Книги в жанре «Любовные романы»
История нашей с мужем любви была похожа на сказку. И я верила, что мы с ним идеальная пара…
«Лена, возьмите трубку, нам нужно поговорить. Я любовница вашего мужа. И сейчас я от него беременна».
«Лена, возьмите трубку, нам нужно поговорить. Я любовница вашего мужа. И сейчас я от него беременна».
Где Дима? Последний раз видела его минут... сорок назад?
– Пойду поищу, – говорю я отцу и направляюсь к выходу из гостиной.
Поднимаюсь на второй. И замираю.
Через щель в двери я вижу их. Диму и Ингу.
Инга откидывает голову назад, Дима целует ее шею. Ее красное платье ярким пятном режет мне глаза. Красное. Как кровь. Как предательство.
– Дима, нам нельзя, – шепчет она, но не отстраняется. – Здесь столько людей... Алина может увидеть.
– Алина внизу, – его голос низкий, хриплый. – У нас есть несколько минут.
– Это безумие, – Инга смеется. – Геннадий убьет нас обоих, если узнает.
– Не узнает, – Дима снова притягивает ее к себе. – Я не могу больше притворяться. Каждый раз, когда я вижу тебя...
Он не договаривает. Они снова целуются.
Я стою как вкопанная и смотрю, как мой муж – целует мою мачеху. В доме моего отца. В день его юбилея.
– Пойду поищу, – говорю я отцу и направляюсь к выходу из гостиной.
Поднимаюсь на второй. И замираю.
Через щель в двери я вижу их. Диму и Ингу.
Инга откидывает голову назад, Дима целует ее шею. Ее красное платье ярким пятном режет мне глаза. Красное. Как кровь. Как предательство.
– Дима, нам нельзя, – шепчет она, но не отстраняется. – Здесь столько людей... Алина может увидеть.
– Алина внизу, – его голос низкий, хриплый. – У нас есть несколько минут.
– Это безумие, – Инга смеется. – Геннадий убьет нас обоих, если узнает.
– Не узнает, – Дима снова притягивает ее к себе. – Я не могу больше притворяться. Каждый раз, когда я вижу тебя...
Он не договаривает. Они снова целуются.
Я стою как вкопанная и смотрю, как мой муж – целует мою мачеху. В доме моего отца. В день его юбилея.
Я двадцать пять лет ждала от своего мужа-кавказца предложения руки и сердца. Родила ему троих детей. А сегодня он ведет под венец другую. Она вдвое моложе меня. Ее одобрила его семья. А мне посоветовали молча терпеть. Но похожа ли я на дуру, которая молча терпит выходки мужа и покорно соглашается на роль второй жены?!
— Кто эта женщина? — вырывается у меня шепотом, в котором тонет вся моя жизнь. Я уже почти знаю ответ. Но мне нужно услышать. Чтобы добить себя окончательно.
Он не моргает.
— Елена. Мой партнер. Уже семь лет. Можно сказать, неофициальная жена.
Воздух в номере сгущается, становится вязким, как сироп. Я пытаюсь вдохнуть, но не могу. Мой мир раскалывается пополам с сухим, отчетливым треском.
— А я? — мой голос срывается, в нем слышится надрыв дикого зверя. — Кто тогда я?
Он смотрит на меня прямо, и в его глазах — пустота. Ни любви, ни жалости. Только холодная, неумолимая правда.
— Ты будешь моей женой. Со штампом в паспорте. Официально. Гражданская.
Сказки про золушку не случилось. Я думала, что мне повезло встретить лучшего мужчину, но у него уже есть семья. И становиться второй уже официальной женой я не собираюсь!
Даже если это разобьет мне сердце.
Даже если под ним уже бьется второе, совсем крошечное.
Он не моргает.
— Елена. Мой партнер. Уже семь лет. Можно сказать, неофициальная жена.
Воздух в номере сгущается, становится вязким, как сироп. Я пытаюсь вдохнуть, но не могу. Мой мир раскалывается пополам с сухим, отчетливым треском.
— А я? — мой голос срывается, в нем слышится надрыв дикого зверя. — Кто тогда я?
Он смотрит на меня прямо, и в его глазах — пустота. Ни любви, ни жалости. Только холодная, неумолимая правда.
— Ты будешь моей женой. Со штампом в паспорте. Официально. Гражданская.
Сказки про золушку не случилось. Я думала, что мне повезло встретить лучшего мужчину, но у него уже есть семья. И становиться второй уже официальной женой я не собираюсь!
Даже если это разобьет мне сердце.
Даже если под ним уже бьется второе, совсем крошечное.
Я решила сделать сюрприз своему парню в день его рождения. Но, сюрприз получила я. В виде администраторши на коленях перед ним. Я не злопамятная. Поэтому опустила с лёгким сердцем - торт ему на голову. Что-то пошло в моей жизни не так. Меняю свой образ. Беру кредит и уплываю в круиз. Где покупаю холостяка. Если бы я знала заранее, куда меня все это приведёт... Всегда была смелой, но стоило почуять любовь - я сбегаю, поджав свой перекрашенный хвост.
Я в отчаянном положении!
Завтра выселяют из квартиры, у меня на руках маленькая больная сестрёнка, нет денег на жильё и лечение, а сегодня меня ещё и увольняют из ресторана и не хотят давать зарплату...
Стою перед владельцем ресторана Асланом Гаджиевым буквально на коленях!
- Прошу вас, дайте мне шанс... мне очень нужна работа... сестрёнка не протянет без лекарств...
- Ты никудышная работница, - отрезает Гаджиев, - чуть весь ресторан мне не спалила! Убирайся, пока я тебя не наказал.
- Умоляю, не прогоняйте, я готова на любую работу... хоть полы мыть, хоть няней стать для вашей дочери... я знаю, что никто не может с ней дольше недели протянуть...
Но Гаджиев лишь смеётся надо мной:
- Скорее конец света наступит, чем я подпущу тебя к своей дочери!
Он ещё не знает, что скоро от меня будет зависеть жизнь его дочери. И Гаджиев будет готов на всё, чтобы...
Завтра выселяют из квартиры, у меня на руках маленькая больная сестрёнка, нет денег на жильё и лечение, а сегодня меня ещё и увольняют из ресторана и не хотят давать зарплату...
Стою перед владельцем ресторана Асланом Гаджиевым буквально на коленях!
- Прошу вас, дайте мне шанс... мне очень нужна работа... сестрёнка не протянет без лекарств...
- Ты никудышная работница, - отрезает Гаджиев, - чуть весь ресторан мне не спалила! Убирайся, пока я тебя не наказал.
- Умоляю, не прогоняйте, я готова на любую работу... хоть полы мыть, хоть няней стать для вашей дочери... я знаю, что никто не может с ней дольше недели протянуть...
Но Гаджиев лишь смеётся надо мной:
- Скорее конец света наступит, чем я подпущу тебя к своей дочери!
Он ещё не знает, что скоро от меня будет зависеть жизнь его дочери. И Гаджиев будет готов на всё, чтобы...
Напряжение нарастает, он дышит громко,глаза пылают, чувствую как начинают дрожать колени.- Почему они дрожат?-я не боюсь его,но они не слушаются меня. Его дыхание будоражит сознание,похоже я сильно его разозлила своими высказываниями,он наклоняет голову и наши губы почти касаются,дрожь усиливается, сердце начинает стучать, я такого давно не испытывала, но это очень приятное чувство,его дыхание настолько горячее, что обжигает моё лицо.
—Я же сказал, —я тебя отвезу. —Я не просил разрешения, если ты не заметила, —я сказал, что отвезу тебя. —Улавливаешь ход мыслей?— Говорит прямо в мои губы.
Улавливаю, но только другое,запах духов в перемешку с кофе и его дыхание,чувствую какое-то наваждение, хочется коснуться его губ, кажется о них можно обжечься, но даже страх получить ожог не избавляет от желания.
Не дожидаясь ответа, шепчет хриплым голосом:—Тогда веди себя хорошо.
—Я же сказал, —я тебя отвезу. —Я не просил разрешения, если ты не заметила, —я сказал, что отвезу тебя. —Улавливаешь ход мыслей?— Говорит прямо в мои губы.
Улавливаю, но только другое,запах духов в перемешку с кофе и его дыхание,чувствую какое-то наваждение, хочется коснуться его губ, кажется о них можно обжечься, но даже страх получить ожог не избавляет от желания.
Не дожидаясь ответа, шепчет хриплым голосом:—Тогда веди себя хорошо.
— Пуся, полетим конечно. Что? Нет, она не знает. Ты что!? Нельзя рассказывать! Я тогда денег лишусь.
Голос Максима доносился из кабинета, приглушенный, но от этого не менее слащавый.
— Никто не должен знать, — продолжал Максимка, понижая голос до интимного шепота. — Это наша маленькая тайна… Папаша-босс как раз собирается передать мне бразды правления. Еще чуть-чуть, и я директор... Да, я тоже по тебе соскучился...
Ах вот оно что! Вот где собака зарыта! Не просто «лишусь денег», а лишусь теплого директорского кресла, которое мой отец уже почти подогрел для своего зятюшки.
Голос Максима доносился из кабинета, приглушенный, но от этого не менее слащавый.
— Никто не должен знать, — продолжал Максимка, понижая голос до интимного шепота. — Это наша маленькая тайна… Папаша-босс как раз собирается передать мне бразды правления. Еще чуть-чуть, и я директор... Да, я тоже по тебе соскучился...
Ах вот оно что! Вот где собака зарыта! Не просто «лишусь денег», а лишусь теплого директорского кресла, которое мой отец уже почти подогрел для своего зятюшки.
– Столько корзин с цветами. Ты ждал меня, любимый? - хочу его обнять, но он отстраняется.
– Дом украшают к моей свадьбе, - он говорит, а у меня мир переворачивается.
– Какая ещё свадьба?
– Беру вторую жену. Торжество завтра. Приведи себя в порядок. Будь примером.
Пока я была в больнице, муж готовился к свадьбе. Он берет вторую жену. Ставит перед фактом. А я…
А я расправлю крылья и буду танцевать на его свадьбе как в последний раз.
– Дом украшают к моей свадьбе, - он говорит, а у меня мир переворачивается.
– Какая ещё свадьба?
– Беру вторую жену. Торжество завтра. Приведи себя в порядок. Будь примером.
Пока я была в больнице, муж готовился к свадьбе. Он берет вторую жену. Ставит перед фактом. А я…
А я расправлю крылья и буду танцевать на его свадьбе как в последний раз.
— Пришло время напомнить, кому ты принадлежишь.
— Я не вещь, Демид.
Дёргаюсь, но он только сильнее сжимает мои запястья за спиной, вдавливая в свое натренированое тело.
— Ты — моя вещь, Алиса. Моя личная игрушка. Будешь подо мной, пока мне не надоест.
***
Демид Воронов — опасный, бесчувственный ублюдок, сломавший мне жизнь. Он считает меня предательницей и сейчас нашёл меня, чтобы наказать за то, в чём я не виновата.
— Я не вещь, Демид.
Дёргаюсь, но он только сильнее сжимает мои запястья за спиной, вдавливая в свое натренированое тело.
— Ты — моя вещь, Алиса. Моя личная игрушка. Будешь подо мной, пока мне не надоест.
***
Демид Воронов — опасный, бесчувственный ублюдок, сломавший мне жизнь. Он считает меня предательницей и сейчас нашёл меня, чтобы наказать за то, в чём я не виновата.
Выберите полку для книги