Книги в жанре «Короткий любовный роман»
«Так что уж прости, Лейла, но я тебя верну себе. С женой разведусь, сыну уже пять. Пора и мне стать счастливым».
Эти слова читаю на записке, которую принесла мне бывшая мужа.
- Уж извините, Дарья, что приношу плохие вести, но Вик стал меня преследовать! А я не хочу назад, понимаете? Удержите его рядом уж как-то, прошу…
Любимая женщина моего мужа, которую он не забыл, пришла с новостями - мой супруг снова хочет вернуть ее. И я бы поверила в то, что она со мной искренна, если бы совсем скоро не выяснилось, какой секрет скрывали от меня эти двое.
Эти слова читаю на записке, которую принесла мне бывшая мужа.
- Уж извините, Дарья, что приношу плохие вести, но Вик стал меня преследовать! А я не хочу назад, понимаете? Удержите его рядом уж как-то, прошу…
Любимая женщина моего мужа, которую он не забыл, пришла с новостями - мой супруг снова хочет вернуть ее. И я бы поверила в то, что она со мной искренна, если бы совсем скоро не выяснилось, какой секрет скрывали от меня эти двое.
Светлана всегда знала, что лучше для сына. Она выбирала ему одежду, друзей, профессию и девушек — точнее, отваживала всех, кто осмеливался приблизиться. Она искренне верила, что спасает Павла от ошибок. А он верил ей. Тридцать лет.
Но однажды Павел встречает Ольгу — и впервые чувствует, что может дышать. Прятаться от матери становится всё труднее, а платить за «заботу» собственным счастьем — невыносимее. Разрыв неизбежен. Однако уйти из дома — это только начало. Настоящая битва происходит внутри: как перестать быть «хорошим сыном», чтобы стать просто человеком?
Трогательная, горькая и светлая история о материнской гиперопеке, взрослении и праве на свою жизнь.
Но однажды Павел встречает Ольгу — и впервые чувствует, что может дышать. Прятаться от матери становится всё труднее, а платить за «заботу» собственным счастьем — невыносимее. Разрыв неизбежен. Однако уйти из дома — это только начало. Настоящая битва происходит внутри: как перестать быть «хорошим сыном», чтобы стать просто человеком?
Трогательная, горькая и светлая история о материнской гиперопеке, взрослении и праве на свою жизнь.
«Без фамилий. Без телефонов. Без соцсетей, без планов. Только это лето».
Марине тридцать два, и она устала быть сильной. Пять лет она тащила на себе работу, ипотеку и мужчину, который «искал себя» на её диване. Пошёл он. Билет к морю куплен назло всем — и вместе с этим составлен список из десяти вещей, которые нужно сделать только для себя.
Пункт семь: поцеловаться с красивым незнакомцем...
И этот незнакомец спасёт её дважды — сначала тело, в самом буквальном смысле, вытащив из моря. А затем и душу. Но это будет чуть позже, через три месяца — там, где она никак не ожидала его увидеть.
Жаркое лето, море и спасатель, который окажется её боссом. Без измен. Счастливый финал. Однотомник, выложен полностью.
Марине тридцать два, и она устала быть сильной. Пять лет она тащила на себе работу, ипотеку и мужчину, который «искал себя» на её диване. Пошёл он. Билет к морю куплен назло всем — и вместе с этим составлен список из десяти вещей, которые нужно сделать только для себя.
Пункт семь: поцеловаться с красивым незнакомцем...
И этот незнакомец спасёт её дважды — сначала тело, в самом буквальном смысле, вытащив из моря. А затем и душу. Но это будет чуть позже, через три месяца — там, где она никак не ожидала его увидеть.
Жаркое лето, море и спасатель, который окажется её боссом. Без измен. Счастливый финал. Однотомник, выложен полностью.
Журналистка Кира находит в доме бабушки письма от её тайной любви — Каната из Шымкента. Чтобы раскрыть историю несбывшейся любви, она летит в Казахстан. Поиски правды о прошлом превращаются в личное испытание: Кира должна выбрать между безопасной жизнью в Москве и непредсказуемым будущим с внуком Каната Талгатом. «Наследство любви» — повесть о том, как чужие ошибки помогают обрести своё счастье, делая выбор не в пользу страха, а в пользу жизни.
Когда в московской кофейне убивают влиятельного бизнесмена, последней, кто видел его живым, оказывается студентка журфака Лиза. Не успев осознать весь ужас ситуации, она становится мишенью для «крыши» убитого — группы безжалостных бандитов. Единственным, кто может её защитить - это суровый капитан полиции Александр Соколов. Вынужденные скрываться от преследователей, капитан и студентка оказываются заперты в одном пространстве, где страх смерти уступает место притяжению. Между сорокалетним, уставшим от цинизма следователем и юной девушкой вспыхивает запретная страсть. Но их хрупкое убежище находят. Лизу похищают прямо из-под носа у Соколова, и он получает страшный ультиматум: закрыть дело об убийстве или получить видео с казнью любимой. Отстраненный от службы и загнанный в угол, Соколов решает играть по своим правилам, чтобы вырвать Лизу из бандитского плена. Это история не только о выживании, но и о том, как любовь становится единственным оружием против безжалостной системы.
Я знала, на что шла. Он — мой босс. Он — женат. Он — человек, которого нельзя любить. Но разве сердце слушает доводы рассудка? Наша связь была тайной за семью печатями, пока я не увидела две полоски на тесте. Максим плакал от счастья и клялся уйти от жены. Мы были счастливы. Тайно, украдкой, но счастливы. Я носила под сердцем нашего малыша и верила, что скоро мы станем настоящей семьёй. Но осталась только пустота. И тишина внутри, где раньше билось маленькое сердце.
Сможет ли наша любовь пережить то, что случилось. Смогу ли я простить. Смогу ли забыть. И главное — как жить дальше, если внутри до сих пор звенит тишина?
Сможет ли наша любовь пережить то, что случилось. Смогу ли я простить. Смогу ли забыть. И главное — как жить дальше, если внутри до сих пор звенит тишина?
Я приехала знакомиться с семьей своего жениха, уверенная, что совсем скоро стану счастливой женой.
Но его старший брат разрушил мои мечты в первый же день.
— Ты за него не выйдешь.
Высокий, опасный, жесткий. Аслан привык, что ему никто не перечит. Он приказывает, грубит и смотрит так, словно знает обо мне то, чего не знаю даже я сама.
Я ненавижу его за вмешательство в мою жизнь.
Но почему каждый раз, когда мне грозит опасность, рядом оказывается именно он? Почему жених все чаще лжет, а Аслан, которого я считала чудовищем, снова и снова меня спасает?
И главное… какую страшную тайну скрывает эта семья?
Но его старший брат разрушил мои мечты в первый же день.
— Ты за него не выйдешь.
Высокий, опасный, жесткий. Аслан привык, что ему никто не перечит. Он приказывает, грубит и смотрит так, словно знает обо мне то, чего не знаю даже я сама.
Я ненавижу его за вмешательство в мою жизнь.
Но почему каждый раз, когда мне грозит опасность, рядом оказывается именно он? Почему жених все чаще лжет, а Аслан, которого я считала чудовищем, снова и снова меня спасает?
И главное… какую страшную тайну скрывает эта семья?
— Да я не знаю!
— Не… не знаешь? — Одинцов смотрит на меня, будто это я явилась, считай, через год после нашего развода, дышу на него перегаром и требую какого-то отчёта за это время. — Ты не знаешь, от кого ты залетела?
— Прикинь? У всех есть недостатки. Ты — алкаш, а я… неразборчивая в половых связях. И что? Что дальше?
— Это мой ребёнок или нет?
— Ты оглох? Я же сказала, что это мой ребёнок!
— Упрямая стерва! — цедит, опираясь на ворота. — Кто его отец?
— Повторяю, я не знаю! Сын мой. Точка.
Что вообще происходит? Сначала Соколовский, теперь Одинцов… Сегодня просто все предполагаемые папаши Алёшки решили мне мозги делать. Не так я себе, конечно, своё материнство представляла.
— Не… не знаешь? — Одинцов смотрит на меня, будто это я явилась, считай, через год после нашего развода, дышу на него перегаром и требую какого-то отчёта за это время. — Ты не знаешь, от кого ты залетела?
— Прикинь? У всех есть недостатки. Ты — алкаш, а я… неразборчивая в половых связях. И что? Что дальше?
— Это мой ребёнок или нет?
— Ты оглох? Я же сказала, что это мой ребёнок!
— Упрямая стерва! — цедит, опираясь на ворота. — Кто его отец?
— Повторяю, я не знаю! Сын мой. Точка.
Что вообще происходит? Сначала Соколовский, теперь Одинцов… Сегодня просто все предполагаемые папаши Алёшки решили мне мозги делать. Не так я себе, конечно, своё материнство представляла.
– Гоша, ты в своем уме? – я медленно поднялась со стула. – Ты сейчас серьезно повторяешь бред своей матери? Дети не обязаны быть клонами родителей. Генетика так не работает.
Георгий посмотрел на меня прямо. В его глазах не было злости или агрессии. Там было упрямое, железобетонное сомнение, которое въелось в него намертво.
– Я просто хочу снять этот вопрос, Рита. Чтобы мама успокоилась. Чтобы я сам успокоился.
– Какой вопрос? – мой голос сорвался на хрип.
– Я хочу сделать ДНК-тест на Арину.
Кухня покачнулась. Гул холодильника внезапно показался оглушительным.
Я уставилась на мужа, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Он стоял напротив, спокойный, уверенный в своем праве на этот "разумный шаг". Он не просто транслировал паранойю свекрови. Он поверил ей. Мой муж, человек, с которым мы планировали эту беременность, с которым вместе выбирали имя для дочери, прямо сейчас, на нашей кухне, обвинил меня в измене.
Георгий посмотрел на меня прямо. В его глазах не было злости или агрессии. Там было упрямое, железобетонное сомнение, которое въелось в него намертво.
– Я просто хочу снять этот вопрос, Рита. Чтобы мама успокоилась. Чтобы я сам успокоился.
– Какой вопрос? – мой голос сорвался на хрип.
– Я хочу сделать ДНК-тест на Арину.
Кухня покачнулась. Гул холодильника внезапно показался оглушительным.
Я уставилась на мужа, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Он стоял напротив, спокойный, уверенный в своем праве на этот "разумный шаг". Он не просто транслировал паранойю свекрови. Он поверил ей. Мой муж, человек, с которым мы планировали эту беременность, с которым вместе выбирали имя для дочери, прямо сейчас, на нашей кухне, обвинил меня в измене.
Я уже произносила свадебную клятву другому мужчине, когда в зал вошёл мой муж.
Георгий Громов — генерал, которого я похоронила пять лет назад.
Он жив. Я всё ещё его жена. А через несколько секунд пуля разбивает окно рядом с моей головой.
Теперь Георгий требует, чтобы я доверилась ему и пережила три дня, пока он заканчивает тайную операцию. Но как поверить человеку, который позволил мне оплакивать его, наблюдал за моей жизнью издалека и сам решил, что мне лучше не знать правду?
Я потребую развод. Даже если сначала нам придётся вместе раскрыть заговор, пережить предательство и выяснить, почему любовь иногда ранит сильнее пули.
Георгий Громов — генерал, которого я похоронила пять лет назад.
Он жив. Я всё ещё его жена. А через несколько секунд пуля разбивает окно рядом с моей головой.
Теперь Георгий требует, чтобы я доверилась ему и пережила три дня, пока он заканчивает тайную операцию. Но как поверить человеку, который позволил мне оплакивать его, наблюдал за моей жизнью издалека и сам решил, что мне лучше не знать правду?
Я потребую развод. Даже если сначала нам придётся вместе раскрыть заговор, пережить предательство и выяснить, почему любовь иногда ранит сильнее пули.
Выберите полку для книги