Читать и слушать книги
Сломать слуховой аппарат в первый же день в университете было позором. Узнать, что теперь через него ты слышишь Духа своей обидчицы, —странно. А когда этот Дух сообщает, что его хозяйка скоро умрет, и умоляет о помощи, — это полный переворот в жизни.
Майе, которая хотела скрыть нарушение слуха, и Авроре, звездной дочке, мечтающей о сцене, придется объединиться, чтобы предотвратить трагедию.
Смогут ли враги подружиться и разобраться в случившемся, пока не стало слишком поздно? И главное, на кого же из них положил глаз третьекурсник Ярослав?
Майе, которая хотела скрыть нарушение слуха, и Авроре, звездной дочке, мечтающей о сцене, придется объединиться, чтобы предотвратить трагедию.
Смогут ли враги подружиться и разобраться в случившемся, пока не стало слишком поздно? И главное, на кого же из них положил глаз третьекурсник Ярослав?
Год назад он разбил ей сердце и ушел к другой. Обозвав ее толстой и обабившейся. Сегодня его привезли в больницу без памяти — он не помнит ни измены, ни боли, которую причинил. Для него она снова любимая жена, а их разбитый брак — счастливая семья.
Ксения может солгать и получить идеального мужчину, которого всегда хотела. Или сказать правду и потерять его навсегда.
Но что, если правда окажется еще страшнее, чем она думает?
Ксения может солгать и получить идеального мужчину, которого всегда хотела. Или сказать правду и потерять его навсегда.
Но что, если правда окажется еще страшнее, чем она думает?
Он — неприступная крепость цинизма и логики. Арнау Серра верит только в факты. А главный факт его жизни прост: двадцатилетние девчонки с наивными глазами его не интересуют.
Она — ураган по имени Мария Солер. И этот ураган только что получил первый в своей жизни отказ. Сдаться? Никогда. Просто теперь крепость придется брать изнутри.
Не признаниями и капризами, а хитростью: поступить на его курс, оказаться в нужное время в нужных местах, шаг за шагом врастая в его жизнь. Для него это выглядит как череда нелепых совпадений. Для нее — тщательно продуманный план.
А он все чаще ловит себя на мысли: почему эта дерзкая девчонка не выходит у него из головы?
И что страшнее — если это действительно случайность… или та самая любовь, которую ему все-таки придется принять?
Она — ураган по имени Мария Солер. И этот ураган только что получил первый в своей жизни отказ. Сдаться? Никогда. Просто теперь крепость придется брать изнутри.
Не признаниями и капризами, а хитростью: поступить на его курс, оказаться в нужное время в нужных местах, шаг за шагом врастая в его жизнь. Для него это выглядит как череда нелепых совпадений. Для нее — тщательно продуманный план.
А он все чаще ловит себя на мысли: почему эта дерзкая девчонка не выходит у него из головы?
И что страшнее — если это действительно случайность… или та самая любовь, которую ему все-таки придется принять?
– Любимый, – обратилась девушка к нему. – Как хорошо, что ты всё же смог вырваться с работы. Ты ведь хочешь посмотреть на нашего малыша на экране УЗИ?
Тот, к кому она обращалась, не сразу меня заметил. И только спустя несколько секунд его глаза расширились. Он замер, словно врезался в бетонную стену.
Мир вокруг меня рассыпался. Остались только, девушка, держащая руками беременный живот, и Андрей, который был моим мужем и одновременно отцом её ребёнка.
Я не сдержалась, бросив пару фраз, коротких, нарочито официальных, но каждая из них звучала, как пощёчина.
Видела, как девушка дёрнулась, нахмурилась и нарушила тишину.
– Простите… – сказала осторожно, но в голосе проскользнул холодок. – А почему здесь другой врач? Ведь должна принимать Светлана Викторовна.
– Ну, я же не спрашиваю, почему вы моего мужа называете отцом своего ребёнка. Вот и вы не интересуйтесь, почему вместо одной фамилии на двери – другая.
Произнесла я, не узнавая собственный голос
Тот, к кому она обращалась, не сразу меня заметил. И только спустя несколько секунд его глаза расширились. Он замер, словно врезался в бетонную стену.
Мир вокруг меня рассыпался. Остались только, девушка, держащая руками беременный живот, и Андрей, который был моим мужем и одновременно отцом её ребёнка.
Я не сдержалась, бросив пару фраз, коротких, нарочито официальных, но каждая из них звучала, как пощёчина.
Видела, как девушка дёрнулась, нахмурилась и нарушила тишину.
– Простите… – сказала осторожно, но в голосе проскользнул холодок. – А почему здесь другой врач? Ведь должна принимать Светлана Викторовна.
– Ну, я же не спрашиваю, почему вы моего мужа называете отцом своего ребёнка. Вот и вы не интересуйтесь, почему вместо одной фамилии на двери – другая.
Произнесла я, не узнавая собственный голос
— Да ладно тебе, мы же обе взрослые женщины, — она ухмыляется, поправляя лямку платья. — Каждый божий день, дорогуша. Как только твоя машина выезжала со двора. Иногда он даже не мог дождаться — брал меня прямо в прихожей. На этом диване… На кухонном столе. А вчера... — она облизывает губы, — вчера в вашей спальне было особенно жарко.
— Заткнись! — я делаю шаг вперёд, но ноги ватные. — Что ты несёшь?
— То, что есть, — Вика откладывает утюг. — Пока ты убивалась по клиникам, кто-то же должен был... утешить мужчину. Бедняжка совсем извёлся без ласки.
Кровь отливает от лица. Пальцы немеют. Я хватаюсь за спинку кресла, единственное, что удерживает меня в вертикальном положении. Сердце бьётся где-то в горле, перебивая её слова. Мой муж. Спит с няней. С няней нашего ребёнка!
— Заткнись! — я делаю шаг вперёд, но ноги ватные. — Что ты несёшь?
— То, что есть, — Вика откладывает утюг. — Пока ты убивалась по клиникам, кто-то же должен был... утешить мужчину. Бедняжка совсем извёлся без ласки.
Кровь отливает от лица. Пальцы немеют. Я хватаюсь за спинку кресла, единственное, что удерживает меня в вертикальном положении. Сердце бьётся где-то в горле, перебивая её слова. Мой муж. Спит с няней. С няней нашего ребёнка!
Я была влюблена. Потеряла голову от своего жениха. Он тоже постоянно говорил о любви, да я и по глазам видела, что любит. Он пылинки с меня сдувал. Я была самой счастливой невестой.
Но в день свадьбы мне пришлось принять самое важное решение в своей жизни. Я решила сбежать от чудовища, которым оказался Марат. Случайно услышала его разговор с подчиненными. Он отдал хладнокровный приказ, безумно испугав меня.
Я выскочила из его дома и бросилась к шоссе. Убежала прямо в свадебном платье, уехала в другой город, стала другим человеком и унесла маленькую тайну под сердцем.
Не было ни дня, чтобы я не вспомнила своего бывшего жениха. Не смотря на страх, я скучала по нему. Прошло целых пять лет, и случилось то, чего я больше всего боялась.
Он нашел меня.
Но в день свадьбы мне пришлось принять самое важное решение в своей жизни. Я решила сбежать от чудовища, которым оказался Марат. Случайно услышала его разговор с подчиненными. Он отдал хладнокровный приказ, безумно испугав меня.
Я выскочила из его дома и бросилась к шоссе. Убежала прямо в свадебном платье, уехала в другой город, стала другим человеком и унесла маленькую тайну под сердцем.
Не было ни дня, чтобы я не вспомнила своего бывшего жениха. Не смотря на страх, я скучала по нему. Прошло целых пять лет, и случилось то, чего я больше всего боялась.
Он нашел меня.
– Марина, ты ведёшь себя неадекватно и потом сильно об этом пожалеешь! – предостерегающе произнёс Лёша.
– Поверь, я уже жалею. Жалею, что так долго тебя любила, боясь потерять.
В карих глазах мужа сверкнул нехороший огонёк, а губы дрогнули в насмешке, которую он не сумел скрыть.
– Ну сделай же что-нибудь! Лёша! Помоги! Мне больно! – отчаянно прокричала «подруга», пока я тащила её вон из квартиры.
И Света с такой яростью впивалась в меня ногтями, что я даже удивилась, не понимая, почему не чувствую болезненной пульсации, хотя все мои запястья были покрыты быстро темнеющими полосками.
– Какая же ты наивная, Света. Думаешь, что этот мужчина палец о палец ударит, чтобы помочь тебе? Он же эгоист до мозга костей!
* * *
Горько осознавать, что я потратила девять лет на неверного мужчину, но не менее хуже понимать, что я сама виновата в том, что стала несчастной и позволила наставлять мне рога.
– Поверь, я уже жалею. Жалею, что так долго тебя любила, боясь потерять.
В карих глазах мужа сверкнул нехороший огонёк, а губы дрогнули в насмешке, которую он не сумел скрыть.
– Ну сделай же что-нибудь! Лёша! Помоги! Мне больно! – отчаянно прокричала «подруга», пока я тащила её вон из квартиры.
И Света с такой яростью впивалась в меня ногтями, что я даже удивилась, не понимая, почему не чувствую болезненной пульсации, хотя все мои запястья были покрыты быстро темнеющими полосками.
– Какая же ты наивная, Света. Думаешь, что этот мужчина палец о палец ударит, чтобы помочь тебе? Он же эгоист до мозга костей!
* * *
Горько осознавать, что я потратила девять лет на неверного мужчину, но не менее хуже понимать, что я сама виновата в том, что стала несчастной и позволила наставлять мне рога.
— Ой, любимый, Ильдарик проснулся…
— Иди займись моим сыном, — властно приказывает ей мой муж.
Его сыном?!
У него есть сын?
Мой муж подходит к этой девушке и покровительственно кладёт ей свою руку на голову, и та с затаённой гордостью улыбается ему в ответ.
Ещё бы.
Она ведь смогла родить ему сына.
Самому Султану Абдуллаеву!
Здорового сына! Не то что я... И сердце сжимается об одной мысли о нашем маленьком Маратике.
— Иди займись моим сыном, — властно приказывает ей мой муж.
Его сыном?!
У него есть сын?
Мой муж подходит к этой девушке и покровительственно кладёт ей свою руку на голову, и та с затаённой гордостью улыбается ему в ответ.
Ещё бы.
Она ведь смогла родить ему сына.
Самому Султану Абдуллаеву!
Здорового сына! Не то что я... И сердце сжимается об одной мысли о нашем маленьком Маратике.
Сколько ран может вынести женское сердце, прежде чем станет нерушимой скалой? Ольга бежит из Москвы во Францию, но вместо спасения находит лишь холодное «Ольгино море» и статус вечной l'étrangère — чужой. Сквозь ядовитый хаос страсти, предательство мужчин и потерь, отпечатавшихся на душе шрамами, она проплывает сквозь бури судьбы, как корабль без гавани. В бретонском прибое, где небо сшито со свинцовой водой стальной нитью, она наконец смотрит в лицо стихии — и узнает в ней собственное отражение: выжженное, одинокое, но непокоренное. Роман о том, как боль превращается в броню, а соль чужих морей — в слезы, которые больше не льются.
🩷Ее тихий рай оказался под угрозой из-за чужого прошлого. Но она готова сражаться за него до конца.
Арина нашла свой идеальный мир в глухой деревне, где жизнь течет размеренно и тихо. Ее покой нарушает появление нового соседа — Максима, скрывающегося от мрачных теней своего прошлого с маленькой дочерью на руках. Когда за ним в деревню приезжают опасные люди, угрожая всему, что ей дорого, Арина понимает: чтобы защитить свой дом, недостаточно просто любить его. Нужно сражаться.
Сплотив вокруг себя всех жителей, она бросает вызов городскому злу. Но сможет ли сила простой деревенской девушки, ее верность земле и традициям, победить алчность и жестокость? И что родится из этого противостояния — новая любовь или новая беда?
Проникновенная история о силе духа, женственности, верности и о том, что настоящий дом — это там, где тебя готовы защитить всем миром.
Арина нашла свой идеальный мир в глухой деревне, где жизнь течет размеренно и тихо. Ее покой нарушает появление нового соседа — Максима, скрывающегося от мрачных теней своего прошлого с маленькой дочерью на руках. Когда за ним в деревню приезжают опасные люди, угрожая всему, что ей дорого, Арина понимает: чтобы защитить свой дом, недостаточно просто любить его. Нужно сражаться.
Сплотив вокруг себя всех жителей, она бросает вызов городскому злу. Но сможет ли сила простой деревенской девушки, ее верность земле и традициям, победить алчность и жестокость? И что родится из этого противостояния — новая любовь или новая беда?
Проникновенная история о силе духа, женственности, верности и о том, что настоящий дом — это там, где тебя готовы защитить всем миром.
Выберите полку для книги