Читать и слушать книги

— Агния девушка из приличной семьи, и я уверен, что она тебе понравится.
Поднимаю на него глаза, сомневаясь, что мне понравится его любовница, о которой я не должна знать.
— Ну что ты так на меня смотришь? В конце концов, Агния очень хороший человек. Мы еще можем познакомить ее с моим братом. Уверен, они сойдутся.
Но я видела его сообщение:
«Моя дура что-то заподозрила, не пиши, и машину верни на парковку.»
— Ага. А твою машину она водила, потому что…
Он дергает щекой.
— Ну… эмм… потому что я…
Потому что ты изменник, предатель и будущий бывший муж.
И ты ответишь за эти десять лет, что я потратила зря.
И ты, и она. Вам сильно не поздоровится.
Я буду мстить…

— Если кто-нибудь войдёт… — её голос сорвался на полуслове.
— Пусть входит, — прошептал он, и улыбка в его глазах была слишком дерзкой, слишком голодной.
Её спина чувствовала холодную гладь стены, а его ладонь — жар её кожи под тонкой тканью. Всё внутри протестовало: нельзя, неправильно, опасно. И всё же пальцы сами сжимали его рубашку, будто цеплялись за единственное настоящее в её жизни.
Она слышала за дверью шаги, далёкие голоса, шорохи. Но мир сжался до этой комнаты и его дыхания, до безумного биения собственного сердца.
— Анна… — он выговорил её имя так, будто оно было заклинанием.
Она закрыла глаза.
И позволила себе сорваться.

— Слушай, я разлюбил тебя… — спокойно произносит муж.
— Я не понимаю, было же все хорошо, — недоуменно смотрю на Марата, перевожу взгляд на девушку, сидящую на нашей кровати рядом с ним. — Ты не мог сказать раньше, пока я не пригласила всю нашу семью?
— Тебя никто об этом не просил, — рычит муж. — В любом случае, просто прими это. Ты мне больше не нужна.
— Какой же ты… у нас будет ребенок.
Повисает гнетущая тишина.
— Он мне не нужен, — наконец выдыхает муж. — Я подал на развод. Так что… закрой дверь с той стороны.

И я закрыла. Ушла, как я думала навсегда. Вот только спустя четыре года мы вновь встречаемся с Маратом и… с его беременной любовницей.
А на руках у меня мой трехлетний сын…

Виталик молчал, потирая виски. Потом достал телефон.
- Что ты делаешь? - встревожилась Анька.
- Звоню Верестову. Надо решать эту ситуацию.
- Не смей! - я вскочила, но он уже набрал номер.
- Евгений? Да, она у Ани... Нет, не убегала дальше... Понимаю... Да, попробую поговорить... Хорошо.
Он отключился, повернулся ко мне.
- Он сказал, что бегать за тобой не будет, Женя. Договорённость нужно соблюдать. Дал тебе неделю, чтобы ты одумалась и вернулась к нему, и продолжила жену изображать.

«Клуша, ты сегодня не жди мужа домой, он со мной», – получаю сообщение, и пальцы замирают над телефоном.
А следом — фотография кольца на чужой руке, а на фоне его запястье с часами которые когда-то подарила ему я.
«Красивое, правда? Подарки такие не снились тебе, я уверена».
Я выдержала и ответила коротко:
«Дарю! Мусор я не собираю! И скажи ему, что у меня для него сюрприз. Сюрприз, который изменит всё»
Я ушла. Полгода строила жизнь заново.
Живот округлился, и каждый день я всё сильнее чувствовала — у меня есть будущее без предательства.
И вдруг… звонок в дверь.
Мой бывший муж. Поблекший, осунувшийся, без своей «королевы».
– Меня предали… – хрипит. – Но я пришёл за тобой, Оксана. За тобой и… нашим ребёнком?
Я смеюсь горько и глажу живот.
– Поздно, Женя.
– Нет, по закону ты всё ещё моя жена…
Это шутка?

В первую встречу он испортил меня. Во вторую извинился. В третью в нас стреляли. Не по своей воле я была втянута в криминальные разборки и застряла с ним. С бандитом, который причинил мне боль и которого я возненавидела. Но как быть, если на смену ненависти неожиданно появляется другое чувство?

― Ты меня ментам сдала? ― прорычал я, глядя в ее напуганные глаза. ― По ориентировке узнала?
Девчонка тяжело сглотнула и слабо покачала головой. Так бы и свернул ее тонкую шейку. Отправила меня на смерть и строит из себя саму невинность.
― Отпусти! Я на помощь позову! ― попробовала вырваться. Маленькая пташка в лапах кота.
― Кого? Мента своего? Зови! Пусть посмотрит, что я с тобой сделаю.

Отец оставил мне все. И этим подписал мне приговор.
Казалось бы, я получила все: любовь, богатство, защиту. Но одно завещание перечеркивает привычный мир. Внезапно доверенные взгляды становятся скользкими, а слова любимого человека — лживыми. Кто друг, а кто враг? И как далеко зайдут те, кого я считала семьей, чтобы отобрать у меня все? Чтобы выжить, мне придется научиться играть в чужую игру без правил. И ставка в ней — не только деньги, но и мое сердце.

Проснулся и не могу заснуть. В голове крутятся кадры с экрана Лизиного монитора. Алина. Моя Алина. Черное кружевное белье, томный взгляд, идеальные изгибы тела – все это снимала моя жена.
Сердце колотится так, что кажется, Лиза должна это слышать. Но она мирно сопит рядом, положив руку мне на грудь, ничего не подозревая. Какая ирония судьбы – женщина, которая делит со мной постель уже пять лет, создавала эротические фотографии для женщины, с которой я изменяю ей полтора года.
Какова вероятность такого совпадения? Один на миллион? Один на миллиард? Такой огромный город, миллионы людей, тысячи фотографов, и Алина попадает именно к Лизе. Судьба явно обладает извращенным чувством юмора.

— Ты опять дежурил ночью?
— Конечно. А где же ещё?
— И, кажется, ты был не один? Я видела тебя на видео с любовницей…
Сначала я замечала мелочи: чужие записи в журнале, направление на анализы с моим именем, но чужими данными. Старалась не думать об этом. Но правда всё равно вылезла наружу — у мужа оказалась своя тайная жизнь прямо в больнице.
Коллеги молчат, делают вид, что ничего не знают. Его мать встала на его сторону и обвиняет во всём меня. А он смотрит в глаза и клянётся, что я всё выдумала.
Только у меня достаточно доказательств, чтобы показать, кто здесь лжёт.
Чем это кончится — разводом, скандалом или чем-то ещё — я не знаю. Но точно одно: назад пути больше нет.

Дверь хлопнула. Я с замиранием сердца выглянула из-за угла — и обомлела. Он стоял не один. Рядом с ним — высокая брюнетка в длинном пальто. И пока гости затаив дыхание ждали сигнала, пока вино в бокалах тихо искрилось в темноте кухни, я увидела то, чего не могла ожидать.
Они остановились в прихожей. Он не снял обувь, не повесил верхнюю одежду. Он просто потянулся к ней, будто не выдержал ни секунды дольше. И поцеловал. Долго, жадно, с той страстью, которой я не видела от него годами.
— Сюрприз! — не выдержала одна из подруг, и остальные, как по команде, вывалились из укрытий. Возгласы, смех, хлопки… и внезапная, убийственная тишина.
Все застыли, будто кто-то нажал на паузу.
Я — с тортом в руках и дурацкой шапочкой на голове.
Он — с ней, губы ещё влажные от поцелуя.
Она — растерянная, прижатая к его груди.
Друзья и родственники — ахнувшие, ошарашенные, с глазами по пять рублей.
Немая сцена. Застывший театр абсурда.
Первым заговорил торт. Он выскользнул из моих дрожащих пальцев