Читать и слушать книги

ПлЕнница понимала, что бегство — это лишь начало.
Марат не простит ей этого «предательства».
Его люди будут рыскать по всем городам, проверяя её счета, опрашивая знакомых.
Но в тот момент это не имело значения.

Жанна научилась НЕ смотреть на проезжающие мимо чёрные иномарки, научилась менять походку и прятать свои глаза.

Она сбежала не просто от человека — она сбежала от образа жизни, который почти уничтожил её душу.
Трубка телефона, заставлявшая её дрожать от ужаса, теперь была лишь напоминанием о том, как близко она подошла к КРАЮ.

— Карина, я думал, что могу доверять тебе. Что ты достаточно умна и сможешь отличить настоящее от красивой обёртки. Но раз нет — ты выйдешь за того, кого одобрю я. А твой так называемый жених и его семейка пусть даже не рассчитывают на наши деньги!
Всем своим видом отец демонстрировал презрение и недовольство.
— Да плевать на твои деньги! Денис любит меня! Это настоящее чувство. И ты не посмеешь решать за меня, за кого выходить замуж!
— Чтобы я больше не слышал имени Денис в этом доме – гремел отец, — не то что о встречах. Ты поняла?
Его голос лишь усиливался в сводах террасы. А по глазам поняла, что он принял решение, и теперь изменить это невозможно. Это война.
— Вот сам и женись на тех, кого выберешь!
— Карина, вернись!- кричал грозно папа вслед.
В лёгкой юбке и кофте схватила ключи в прихожей и выбежала из дома. Торопливо сбежала по ступенькам к своей машине.
Никто не помешает мне быть с любимым. Даже папа. И его сумасбродные запреты.

По контракту мне придется работать с бывшим парнем.
Я согласилась, уверенная, что мы оба профессионалы и между нами будут только деловые отношения.
Но, кажется, мой бывший так не считает. Этот наглый самоуверенный болван почему-то решил, что может вернуть меня по щелчку пальцев!
Но хуже всего, что от его поведения теперь зависит моя карьера...

– Осталось совсем немного, – донёсся до меня голос супруга. – Ты даже не представляешь, как я устал от всего этого вранья, как мне надоело притворяться.
– Конечно, я представляю! Я так тебя понимаю, – заверила моя лучшая подруга. – Думаешь, мне легко смотреть ей в глаза и убеждать, что я о ней переживаю? Ты ведь понимаешь, что каждый раз мне хочется крикнуть ей, что она не заслуживает всего, что у неё есть! Ей повезло, что такой, как ты, был рядом с ней на протяжении целых десяти лет!
– Да, целых десять лет, – со вздохом произнес Никита. – Даже не представляю, что я столько выдержал. А ведь я когда-то думал о том, что у нас появится общий ребёнок…
– Ой, не думай об этом, – перебила подруга. – Ты всё правильно сделал. Не нужны тебе отпрыски от Марины. Я рожу тебе нормальных детей.

Мой идеальный брак оказался фальшивкой. Муж тайно забрал все сбережения, переоформил квартиру на свекровь и выставил меня с шестилетними двойняшками за дверь ради молодой любовницы. Единственное, что он нам оставил — голые бетонные стены заброшенного загородного недостроя и свой огромный долг.
Когда на пороге появился мрачный, пугающий прораб, приехавший выбивать из бывшего мужа миллион за работу своей бригады, я решила, что это конец. Но этот суровый, чужой мужчина, увидев замерзающих детей, не стал нас выгонять. Вместо угроз он молча закрыл нас от непогоды и встал на нашу защиту. У него нет личного водителя и миллиардов на счетах, зато есть совесть и золотые руки, способные заново собрать мою разбитую жизнь. Мой бывший уверен, что легко добьет меня и отберет детей через опеку, но он фатально ошибся. Теперь за моей спиной — настоящая каменная стена.

Асе двадцать три, она графический дизайнер-удалёнщик, и в глазах мамы это звучит как «бездельница». Всё лето она планировала провести в гамаке с ноутбуком и яблоком, изредка выползая к столу. Но в один из дней в их захолустье заехал человек, который перевернул всё.

Максим – столичный архитектор, красивый, вежливый и совершенно не приспособленный к деревенской жизни. Их встреча была случайной: он забыл наличные, она выручила его в магазине. Но когда на следующее утро Ася обнаружила, что он купил заброшенный дом напротив, случайности кончились.

Муж вывел на сцену молодую Яну и назвал её новой музой нашего семейного бренда. А меня — женщину, которая двадцать лет создавала коллекции, удерживала клиентов и собирала его успех по крупицам, — решил оставить в прошлом.

— Подпишешь документы спокойно, Лида. Бренд останется мне. Дом тоже. Ты ведь всегда была рядом, а не впереди.

Максим был уверен, что я уйду достойно. Тихо. Без скандала. Без претензий. Как удобная жена, которую легко заменить красивым новым лицом.

Он ошибся.

В старых папках остались мои эскизы. В переписках — его признания. В памяти клиентов — моё имя. А его главный конкурент, Артём Северин, неожиданно предлагает мне не жалость и не месть, а то, чего Максим так и не дал: равное партнёрство.

Теперь бывший хочет забрать мой дом, моё дело, мою репутацию и даже право называться автором собственной жизни.

Но в сорок четыре я больше не собираюсь быть чьей-то тенью.

— Чтобы завтра я тебя здесь не видел, — процедил я, вжимая девчонку во влажную стену раздевалки. — Мне в моем бассейне девицы с кучей тайн не нужны.
— Умерь эго, мажор, — дерзко ухмыльнулась эта колючка, глядя мне прямо в глаза. — Если бы не я, ты бы до сих пор на дне пузыри пускал.
— Твой мокрый купальник слишком сильно напрашивается на неприятности, — я наклонился к ее губам, едва сдерживая рык. — Зачем притворилась, что тонешь, птичка?
— Расслабься, Орлов, — нагло прошептала она. — Я никуда не уйду. Мой новый личный тренер — твоя мать. Так что привыкай... твой персональный ад только начинается.

Арина мечтала, чтобы Александра удочерила именно её. Ведь это такое счастье - статья частью семьи...
Бойся своих желаний... вдруг сбудутся...

Он долго смотрит на меня с какой-то тяжёлой брезгливостью и я вижу, как что-то в нём собирается, накапливается, как перед грозой.
- Ты вообще знаешь, кто ты без меня? - говорит он, и смеётся - Никто. Пустое место. Ты бы сейчас в своей однушке с мамашей сидела. Вот и радуйся, что хоть кто-то тебя взял.
Я молчу. Смотрю в сторону.
- Смотри на меня, когда я разговариваю. Ты должна быть мне благодарна. За всё. За этот дом, за этого ребёнка, за то, что ты вообще что-то значишь. Думаешь ты сама по себе что-то значишь? - Он шагает ко мне, и я не отступаю, хотя внутри всё сжимается. - Ничего ты не значишь. Запомни.
- Игорь, - шепчу я. - Артёмка спит. Пожалуйста.
- Не произноси его имя своим тоном.
И резко толкает меня.