Книги в жанре «Любовные романы»
— Что я должна сделать, чтобы вы меня отпустили? — едва слышно спрашиваю я.
— На Кавказе не принято торговаться, девочка, — спокойно и холодно отвечает Бугай, делая шаг ближе и медленно, без малейшего стеснения рассматривая меня с головы до ног. — Хотя знаешь… я передумал, — усмехается он неожиданно мягко, отчего страх только усиливается.
— О чём? — шепчу я, почти задыхаясь от паники.
Он приближается вплотную, вынуждая меня прижаться к стене, и негромко произносит:
— Раздевайся. Покажи, на что ты готова пойти ради своей свободы…
— На Кавказе не принято торговаться, девочка, — спокойно и холодно отвечает Бугай, делая шаг ближе и медленно, без малейшего стеснения рассматривая меня с головы до ног. — Хотя знаешь… я передумал, — усмехается он неожиданно мягко, отчего страх только усиливается.
— О чём? — шепчу я, почти задыхаясь от паники.
Он приближается вплотную, вынуждая меня прижаться к стене, и негромко произносит:
— Раздевайся. Покажи, на что ты готова пойти ради своей свободы…
- Подожди, красавица, не торопись.
Всё внутри замирает, когда вижу перед собой Амира Рамзанова, хозяина особняка и одного из самых опасных людей в городе.
- Ты, значит, училка моей младшей сестры, - Амир буквально ощупывает меня плотоядным взглядом, от которого по телу мурашки, - замужем? Дети есть?
- Н-нет... к чему эти вопросы?
Амир будто не слышит, продолжает допрос:
- Сколько тебе лет?
- Двадцать четыре...
- Отлично, - улыбается Амир, - ты идеально подходишь.
- Подхожу? Для чего?
- Чтобы родить нам с женой наследника..
Всё внутри замирает, когда вижу перед собой Амира Рамзанова, хозяина особняка и одного из самых опасных людей в городе.
- Ты, значит, училка моей младшей сестры, - Амир буквально ощупывает меня плотоядным взглядом, от которого по телу мурашки, - замужем? Дети есть?
- Н-нет... к чему эти вопросы?
Амир будто не слышит, продолжает допрос:
- Сколько тебе лет?
- Двадцать четыре...
- Отлично, - улыбается Амир, - ты идеально подходишь.
- Подхожу? Для чего?
- Чтобы родить нам с женой наследника..
Выхожу от врача, подтвердив новость о долгожданной беременности, и размышляю, как лучше сообщить об этом мужу.
— Живот не болит, Машунь? — слышу знакомый голос в больничном коридоре.
Оборачиваюсь. Мой муж подводит к кабинету УЗИ свою рыжую секретаршу. У нее большой, округлый живот, она явно скоро родит.
Маша что-то с улыбкой лепечет моему мужу, ее взгляд нежный, благодарный. И Родион смотрит на нее с теплотой и держит руку на ее пояснице так легко, словно делает это давно.
А мне сказал, что уехал в командировку.
Я почувствовала, будто тысяча лезвий полосуют мое сердце в эту секунду.
И я ушла. Прошло полгода моей жизни без него, когда мы с Родионом случайно встретились вновь.
Он видит мой округлившийся живот и его красивое, благородное лицо искажает ярость.
— Ты скрыла от меня беременность?! — Он вцепляется в мою руку, когда я хочу уйти. — Мой ребенок будет со мной!
— Живот не болит, Машунь? — слышу знакомый голос в больничном коридоре.
Оборачиваюсь. Мой муж подводит к кабинету УЗИ свою рыжую секретаршу. У нее большой, округлый живот, она явно скоро родит.
Маша что-то с улыбкой лепечет моему мужу, ее взгляд нежный, благодарный. И Родион смотрит на нее с теплотой и держит руку на ее пояснице так легко, словно делает это давно.
А мне сказал, что уехал в командировку.
Я почувствовала, будто тысяча лезвий полосуют мое сердце в эту секунду.
И я ушла. Прошло полгода моей жизни без него, когда мы с Родионом случайно встретились вновь.
Он видит мой округлившийся живот и его красивое, благородное лицо искажает ярость.
— Ты скрыла от меня беременность?! — Он вцепляется в мою руку, когда я хочу уйти. — Мой ребенок будет со мной!
— Мужчина, вы меня с кем-то перепутали! — Я ухватываюсь за веник и пытаюсь отмахнуться от него.
— Ты же сама сказала, будешь здесь хозяйкой, что хочешь ко мне. — Этот бычара всё стоит на своём.
— Я вам ничего не говорила, какой ещё хозяйкой? Я в отпуск приехала!
— Нет, милочка, так не пойдёт. Здесь дела делаются по-другому.
После тяжёлого развода я решилась начать новую жизнь и поехать на отдых.
Недолго музыка играла, вместо спа я попала к дроворубу.
Он сказал, что теперь я буду его.
И вместо своей безоблачной жизни я должна обхаживать этого плебея. Стоя, сидя и… лёжа.
Да щаз! Еще чего!
— Ты же сама сказала, будешь здесь хозяйкой, что хочешь ко мне. — Этот бычара всё стоит на своём.
— Я вам ничего не говорила, какой ещё хозяйкой? Я в отпуск приехала!
— Нет, милочка, так не пойдёт. Здесь дела делаются по-другому.
После тяжёлого развода я решилась начать новую жизнь и поехать на отдых.
Недолго музыка играла, вместо спа я попала к дроворубу.
Он сказал, что теперь я буду его.
И вместо своей безоблачной жизни я должна обхаживать этого плебея. Стоя, сидя и… лёжа.
Да щаз! Еще чего!
Её выбросили. Как мусор. В метель.
В ту ночь Таня потеряла всё: мужа, дом, веру в себя. Одно ледяное слово — «бесполезная» — стало ей приговором. Спасение пришло оттуда, откуда не ждал никто: из окна чужой дорогой машины.
В ту ночь Таня потеряла всё: мужа, дом, веру в себя. Одно ледяное слово — «бесполезная» — стало ей приговором. Спасение пришло оттуда, откуда не ждал никто: из окна чужой дорогой машины.
— Ами, — Роман переступает порог моей квартирки, как только я открываю двери.
Я отступаю непроизвольно, подчиняюсь, как всегда это делала, когда мы были вместе.
— Ты…
Не знаю, что еще сказать. “Мы” давно закончились. Я жила своей жизнью, а он считался без вести пропавшим, а теперь… стоит здесь передо мной.
— Я пришел за тобой, Амина. Снова.
Между нами почти нет преград, мы могли бы быть вместе, если бы он не выбросил меня, как ненужную сломанную куклу, наигравшись. Теперь между нами есть только одна преграда. Моя маленькая девочка, проснувшаяся совсем не вовремя.
— Мама? — спрашивает Надия. — А это кто?
Я отступаю непроизвольно, подчиняюсь, как всегда это делала, когда мы были вместе.
— Ты…
Не знаю, что еще сказать. “Мы” давно закончились. Я жила своей жизнью, а он считался без вести пропавшим, а теперь… стоит здесь передо мной.
— Я пришел за тобой, Амина. Снова.
Между нами почти нет преград, мы могли бы быть вместе, если бы он не выбросил меня, как ненужную сломанную куклу, наигравшись. Теперь между нами есть только одна преграда. Моя маленькая девочка, проснувшаяся совсем не вовремя.
— Мама? — спрашивает Надия. — А это кто?
—Самооценка, конечно, бесплатная, но и ты не зарывайся,— холодно произнес мой муж из-за двери кабинета.
Я напряглась, не знала, что делать. Войти или постоять, подождать?
— Ну, котик, пожалуйста. Я думала, ты мне подаришь точно такой же подарок, как и своей жене. Ты что, меня меньше, чем ее любишь? — плаксивый женский голос.
Я прикрыла глаза.
—Рот закрыла по поводу подарков моей жене. На то она и жена, чтобы получать колье с бриллиантами. На то ты и любовница, чтобы рот держать на замке и открывать, только когда я пальцем щелкаю.
Восемь лет брака.
Четырехлетняя дочь.
Я застала мужа в кабинете его офиса с другой, но скандал устраивать не стала. Тихо, почти беззвучно прикрыла дверь и уехала домой.
Теперь хотела лишь одного— развестись и никогда больше не видеть предателя.
Но я не собиралась бежать из дома, сверкая пятками в одних трусах.
Я напряглась, не знала, что делать. Войти или постоять, подождать?
— Ну, котик, пожалуйста. Я думала, ты мне подаришь точно такой же подарок, как и своей жене. Ты что, меня меньше, чем ее любишь? — плаксивый женский голос.
Я прикрыла глаза.
—Рот закрыла по поводу подарков моей жене. На то она и жена, чтобы получать колье с бриллиантами. На то ты и любовница, чтобы рот держать на замке и открывать, только когда я пальцем щелкаю.
Восемь лет брака.
Четырехлетняя дочь.
Я застала мужа в кабинете его офиса с другой, но скандал устраивать не стала. Тихо, почти беззвучно прикрыла дверь и уехала домой.
Теперь хотела лишь одного— развестись и никогда больше не видеть предателя.
Но я не собиралась бежать из дома, сверкая пятками в одних трусах.
— А еще папа сказал, что Карина будет моей новой мамой, — выпалил сын. — А зачем мне две мамы? Одной же хватит, да?
Тележка дернулась, врезавшись в стеллаж с чипсами.
— Что? — мой голос сел. — Илюш, что ты сказал?
— Ну, папа сказал, что Карина будет мне как мама. Я не понял. У меня же ты есть, — он посмотрел на меня, нахмурив светлые бровки. — Ты чего, мам? Ты какая-то белая.
— Милый, а когда папа это говорил? — я присела перед тележкой, пытаясь унять дрожь в коленях.
— Вчера. Я пошел к папе в кабинет, а там Карина. Она сидела у него на коленях, — он сказал это так буднично, как рассказывал бы о том, что кушал кашу. — А потом она ушла, а папа меня в кроватку отнес и сказал, что Карина теперь будет с нами жить и станет мне второй мамой. Это наш секрет. А что такое секрет?
Я медленно выпрямилась. В ушах зашумело, а перед глазами все поплыло, но не от слез — от ярости. Ледяной, вязкой ярости, которая поднималась из самой глубины души.
Тележка дернулась, врезавшись в стеллаж с чипсами.
— Что? — мой голос сел. — Илюш, что ты сказал?
— Ну, папа сказал, что Карина будет мне как мама. Я не понял. У меня же ты есть, — он посмотрел на меня, нахмурив светлые бровки. — Ты чего, мам? Ты какая-то белая.
— Милый, а когда папа это говорил? — я присела перед тележкой, пытаясь унять дрожь в коленях.
— Вчера. Я пошел к папе в кабинет, а там Карина. Она сидела у него на коленях, — он сказал это так буднично, как рассказывал бы о том, что кушал кашу. — А потом она ушла, а папа меня в кроватку отнес и сказал, что Карина теперь будет с нами жить и станет мне второй мамой. Это наш секрет. А что такое секрет?
Я медленно выпрямилась. В ушах зашумело, а перед глазами все поплыло, но не от слез — от ярости. Ледяной, вязкой ярости, которая поднималась из самой глубины души.
Если я срочно не найду себе мужа, мою племянницу отдадут под опеку свёкрам. Я согласна на любого. Мне всё равно, кто это будет. Главное, чтобы на человека был похож и работу имел стабильную.
Вот только где ж его взять-то?! Будто мужчины в магазинах продаются. Пришел, выбрал того, что подходит по всем параметрам и приобрёл. Ан нет... Такого не бывает. Да и кто на мне женится?! Кому я такая нужна?! Проблемная по самое не хочу, да ещё и с ребёнком.
– Мне очень нужно выйти замуж.
– Как насчёт фиктивного брака? Проживать будем под одной крышей, но у каждого своя жизнь. Временно, пока не решим вашу проблему, а заодно и мою…
– Согласна. Женитесь на мне. Срочно!
– Паспорт с собой?
– Да.
– Тогда погнали!
Вот только где ж его взять-то?! Будто мужчины в магазинах продаются. Пришел, выбрал того, что подходит по всем параметрам и приобрёл. Ан нет... Такого не бывает. Да и кто на мне женится?! Кому я такая нужна?! Проблемная по самое не хочу, да ещё и с ребёнком.
– Мне очень нужно выйти замуж.
– Как насчёт фиктивного брака? Проживать будем под одной крышей, но у каждого своя жизнь. Временно, пока не решим вашу проблему, а заодно и мою…
– Согласна. Женитесь на мне. Срочно!
– Паспорт с собой?
– Да.
– Тогда погнали!
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🌹
Я стою перед дверью той самой квартиры, в которой живет женщина по имени Карина. Я уже собираюсь нажать на звонок, но вдруг слышу голоса и сразу замираю.
Потому что один из них я узнаю мгновенно.
— Ты опять задержался, — говорит она мягко, почти ласково.
— Я не мог раньше уйти, — отвечает Артем, мой муж.
— Ты всегда так говоришь, но все равно приходишь.
Пауза. А потом тихое:
— А если она узнает?
— Вера ничего не узнает.
Я нажимаю на звонок. За ее спиной стоит он — растерянный, пойманный, чужой.
— Я та самая Вера. И я все узнала.
Я поворачиваюсь к нему:
— А наша дочь? — мой голос становится жестче, — Соня дружит с ее дочерью, да?
Карина вздрагивает.
— Да… Алиса и Соня в одном классе.
— В пятом «Б», — добавляю я, — они вместе сидят на математике, вместе делают уроки, вместе смеются… и все это время вы… — я не заканчиваю, потому что слова застревают в горле.
Муж смотрит на меня и все еще ждет, что я передумаю. Но я больше не та, кого можно обманывать.
Я стою перед дверью той самой квартиры, в которой живет женщина по имени Карина. Я уже собираюсь нажать на звонок, но вдруг слышу голоса и сразу замираю.
Потому что один из них я узнаю мгновенно.
— Ты опять задержался, — говорит она мягко, почти ласково.
— Я не мог раньше уйти, — отвечает Артем, мой муж.
— Ты всегда так говоришь, но все равно приходишь.
Пауза. А потом тихое:
— А если она узнает?
— Вера ничего не узнает.
Я нажимаю на звонок. За ее спиной стоит он — растерянный, пойманный, чужой.
— Я та самая Вера. И я все узнала.
Я поворачиваюсь к нему:
— А наша дочь? — мой голос становится жестче, — Соня дружит с ее дочерью, да?
Карина вздрагивает.
— Да… Алиса и Соня в одном классе.
— В пятом «Б», — добавляю я, — они вместе сидят на математике, вместе делают уроки, вместе смеются… и все это время вы… — я не заканчиваю, потому что слова застревают в горле.
Муж смотрит на меня и все еще ждет, что я передумаю. Но я больше не та, кого можно обманывать.
Выберите полку для книги