Читать и слушать книги

«Серая мышка» Ася всегда и всем старается помочь. Не отказывает и подруге Насте Туранской, которая просит подменить ее на первом свидании с молодым человеком. Задача проста – не понравиться жениху, которого Насте навязывают родители.
Вот только Ася с заданием не справляется.

- Ты должна радоваться, что я не собираюсь делать тебя разведенкой. Ты должна радоваться, что я не собираюсь сыновей знакомить с любовницей и тащить ее в наш дом, - заявляет муж, а я чувствую, сердце замирает.
Не могу поверить, что это происходит со мной.
- Радуйся всему этому, а не строй из себя оскорбленную, гордую и такую… непонятно какую. Ты должна ценить мою честность.
- Честность? Ценить? Ну, спасибо тебе за честность, - с болью и отчаянием говорю ему это слишком резко, в конце срываясь на крик вместе с первыми слезами.
Он смотрит на меня всего секунду, и я замираю в ужасе, боясь этого блеска в его глазах.
- Тон смени, или мне напомнить, кто в доме хозяин?

Двадцать лет, двое сыновей, а мужу нужно вдохновение, которое он нашел в другой. Но вот беда, и меня не отпускает. Но я не сдамся, я буду бороться до конца, и смогу уйти так, что однажды пожалеет.

Вера была простой девушкой, которую полюбил "золотой мальчик", но всё никак не знакомил со своей семьёй. Но скромная цветочница привлекла внимание не всесильных и богатых папы и мамы её любимого, а эксцентричной и оригинальной сестры. В один прекрасный день девушку похищают, и она оказывается не на богатой вилле последи океана, а в глухом лесу, вдали от цивилизации, - и в компании чужих людей. Которые старательно делают вид,что ситуация под контролем.

— Почему ты не можешь одеться нормально, а не как колхозница? — спрашивает меня дочка. — Вон, Катя же всегда хорошо вы...
Внезапно она осекает себя.
— Кто такая Катя? — морщу лоб.
Не помню такую среди машкиных подруг. Может, это чья-то мама?
У дочери на лице читается испуг, глаза с пятирублевую монету.
— Да не, никто.
— Маш...
— Катя — это папина девушка, — отвечает дочка тихо-тихо.

***

Мой муж изменяет мне с молоденькой. Дочка считает сельской клушей. В свои годы я ничего не добилась, потому что последние 18 лет сидела дома и занималась бытом.
И что, на мне теперь ставить крест?
Нет уж. В 45 жизнь только начинается!
А кто не согласен — того и не спрашивали.

— Люда, знакомься, это Алина, моя новая жена.
— Кто, прости?
В голове будто взорвалась бомба. Я не верила. Не могла поверить.
— Что ты сказал?..
— Люд, давай без истерик. Я устал. Мы поговорим быстро. Ты собираешь вещи и уходишь, а я живу новой жизнью.
— Уходи? Куда? Это наш дом! Дети…
— Дети останутся со мной, а ты иди куда хочешь.
— Миш, ты с ума сошёл?! — мой голос сорвался. — Это наш дом! Наши дети! Я… я твоя жена!
— Была, — спокойно сказал он. — Теперь нет. Ты старая, Люда. Скучная. Я не хочу так жить. Мне нужна женщина, от которой хочется жить, а не умирать. Поэтому проваливай, а я с красоткой развлекусь.

Он - призрак из прошлого. Темного прошлого моих родителей, о котором никто не собирался вспоминать. Вот только он не знает об этом, а врывается в мое светлое и счастливое настоящее, разрушая и разбивая жизнь. Даже ненавидя, я мечтаю о нем… И имя ему Ян Алмазов. Мой смертельный враг и моя погибель…

—  Представляешь, этот тиран сегодня снова орал из-за запятой в письме! Какой же он невыносимый! Сухарь, бесчувственный робот! И ещё смотрит на всех свысока, будто мы мухи надоедливые…
Неожиданно за её спиной раздался холодный голос: «Мухи, говорите?»
Женя испуганно подняла глаза и замерла.
Прямо перед ней, скрестив руки на груди, стоял ОН.
Генеральный директор, собственной персоной.
Его лицо было непроницаемым, но в глазах сверкали молнии.
В повисшей тишине было слышно только её учащенное дыхание. Разумовский  продолжал сверлить её взглядом.
—  Продолжайте, Евгения, —  наконец произнес он ледяным тоном. — Я с удовольствием послушаю, что вы еще думаете о своем самовлюбленном самодуре-начальнике. Очень увлекательно вы рассказываете. Я заслушался.
Женя почувствовала, как ее щеки заливает краска.
Она готова была провалиться сквозь землю.
Что теперь будет? Увольнение? Штраф? Или что-то еще хуже?

– Я встретил другую женщину, – говорит он. – Я не искал этого. Но так вышло. Мы вместе уже почти год. И я… я не могу больше жить вот так. Между вами.
Он замолкает. Ждет. Наверное, он готов к истерике. К обвинениям, к крикам, к слезам.
А я молчу. Потому что внутри уже нет ничего, что можно вылить наружу. Врач сказал про рак. Муж говорит про развод. Жизнь рассыпается на части – без боли. Просто падает в пустоту.
– Я понимаю, – наконец говорю я.
Он снова удивлен. Не такой реакции он ждал.
– Я не хотел тебе делать больно. Ты хорошая. Просто… мы разные. Стали разными. Ты живешь детьми. Домом. А я…
– А ты живешь собой, – заканчиваю за него.

— Ты ни на что не годна, Ариша! Ты же в постели как бревно! — рычит он мне прямо в лицо. — В тебе нет ничего, что заставило бы меня хранить тебе верность! Так что перестань истерить и просто смирись с тем, что мужчины не моногамны.
— И давно ты мне изменяешь, Кирилл?
Он самодовольно ухмыляется:
— Я изменял тебе всегда, Ариша. Даже на нашей свадьбе. Но ты должна ценить, что каждый раз я возвращаюсь к тебе. Так что не устраивай истерик и иди на кухню накрывай на стол. Я зверски голоден.
Я застала мужа с секретаршей в нашей спальне. А он заявил мне, что имеет право на измену. Потому что он — мужчина.
Он ждет, что я прощу его и буду молчать. Потому что не смогу без него обойтись. Но он ошибается.

Пытаюсь осознать увиденное, хотя, что тут осознавать – мой горячо любимый муж спит с моей не менее любимой сестрёнкой, которую я попросила в моё отсутствие кормить Рамзеса и вообще приглядывать за котом, чтоб не скучал в отсутствии хозяйки.
Ольга и приглядывала, но только совсем за другим котом.
Может добавить огонька затянувшемуся процессу, так сказать, ускорить оргазм…
Что ж поищу подходящий инструмент…
Меня отвлёк истошный крик Стасика, к которому добавился пронзительный визг Ольги. Рамзес понял меня с полуслова и в один прыжок оказался на спине мужа, вцепившись всеми четырьмя когтями.
Визг и вой нарастал – Рамзес успевал увернуться и одновременно отметиться на голосящей парочке.
Пока Рамзес расправлялся с предателями, я успела снять самые пикантные моменты на мобилу.
- Чёртово отродье, твоё место на помойке. Я тебя точно сегодня выкину!
- Это вряд ли! Улыбочку на камеру! - смешно, если б не предательство тех, кому верила и кого любила...