Видеть её спустя столько времени — это пытка, которую я больше не намерен терпеть. Мне плевать на её кольцо и на мнение общества. Она всегда принадлежала мне по праву, и этой ночью я сделаю всё, чтобы она об этом не забыла.