Читать и слушать книги

— Она говорит, что ребенок мой, Вера, — произносит муж слишком спокойно. — И давай без сцен. Ты врач, ты должна держать себя в руках.
Я смотрю то на него, то на молодую врачиху УЗИ, которая стоит рядом с папкой в руках.
— Держать себя в руках, пока моя коллега уверяет, что беременна от моего мужа?
— Да, и что? — жестко отрезает Глеб. — Успокойся. Я не позволю тебе разрушить мне карьеру.
— Карьеру? — горько усмехаюсь. — Значит, наш брак ты уже списал в расход?
— Не усложняй. Больница важнее твоей обиды.
Пятнадцать лет брака. Одна больница на двоих. Муж-главврач, которому я верила больше, чем себе. Все рухнуло в его кабинете, когда я узнала: его любовница беременна и уверяет, что ребенок от него, а меня уже готовят убрать с должности, чтобы я не мешала его новому назначению. Он был уверен, что я проглочу боль и уйду тихо. Но врачей не зря учат ставить точный диагноз. Я поставила свой: предательство. И лечить его прощением не собираюсь.

САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
— Мамочка, папа снова победил! — радостно восклицает дочь. — Пойдем, поздравим его. Вот папа обрадуется, что мы смогли приехать!
— Идем, милая, — улыбаюсь я, еще не зная, что меня ждет через несколько секунд.
Мы с дочкой спускаемся с трибун, но, пройдя несколько ступеней, я застываю. Моя лучшая подруга подбегает к мужу и целует его в губы.
— Милый, поздравляю с победой!
— Спасибо, дорогая. Рад, что ты здесь, — он улыбается ей так, как уже несколько лет не улыбался мне, а затем обращается к ее сыну: — Сынок, иди сюда, обними папу!
— Максим, — громко окликаю его, и он резко оборачивается, — что все это значит?
Я считала свой брак идеальным, пока не узнала, что муж изменяет с моей лучшей подругой. Вот уже несколько лет он живет на две семьи, воспитывая нашу дочь и сына своей любовницы, отцом которого он и является.

Макс медленно поднял голову.
— И? — коротко бросил он.
— И то, что я сейчас видел в этой комнате, мне сука очень не понравилось! — Дэн ударил кулаком по стойке. — Это Ника, Макс. Моя мелкая сестра. Она приехала из Европы с пулей в голове и решила поиграть во взрослую девочку. Но ты-то, блять, взрослый мужик! Ты соображаешь, что происходит?
— Самолов, остынь! - Твоя сестра сама вышла сюда в таком виде. Я на нее не бросался.
— Но ты смотрел на неё! Так, будто готов сожрать ее целиком вместе с шортами!
Восемь лет разлуки после тяжелого развода родителей превратили Веронику Самойлову из угловатой девчонки с брекетами в роскошную, уверенную в себе женщину. Вернувшись из Лондона в Москву, Ника объявляет скрытую войну Максиму Громову — лучшему другу своего старшего брата. Тому самому мужчине, в которого она безответно влюблена с тринадцати лет.
Между ними стоит священное табу и ультиматум брата. Капитуляция неизбежна, но какую цену им придется заплатить за этот запретный соблазн?

— Если вы будете хмуриться, —слышу из конференц-зала детский голос, — у вас лицо так и останется.
— Что тут происходит? — захожу и оглядываю совет директоров и девочку, которая стоит на моем кресле и пачкает сиденье. — Чья это дочь?
— Это ваша дочь, — отвечает Татьяна Петровна, кадровик.
— Что за чушь? — перевожу я взгляд с неё на девочку, которая стоит с выражением лица из серии «ну что, съел?».
— Ты мой папа.
— Нет у меня детей!
— Мама сказала, что ты так скажешь.
— Мама?! Где твоя мама?
— Улетела в Австралию.
У меня начинает дергаться глаз.
Еще утром я был уверен, что у меня нет детей. Но когда пришёл на работу обнаружил там семилетнюю девочку, которая умудрилась в моё отсутствие построить пол моей компании по стойке смирно...
Но это был не самый главный кошмар этого дня. Я грубо выставил ее за дверь, угрожая отправить в детдом. А за той самой дверью стояла журналистка, которая пришла писать статью обо мне, как успешном человеке.
И как теперь выкручиваться из этого ада?

У Яны есть всё, что нужно для счастья: любимый муж, двое детей, работа в маленькой аптеке, где каждый покупатель — почти родной. Но иногда хорошее случается не к добру: муж, окрылённый новой должностью и большими деньгами, увлекается другой женщиной.
Яна узнаёт об этом случайно — из разговора в чужой аптеке.
Закатить скандал? Подать на развод? Она выбирает третий путь…
Тёплая, ироничная, честная история о том, что иногда самое горькое лекарство оказывается самым целительным, а любовь выглядит как открытая дверь.

— Чей это ребёнок, Варя?
— Мой.
— Не играй со мной. Я не могу иметь детей.
— А ты сам это проверил, Глеб? Или снова поверил тем, кто уже залез в нашу спальню?
В день рождения мужа я хотела сообщить ему, что он скоро станет папой. Но вместо счастливого праздника застала Глеба с любовницей в нашей спальне. А потом он обвинил меня в измене.
Он верил чужим словам, поддельным анализам и собственной злости. Только правда оказалась страшнее измены: мой ребёнок мешает его семье, их деньгам и грязным тайнам.
Они думали, что смогут решить за меня. Где мне жить. Что подписывать. И что будет с малышом под моим сердцем.
Ошиблись.
Я не отдам им своего ребёнка. И себя больше тоже не отдам.

— Успокойся, солнце.
Солнце.
Муж сказал? Моей сестре?
— Я устала, Олеж. — ее голос — Так задолбалась. Ну когда уже? Я не могу больше так, каждый раз вздрагивать, каждый раз прятаться…
— Немного осталось. Пусть родит, потом сделаем все и дальше сами.
Пусть родит.
Дальше — сами.
Я стою на балконе, прямо над верандой и не понимаю самого простого: как? Когда?
Сколько уже это длится?
С зимы? С той самой больницы, где она говорила, что обязана мне жизнью? Ведь я отдала ей свою почку.
Что «все» они собрались сделать?
Внизу звякает телефон.
— Кто там тебе пишет в такое время?
— Да тут подружайка Марьянкина голосовое прислала.
Через секунду в ночную тишину, на всю веранду, из динамика звучит голос.
Он женский, злой.
Света.
— Олег. Я молчать больше не буду. Я видела вас с Лизой, причем не один раз! Вы совсем оборзели! Я не могу! Понимаешь? Не могу больше смотреть Марьяне в глаза и врать! Совести у вас нет совсем! Или вы это заканчиваете или я ей все говорю сама!

❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН!! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— И вот это создание стоило таких мук, Мишенька? — свекровь оглядывает меня с ног до головы, как бракованный товар. — Она же и одного жеребца не стоит. Худая. Рыжая. Глаза прозрачные, как у теленка больного.
— Зря вы так, мама, — муж подходит ко мне, трогает за шею. — Она нет, а вот голос ее... Голос, мам. Будет мне петь, птичка. Когда захочу.
— Не буду я тебе петь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Лучше сдохну.
— Будешь, — он усмехается. — Все вы поете, когда надо.
Я вырываюсь и царапаю его по лицу.
— Змея! — он замахивается, но мать останавливает его взглядом.
— Не надо, Мишенька. Я сама.
Я не понимаю, что происходит. А потом — боль.
Внезапная, острая, как нож. Она разрывает левую щеку.
Я поднимаю голову. Свекровь стоит надо мной. В руках — кнут. Старый, кожаный, с медной рукояткой.
— Будешь рыпаться, птичка, — говорит свекровь, и я вижу, как ее губы кривятся в улыбке, — от тебя и перышка не останется!

Я залила квартиру соседа. Бывшего военного, который не спит по ночам. Вместо скандала он сказал: «Давайте делать ремонт вместе. А я пока посижу с вашим сыном».

Мой четырёхлетний сын боится всех мужчин. А его назвал «командиром».
Мы работали вместе. Я штукатурила. Он стоял за спиной, накрывал мою руку своей. Потом он начал засыпать на моём диване. Потом перестал уходить.

Он остаётся, даже когда вернулся бывший муж и потребовал отдать сына.
Артём посмотрел на меня, потом на него и спросил: «Мам, а он теперь мой папа?»
Я не знала, что ответить.

И вообще, сколько нужно времени, чтобы поверить мужчине, который не говорит красивых слов, но каждую ночь выбирает твой диван, а не свою пустую квартиру?

Однажды вечером Лина открыла дверь своей спальни и потеряла всё: мужа, работу, иллюзии. В тридцать два года с длинными ногами, пшеничными волосами и разбитым сердцем она осталась одна. Без денег. Без жилья. Без надежды когда-либо стать матерью.
Странное объявление о вакансии в оптике «Светоч» становится её последним шансом. Но владелец салона ищет не продавца. Он ищет невесту для своего сына — гениального инженера, который строит непроходимые мосты, но не умеет видеть людей.
«Я не буду тебе врать», — обещает он.
«Я не умею любить», — отвечает она.
Без гарантий. Без обещаний. С чистого листа.