Книги в жанре «Любовные романы»

В шесть утра первого сентября приличные мамы гладят форму для своих первоклассников, а я… насмерть дерусь в цветочном ларьке за последний приличный букет. И с кем?! С двухметровым небритым хамом в помятом костюме, который нагло вырвал цветы прямо у меня из-под носа!
Итог схватки — сломанные пополам гладиолусы и взаимная ненависть. Каков же был мой ужас, когда на школьной линейке выяснилось этот неотесанный бабуин появляется с мальчиком, который должен встать в пару с моей дочкой.
А ещё теперь Он считает меня «скучной занудой» и решил устроить бунт против моих смет на родительском собрании!
Ну всё, Медведев. Ты объявил войну не той женщине.

— Запомните раз и навсегда, Астахова: в этой аудитории действуете по моим правилам. Гражданский кодекс не терпит эмоций, а я не терплю дерзости.

— А за пределами аудитории, Марк Игоревич? Там ваш кодекс тоже работает? Или вы просто боитесь признать, что я свожу вас с ума?

— Ты играешь с огнём, Полина. Один неверный шаг — и я отчислю тебя без права на восстановление.

— Проверьте меня, Соколов. Посмотрим, у кого из нас первого сдадут нервы... и чьи правила сгорят дотла.

Первое сообщение приходит, когда я возвращаюсь домой после поздней смены:

«Не боишься одна ночью ходить?»

К нему прикреплена фотография с камеры наблюдения. На снимке — я.

Незнакомец знает мои маршруты, читает переписки и видит, что происходит в моей квартире. Он присылает цветы, вмешивается в мою работу и угрожает каждому, кто оказывается рядом. Он называет это заботой. Я называю преследованием.

Полиция не может найти человека без имени и лица, а он с каждым днем становится смелее. Самое страшное — мой сталкер может быть кем угодно. Даже мужчиной, которому я уже доверяю.

Чтобы вернуть свою жизнь, я должна раскрыть его первой. Но что произойдет, когда человек из сообщений наконец выйдет из тени?

— Ответь, — простонала я. — Она увидит пропущенные и сойдёт с ума.
— Не сейчас.
— Максим, ответь сестре. Скажи, что мы едем в роддом.
Он снова сбросил, и тогда я сама нажала кнопку на панели. Голос Кристины заполнил салон.
— Макс, ты долго ещё будешь от меня прятаться? Ты обещал, что после награждения всё ей скажешь. Мне рожать через три недели, я не буду сидеть одна, пока ты изображаешь счастливого мужа.
Максим побелел и рванулся к кнопке, но я накрыла её ладонью.
— Продолжай, сестрёнка, — сказала я. — Я рядом.
На другом конце стало тихо. Потом Кристина выдохнула, и в этом выдохе не было ни удивления, ни стыда. Только раздражение человека, чей тщательно приготовленный спектакль начался без нужного света.
— Тогда пусть Максим хоть раз будет мужчиной, — произнесла она. — Пусть сам скажет тебе про нас. И про нашего ребёнка.
Боль разорвала меня надвое. Между ног стало горячо, платье намокло, и я увидела на пальцах кровь — густую, почти чёрную в свете встречных фар.

— Кто такая Вершинина Алина Руслановна, которую ты записал супругой?
— Не понимаю, о чём ты.
— Семейный корпус. Бронь две тысячи сто семь дробь три. Анкета заезда. Супруга — Вершинина. Дочь — Вершинина Злата, шесть лет.
— Это… — он положил вилку. — Это оформили на семью Перова. Фонд напутал с фамилиями, там девочка на стойке…
— Наташу Перову зовут Наталья. Её сына зовут Антон, как отца. А ты написал Алина и Злата. Своей рукой.
Он встал. Стул за ним опрокинулся и ударился о шкаф. Чашка, которую он задел локтем, полетела в раковину и осталась там со сколом.
— Ты за мной следишь! Ты приехала в санаторий, ты подняла какие-то бумаги, ты…

— Я усыновила детей твоей любовницы?
— Наших с Соней, — поправил муж.
— Соня… Моя лучшая подруга?
— Ты хотела стать матерью. Теперь ты мать. Что не так?
— А кем я была для тебя?
— Хорошей, тёплой нянькой.
— Ты специально дал мне их полюбить?
— Не начинай, Лина. Не нравится — уходи. Только дети останутся со мной.
— Ты решил, что ради них я проглочу твою измену?
— А разве нет?
— Одного ты не учёл, Макс. Я уже стала их мамой. И уходить из этой семьи придётся не мне...

Мне сорок пять. За плечами двадцать четыре года брака, двое детей и жизнь, в которой я была уверена.

Пока на школьной выставке семейных фотографий не увидела своего мужа.

Он обнимал двух одиннадцатилетних мальчиков, которых я видела впервые. А под снимком было написано: «Моя семья. Мама Карина, папа Борис, Денис и Ваня».

За один вечер я узнаю, что у Бориса много лет была другая женщина. Что эти мальчики — его сыновья. Что о них знали люди, которым я доверяла. И что муж уже успел распорядиться нашим будущим так, будто мое согласие ему не понадобится.

Теперь Борис просит меня не торопиться с разводом. Его близкие хотят сохранить семью. Наши дети пытаются понять, кем стали друг другу после одной фотографии.

А мне впервые за двадцать четыре года предстоит решить не то, как спасти наш брак.

А то, какой будет моя жизнь без него.

Только Борис еще уверен, что домой можно вернуться.

— Развода не будет, — сказал муж, не отрываясь от бумаг. — Никогда.
Три года назад Демьян Одинцов спас мою семью. Закрыл долги отца, остановил уголовное дело, дал родителям крышу над головой. Взамен попросил лишь одно: брак со мной.
Я вышла за него, потому что выбора не было. Жила в его доме по его расписанию, была прекрасной хозяйкой.
Но после смерти отца я нашла письмо. И узнала, что катастрофу, из которой муж нас «вытащил», он подстроил сам.
Демьян разрушил мою семью, чтобы заполучить меня.
Что ж, у меня был прекрасный учитель.
Развода не будет?
Значит, война.

- Вы крадете невест?
Странный вопрос. Окидываю стоящую передо мной девушку внимательным взглядом. Мордашка вроде ничего. А вот с остальным... Как из концлагеря сбежала. Кожа да кости!
- Хм. Только если очень приглянется, - свожу все на шутку.
- Тогда украдите меня!
- Зачем?
- Я заплачу.
Вот это заявление!
- Умеешь разрядить обстановку. Молодец! А теперь серьезно! Детка, если у тебя проблемы, я помогу. Но то, что ты сейчас предлагаешь... Это немного не так работает.
- Знаю. Но мне очень надо! Сделаете?
- Назови хоть одну причину, зачем это надо мне?
- Ваша сестра сказала, что вы поможете.
Так вот кому спасибо говорить. Твою ж налево. Ну, сестрица! Удружила, блин! С другой стороны...
- Назим, кажется, я только что нашел управу на свою супругу, - обращаюсь к брату.
- Правда?
- Да! Решено! Женюсь!

- Ты виновата в том, что Мия ослепла! Ей нельзя было волноваться, ты же знаешь! Зачем ей звонила?
Я готовила мужу сюрприз - небольшой тортик в виде положительного теста на беременность. Да так и застыла, не вытащив его из пакета.
- Какая Мия? Кому я звонила? Я ничего не понимаю... - пробормотала в растерянности.
- Мия! Моя любимая женщина! К которой я ухожу прямо сейчас, пока ты не натворила дел. И не ври мне, Таня. Мия слепа из-за тебя - и я этого так не оставлю!
Он вихрем мчится к выходу, а я остаюсь наедине с тортом, своей беременностью и голоском сына из детской:
- Мама… папа ушел?