Читать и слушать книги
– Не делай вид, будто мы не знакомы, – проговорил Абрамов и коснулся моей спины.
Это место будто обожгло, и я, отпрянув, развернулась к Олегу.
– Не смей трогать меня.
– Почему ты злишься? Разве не мне следует обижаться?
Ничего не изменилось. Он все такой же наглый и самоуверенный. Еще бы он признал вину.
– Мне надо работать, – я постаралась обойти Олега, но он взял меня под локоть.
– Нет, поговори со мной. Скажи, почему оставила меня, исчезла? Я собирался сделать тебе предложение. Ты должна была познакомиться с моей семьей. А ты просто кинула ключ в почтовый ящик и сбежала, – сказал так, будто для него важно получить ответ. Словно ему не все равно.
Только все это притворство.
– Я ушла, потому что видела тебя. Видела в постели с другой, – сказала я ровно. – Неужели не догадался? Или захотел услышать это вслух?
Это место будто обожгло, и я, отпрянув, развернулась к Олегу.
– Не смей трогать меня.
– Почему ты злишься? Разве не мне следует обижаться?
Ничего не изменилось. Он все такой же наглый и самоуверенный. Еще бы он признал вину.
– Мне надо работать, – я постаралась обойти Олега, но он взял меня под локоть.
– Нет, поговори со мной. Скажи, почему оставила меня, исчезла? Я собирался сделать тебе предложение. Ты должна была познакомиться с моей семьей. А ты просто кинула ключ в почтовый ящик и сбежала, – сказал так, будто для него важно получить ответ. Словно ему не все равно.
Только все это притворство.
– Я ушла, потому что видела тебя. Видела в постели с другой, – сказала я ровно. – Неужели не догадался? Или захотел услышать это вслух?
– Подойти ко мне. Сама, – мой босс прожигал меня требовательным взглядом.
Я лишь вжалась в стену от страха. Я понимала что он от меня хочет, но не могла ни подчиниться, ни сбежать.
Он лишь довольно оскалился:
– Мне нравится, как ты дрожишь. Но у меня нет времени любоваться этим. Подойди ко мне, иначе я подойду сам.
Я не двинулась, боясь даже вдохнуть.
– Играешь в непослушную девочку? – он сделал шаг. – Мне нравится. Но я все равно получу свое.
Он сделал еще один шаг и окончательно стер расстояние между нами...
Я лишь вжалась в стену от страха. Я понимала что он от меня хочет, но не могла ни подчиниться, ни сбежать.
Он лишь довольно оскалился:
– Мне нравится, как ты дрожишь. Но у меня нет времени любоваться этим. Подойди ко мне, иначе я подойду сам.
Я не двинулась, боясь даже вдохнуть.
– Играешь в непослушную девочку? – он сделал шаг. – Мне нравится. Но я все равно получу свое.
Он сделал еще один шаг и окончательно стер расстояние между нами...
Жаркое лето в деревне у тётушки-«ведьмы», первая любовь, беззаботная юность... Сказка, в которую хочется вернуться. Но годы спустя Марго живёт обычной жизнью: муж, работа, мечты об отпуске. И вдруг эта жизнь рушится, как карточный домик: муж исчез, оставив огромный долг, работы нет, а отпуск в Аргентине уже не светит. Судьба ведёт Марго назад, в то же самое место, в тот же деревенский дом, который она наследует. Только вот время там уже не то, и люди изменились: вместо милой тётушки — сумасбродный сосед-старикашка, вместо ухажёра на крутом мотоцикле — непутёвый нищий поэт, а первая любовь... Он всё так же хорош, но неужели за его сердце придётся бороться с настырной синеволосой толстушкой? А что, Марго, думала, в сказку попала? Как бы не так, это не Аргентина! В Ромашково нынче витает особая любовная магия, с ней справится не каждая ведьма!
– Подожди… Сейчас… – звякает пряжка ремня, и сердце мое проваливается вниз, в пустоту.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
Первое время Игорь часто видел её во сне. С всегдашней солнечной улыбкой, радостную, а через секунду — с чёрными потёками туши и полным отчаяния взглядом, от которого хотелось вывернуть себя наизнанку. Они с Мишаней никогда случившееся не обсуждали, да и виделись всё реже, но никто из них ничего не забыл. И когда жизнь снова столкнула их с Юлькой, оба сочли это знаком — грехи прошлого пора искупить.
И в этом они не ошиблись.
И в этом они не ошиблись.
К 11-му классу я поняла главное: кроме себя самой мне никто не нужен. Но эти убеждения затрещали по швам, когда к нам перевели новенького.
Всё начнётся первого сентября и закончится выпускным. Целый год, за который я должна понять, кто для меня этот безумный, безумный, безумный псих. И кто для него я?
Всё начнётся первого сентября и закончится выпускным. Целый год, за который я должна понять, кто для меня этот безумный, безумный, безумный псих. И кто для него я?
— Ты опять смотришь на меня так, будто я виноват.
— А ты не виноват?
— Нет. Я просто выбрал другую. И нам теперь надо как-то это... цивилизованно решить.
— "Цивилизованно"? Твоя студентка от тебя беременна! Или мне сделать вид, что этого не существует?
Он даже не покраснел. Ректор. Уважаемый. Уверенный. Но спит со своей студенткой.
А я? Учитель музыки. Жена. Мать. Женщина, которая держала дом, когда он делал карьеру. Теперь — помеха.
Интриги, ложь, предательство. А потом — ещё и свекровь, которая встала на сторону изменщика: «Ты сама его довела. Мужчинам нужно вдохновение!»
Больно? Да. Но я не стала жертвой. И не мстила по-женски.
Я просто вышла из этого брака на своих условиях.
— А ты не виноват?
— Нет. Я просто выбрал другую. И нам теперь надо как-то это... цивилизованно решить.
— "Цивилизованно"? Твоя студентка от тебя беременна! Или мне сделать вид, что этого не существует?
Он даже не покраснел. Ректор. Уважаемый. Уверенный. Но спит со своей студенткой.
А я? Учитель музыки. Жена. Мать. Женщина, которая держала дом, когда он делал карьеру. Теперь — помеха.
Интриги, ложь, предательство. А потом — ещё и свекровь, которая встала на сторону изменщика: «Ты сама его довела. Мужчинам нужно вдохновение!»
Больно? Да. Но я не стала жертвой. И не мстила по-женски.
Я просто вышла из этого брака на своих условиях.
По дороге к подруге я репетирую слова, которыми завтра осчастливлю мужа.
«Любимый, у нас будет ребенок!»
Жаль, что сегодня ему пришлось задержаться в командировке, ведь мне уже не терпится сообщить ему радостную новость.
Но мечты о большой семье рушатся, когда я застаю мужа в постели лучшей подруги.
Как жить дальше?
Что мне делать?
Я никогда не смогу простить мужа, но… у меня под сердцем его ребенок.
И если он узнает о нем, то сделает все, чтобы забрать его у меня.
***
Жена назвала меня изменщиком, подала на развод и скрыла от меня ребенка.
Ты ж мой смышлёныш, все продумала!
Но, видимо, забыла, что я известный адвокат, который выиграл сотни дел.
И в битве за ребенка я тоже одержу победу.
ХЭ
«Любимый, у нас будет ребенок!»
Жаль, что сегодня ему пришлось задержаться в командировке, ведь мне уже не терпится сообщить ему радостную новость.
Но мечты о большой семье рушатся, когда я застаю мужа в постели лучшей подруги.
Как жить дальше?
Что мне делать?
Я никогда не смогу простить мужа, но… у меня под сердцем его ребенок.
И если он узнает о нем, то сделает все, чтобы забрать его у меня.
***
Жена назвала меня изменщиком, подала на развод и скрыла от меня ребенка.
Ты ж мой смышлёныш, все продумала!
Но, видимо, забыла, что я известный адвокат, который выиграл сотни дел.
И в битве за ребенка я тоже одержу победу.
ХЭ
— Ты не имеешь права! Это моя дочь!
— Ошибаешься. Ты её бросил. И теперь никому не нужен.
— Я просто ошибся…
— Нет, Олег. Ты предал. А я таких назад не беру.
Он ушёл к любовнице, когда нашей дочери было десять.
Вернулся — нищий, виноватый, но всё ещё наглый.
Думал, я упаду в ноги? Нет. Я поднялась. И перешагнула.
Я не жертва. Я — мать. Женщина. Человек, у которого есть границы.
И в моём доме — больше нет места тем, кто однажды плюнул мне в душу.
— Ошибаешься. Ты её бросил. И теперь никому не нужен.
— Я просто ошибся…
— Нет, Олег. Ты предал. А я таких назад не беру.
Он ушёл к любовнице, когда нашей дочери было десять.
Вернулся — нищий, виноватый, но всё ещё наглый.
Думал, я упаду в ноги? Нет. Я поднялась. И перешагнула.
Я не жертва. Я — мать. Женщина. Человек, у которого есть границы.
И в моём доме — больше нет места тем, кто однажды плюнул мне в душу.
— Гена, что за ерунда? — звоню мужу.
— Не понимаю тебя.
— Почему Наталья заперлась в нашей квартире и не пускает меня внутрь. Скажи своей любовнице, чтобы убиралась из моего дома.
— Так это я ей так сказал, собрать твои вещи и не впускать, — слышу у него на заднем фоне женский смех и понимаю, что этот трус тоже находится в квартире. — Прости, Ася. Я тебя не люблю. Это конец, мы разводимся.
— Что?
— Я все сказал. Пока, — сбрасывает вызов.
После двадцати пяти лет брака, муж влюбился в другую и выставил меня из дома. Он оставил меня без гроша, кинув как подачку дарственную на старый дом его родителей, что находится в самой глуши. Но это не сломает меня. Потому что я забуду предателя и начну жизнь с нуля. К тому же, у судьбы еще остались для меня сюрпризы.
— Не понимаю тебя.
— Почему Наталья заперлась в нашей квартире и не пускает меня внутрь. Скажи своей любовнице, чтобы убиралась из моего дома.
— Так это я ей так сказал, собрать твои вещи и не впускать, — слышу у него на заднем фоне женский смех и понимаю, что этот трус тоже находится в квартире. — Прости, Ася. Я тебя не люблю. Это конец, мы разводимся.
— Что?
— Я все сказал. Пока, — сбрасывает вызов.
После двадцати пяти лет брака, муж влюбился в другую и выставил меня из дома. Он оставил меня без гроша, кинув как подачку дарственную на старый дом его родителей, что находится в самой глуши. Но это не сломает меня. Потому что я забуду предателя и начну жизнь с нуля. К тому же, у судьбы еще остались для меня сюрпризы.
Выберите полку для книги