Читать и слушать книги
– Что? – срывается с моих губ. Не верю своим ушам. – Тихо и спокойно уйти?! – Ты молча хотел уйти?!
– Ну да, – Он безэмоционально кивает. – Саш, ты мне больше не интересна как женщина, чувств нет вообще, ноль, пустота. Мне стыдно перед коллегами, перед новыми знакомыми. Ты клоун – выпаливает он и закрывает за собой дверь.
Ярость злость разливается по венам, я хватаю телефон, набираю номер.
Звоню этой твари, которая даже не знает кто я, но вот один нюанс, я знаю кто она…
– Амелия, – Мой голос звучит глухо.
– Да, да, я вас слушаю! Что-то случилось? Вы по поводу свадьбы?
– Вы хотели незабываемую свадьбу? – отчётливо произношу каждое слово.
– Да! Очень хочу! Я мечтаю о чём-то грандиозном, понимаете? Чтобы затмить все свадьбы в нашем кругу!
Улыбаюсь.
Медленно, холодно.
– Я сделаю вашу свадьбу незабываемой. Все будут говорить об этом очень, очень долго. Гарантирую…
– Ну да, – Он безэмоционально кивает. – Саш, ты мне больше не интересна как женщина, чувств нет вообще, ноль, пустота. Мне стыдно перед коллегами, перед новыми знакомыми. Ты клоун – выпаливает он и закрывает за собой дверь.
Ярость злость разливается по венам, я хватаю телефон, набираю номер.
Звоню этой твари, которая даже не знает кто я, но вот один нюанс, я знаю кто она…
– Амелия, – Мой голос звучит глухо.
– Да, да, я вас слушаю! Что-то случилось? Вы по поводу свадьбы?
– Вы хотели незабываемую свадьбу? – отчётливо произношу каждое слово.
– Да! Очень хочу! Я мечтаю о чём-то грандиозном, понимаете? Чтобы затмить все свадьбы в нашем кругу!
Улыбаюсь.
Медленно, холодно.
– Я сделаю вашу свадьбу незабываемой. Все будут говорить об этом очень, очень долго. Гарантирую…
– Мариш, я задержусь, не жди, — голос Руслана в трубке усталый, но такой родной.
— Хорошо, милый, я скучаю, — кладу трубку и захожу в его кабинет, который он оборудовал дома. Включаю ноутбук. На экране открыта переписка в мессенджере.
«Лапусь, сегодня тот самый ужин? Я заказала столик в "Амбре". Устала ждать, когда ты решишься».
«Котенок, все будет. Она уезжает к маме за детьми на выходные. У нас будет целых два дня».
Смотрю на имя контакта и чувствую, как подкашиваются ноги. Алиса. Его новая помощница. Я хватаю ключи, натягиваю джинсы и лечу в ночь.
...
Они не сразу меня замечают. Алиса сидит на Руслане сверху, запрокинув голову, а его руки сжимают ее грудь. Мои глаза встречаются с его глазами в отражении трюмо. На секунду в них читается ужас, который тут же сменяется холодной яростью.
— Руслан? — мой голос звучит сипло.
— Хорошо, милый, я скучаю, — кладу трубку и захожу в его кабинет, который он оборудовал дома. Включаю ноутбук. На экране открыта переписка в мессенджере.
«Лапусь, сегодня тот самый ужин? Я заказала столик в "Амбре". Устала ждать, когда ты решишься».
«Котенок, все будет. Она уезжает к маме за детьми на выходные. У нас будет целых два дня».
Смотрю на имя контакта и чувствую, как подкашиваются ноги. Алиса. Его новая помощница. Я хватаю ключи, натягиваю джинсы и лечу в ночь.
...
Они не сразу меня замечают. Алиса сидит на Руслане сверху, запрокинув голову, а его руки сжимают ее грудь. Мои глаза встречаются с его глазами в отражении трюмо. На секунду в них читается ужас, который тут же сменяется холодной яростью.
— Руслан? — мой голос звучит сипло.
— Артем! Саблин Артем!
Молодая женщина в розовом очень открытом платье буквально несется через весь зал прямо к моему мужу.
Артем с удивлением смотрит на барышню, продирающуюся сквозь довольно плотные ряды участников благотворительного фуршета.
— Тёма, привет! Я вернулась! — выдыхает она, слегка запыхавшись.
— Альбина? — на лице мужа недоумение мгновенно сменяется искренней радостью. — Ты вернулась? Это же невероятно! Сколько лет прошло! Знакомься, — он представляет меня легким кивком, — моя жена Лиза, она врач.
— Очень приятно, — цедит сквозь зубы Альбина и окидывает меня оценивающим взглядом. — Тём, мы не виделись уже сто лет! Я здесь, в родном городе, купила себе квартиру. Решила вернуться к истокам, так сказать.
— Ну ты даёшь! — восхищается Артём. — Что же в Москве не осталась?
— А за тобой приехала! — внезапно заявляет Альбина.
Мой бокал качнулся в руке так, что плещет на край.
Молодая женщина в розовом очень открытом платье буквально несется через весь зал прямо к моему мужу.
Артем с удивлением смотрит на барышню, продирающуюся сквозь довольно плотные ряды участников благотворительного фуршета.
— Тёма, привет! Я вернулась! — выдыхает она, слегка запыхавшись.
— Альбина? — на лице мужа недоумение мгновенно сменяется искренней радостью. — Ты вернулась? Это же невероятно! Сколько лет прошло! Знакомься, — он представляет меня легким кивком, — моя жена Лиза, она врач.
— Очень приятно, — цедит сквозь зубы Альбина и окидывает меня оценивающим взглядом. — Тём, мы не виделись уже сто лет! Я здесь, в родном городе, купила себе квартиру. Решила вернуться к истокам, так сказать.
— Ну ты даёшь! — восхищается Артём. — Что же в Москве не осталась?
— А за тобой приехала! — внезапно заявляет Альбина.
Мой бокал качнулся в руке так, что плещет на край.
Я вернулась из роддома с грудничком на руках, а дома меня ожидал сюрприз. От моего мужа и «сестры»!
— Ева? — говорит он удивленно. — Ты почему не в роддоме? Мы же собирались ехать на выписку…
В комнате горит мягкий свет, пахнет чужими духами, и в этот момент из спальни выходит моя сестра Лена. Она замирает, увидев меня.
На ней — прозрачная сорочка без нижнего белья, и я узнаю ее сразу, потому что это моя сорочка.
— Ева… — говорит она, заикаясь. — А… а ты… как… Мы же завтра должны были ехать на выписку…
— Никакой выписки не будет, — говорю я твердо. — Не ждали меня?
Я подхожу к ней ближе, и прежде чем она успевает что-то сказать, моя ладонь с силой касается ее щеки. Звук пощечины разрывает тишину.
— Бестыжая… — говорю я. — Ты называла меня своей старшей любимой сестрой… и легла под моего мужа?!
Она начинает рыдать, закрывая лицо руками:
— Прости… пожалуйста… я не хотела… все вышло само…
— Я вас никогда не прощу, — говорю я. — Я подаю на развод, а вы скоро ответите за все!
— Ева? — говорит он удивленно. — Ты почему не в роддоме? Мы же собирались ехать на выписку…
В комнате горит мягкий свет, пахнет чужими духами, и в этот момент из спальни выходит моя сестра Лена. Она замирает, увидев меня.
На ней — прозрачная сорочка без нижнего белья, и я узнаю ее сразу, потому что это моя сорочка.
— Ева… — говорит она, заикаясь. — А… а ты… как… Мы же завтра должны были ехать на выписку…
— Никакой выписки не будет, — говорю я твердо. — Не ждали меня?
Я подхожу к ней ближе, и прежде чем она успевает что-то сказать, моя ладонь с силой касается ее щеки. Звук пощечины разрывает тишину.
— Бестыжая… — говорю я. — Ты называла меня своей старшей любимой сестрой… и легла под моего мужа?!
Она начинает рыдать, закрывая лицо руками:
— Прости… пожалуйста… я не хотела… все вышло само…
— Я вас никогда не прощу, — говорю я. — Я подаю на развод, а вы скоро ответите за все!
- Ты что, издеваешься? Вот ЭТО будет вместо тебя? Так, Глеб, ты ногу сломал, а не помер. Мне вот ЭТО оно вместо тебя не нужно. Она же старая, только в пустую квохтать будет, и в суп не пустишь, жесткая.
Выпаливает женоненавистник и циник, а заодно и мой будующий босс, когда понимает, что я буду с ним работать, а потом сбрасывает вызов.
- Господи, за что же мне такое наказание? Вокруг одни дурные бабы. Пошли мне хоть одного мужика, - и смотрит еще вверх. - Значит, Иванченко? - спрашивает у меня, и я киваю. - Специалист по антикризисному управлению, - снова киваю. - Разведенка престарелая, явно истеричка, ни на что не годная. И он еще тебя рекомендует?
- Как видите, - спокойно отвечаю ему, чем явно раздражаю, не оправдывая ожиданий.
- Ну, пошли, Иванченко. Поговорим. А то, может, передумаете и...
- Пойдете нянчить внуков? - заканчиваю за него. - Нет, Роберт Александрович, я сюда пришла работать. Поэтому…
- С этой работой может справиться только мужик. Так что сейчас ты вот это все
Выпаливает женоненавистник и циник, а заодно и мой будующий босс, когда понимает, что я буду с ним работать, а потом сбрасывает вызов.
- Господи, за что же мне такое наказание? Вокруг одни дурные бабы. Пошли мне хоть одного мужика, - и смотрит еще вверх. - Значит, Иванченко? - спрашивает у меня, и я киваю. - Специалист по антикризисному управлению, - снова киваю. - Разведенка престарелая, явно истеричка, ни на что не годная. И он еще тебя рекомендует?
- Как видите, - спокойно отвечаю ему, чем явно раздражаю, не оправдывая ожиданий.
- Ну, пошли, Иванченко. Поговорим. А то, может, передумаете и...
- Пойдете нянчить внуков? - заканчиваю за него. - Нет, Роберт Александрович, я сюда пришла работать. Поэтому…
- С этой работой может справиться только мужик. Так что сейчас ты вот это все
Я развернула лист, что выпал из кармана мужа.
Это было подтверждение брони в гостинице.
Делюкс премиум с двуспальной кроватью.
Имя первого гостя: Станислав Потоцкий.
Имя второго гостя: уточнить при заселении.
«Уточнить при заселении?» — вытаращила я глаза.
Что это, чёрт возьми, значит?
Но вопрос, скорее, был риторический: одна на двоих кровать исключала варианты.
Шпионить за собственным мужем в дорогом отеле — унизительно и сложно. Но на что только не пойдёшь, чтобы докопаться до истины. Даже если придётся ввязаться в опасную игру, ведь на кону не просто супружеская верность, а измена с отягчающими обстоятельствами.
Это было подтверждение брони в гостинице.
Делюкс премиум с двуспальной кроватью.
Имя первого гостя: Станислав Потоцкий.
Имя второго гостя: уточнить при заселении.
«Уточнить при заселении?» — вытаращила я глаза.
Что это, чёрт возьми, значит?
Но вопрос, скорее, был риторический: одна на двоих кровать исключала варианты.
Шпионить за собственным мужем в дорогом отеле — унизительно и сложно. Но на что только не пойдёшь, чтобы докопаться до истины. Даже если придётся ввязаться в опасную игру, ведь на кону не просто супружеская верность, а измена с отягчающими обстоятельствами.
Я открыла дверь — на кухне смех. Муж за столом. Вино. Женщина напротив. Я сначала решила — клиентка. Муж адвокат. Клиентка празднует свою скорую победу.
— Поздно работаете, — сказала я.
Она посмотрела на меня спокойно.
— Мы не работаем.
Я перевела взгляд на мужа.
— А что тогда?
Он раздражённо выдохнул.
— Лея, это моя новая женщина. А с тобой мы разводимся.
Женщина не отвела глаз. Сидела и изучала меня, как будто ждала слёз. И в этот момент я поняла, с кем прожила столько лет. А потом оказалось, что она не одна. Просто первая из любовниц, кого я увидела.
Он думал, что я буду умолять меня не бросать? Он сильно ошибся.
— Поздно работаете, — сказала я.
Она посмотрела на меня спокойно.
— Мы не работаем.
Я перевела взгляд на мужа.
— А что тогда?
Он раздражённо выдохнул.
— Лея, это моя новая женщина. А с тобой мы разводимся.
Женщина не отвела глаз. Сидела и изучала меня, как будто ждала слёз. И в этот момент я поняла, с кем прожила столько лет. А потом оказалось, что она не одна. Просто первая из любовниц, кого я увидела.
Он думал, что я буду умолять меня не бросать? Он сильно ошибся.
Кто сидел на моём стуле и сломал его? Кто съел мою жареную картошку и не оставил мне ни крошки? Кто спит в моей постели и пахнет ванилью?
Я — полковник полиции Медведев, и я не верю в сказки. Я верю в Уголовный кодекс и тишину. Но все совпадения неслучайны.
Сначала она пробралась в мой дом, съела всю мою еду, сломала любимое кресло, вылила всю горячую воду из бойлера, нагло завалилась спать в мою кровать… а теперь ещё и в голову мою пытается пробраться.
Да ну на фиг! У меня табельное, скверный характер и я не ем сельдерей. Кто-нибудь, спасите полковника, пока эта Машенька не довела меня до ЗАГСа... то есть, до ручки!
Я — полковник полиции Медведев, и я не верю в сказки. Я верю в Уголовный кодекс и тишину. Но все совпадения неслучайны.
Сначала она пробралась в мой дом, съела всю мою еду, сломала любимое кресло, вылила всю горячую воду из бойлера, нагло завалилась спать в мою кровать… а теперь ещё и в голову мою пытается пробраться.
Да ну на фиг! У меня табельное, скверный характер и я не ем сельдерей. Кто-нибудь, спасите полковника, пока эта Машенька не довела меня до ЗАГСа... то есть, до ручки!
— Как часто твой двойник замещал тебя в нашей постели?
Реальность рассыпалась на острые осколки.
— Он не был у нас дома, — Яр изрядно нервничал. На его лбу проступила испарина, желваки бешено заходили на скулах. — Несколько раз он ходил с тобой по магазинам… и на свадьбе…
В висках застучало так сильно, будто там лопались сосуды. Безумный гул нарастал, натягивая нервы до предела.
— На нашей свадьбе, Яр? — прошептала я. — Значит, я клялась в вечной любви не тебе? Значит, кольцо мне надел… Руслан?
— Прости меня, Алиса…
— Я жду ребенка, Яр. — Мой голос прозвучал мертвенно тихо. — И этот ребенок…
Реальность рассыпалась на острые осколки.
— Он не был у нас дома, — Яр изрядно нервничал. На его лбу проступила испарина, желваки бешено заходили на скулах. — Несколько раз он ходил с тобой по магазинам… и на свадьбе…
В висках застучало так сильно, будто там лопались сосуды. Безумный гул нарастал, натягивая нервы до предела.
— На нашей свадьбе, Яр? — прошептала я. — Значит, я клялась в вечной любви не тебе? Значит, кольцо мне надел… Руслан?
— Прости меня, Алиса…
— Я жду ребенка, Яр. — Мой голос прозвучал мертвенно тихо. — И этот ребенок…
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА!
✅ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
Одна свадьба, ставшая приговором. Мой отец продал меня как трофей. Мой жених видел во мне лишь красивую вещь. Я ждала конца, но небеса послали мне... его.
Тамерлан. Изгнанник. Зверь. Он украл меня прямо из-под венца, окропив мой подол кровью врагов. Он увез меня туда, где небо касается вершин, а закон — это сталь.
Нам не обещали долго и счастливо. Против нас — вековые традиции и ядовитая месть брошенной женщины. Впереди — лишь холодные скалы и танец на раскалённых углях.
Говорят, в его сердце нет места для нежности, но ради меня он готов сжечь этот мир до основания. А я готова сгореть в его огне, лишь бы не возвращаться в клетку.
✅ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
Одна свадьба, ставшая приговором. Мой отец продал меня как трофей. Мой жених видел во мне лишь красивую вещь. Я ждала конца, но небеса послали мне... его.
Тамерлан. Изгнанник. Зверь. Он украл меня прямо из-под венца, окропив мой подол кровью врагов. Он увез меня туда, где небо касается вершин, а закон — это сталь.
Нам не обещали долго и счастливо. Против нас — вековые традиции и ядовитая месть брошенной женщины. Впереди — лишь холодные скалы и танец на раскалённых углях.
Говорят, в его сердце нет места для нежности, но ради меня он готов сжечь этот мир до основания. А я готова сгореть в его огне, лишь бы не возвращаться в клетку.
Выберите полку для книги