Книги в жанре «Короткий любовный роман»
🔥НИЧЕГО ПОДОБНОГО В КНИГЕ НЕТ! ЭТО НОВЫЙ ДИЗАЙН САЙТА
Иногда судьба почему-то разводит людей. Иногда странным образом сводит. Главное, понять ее и не упустить второй шанс, особенно, когда на помощь спешат дети и пушистые лапки…
***
— Вот видишь, — звучит голос матери, нарушая нашу идиллию. — Зачем тебе семья, если у тебя есть эта шерстяная доча?!
— Знаешь, мама, лучше я навсегда останусь одна, — говорю, продолжая принимать успокоительные ласки своей бенгалочки, — чем соглашусь жить с кобелиной, сующим свои тычинки во все доступные пестики.
***
— Ну ты чего раскис, Ванек? Пойдем вместе развлекаться в выходные. Хочешь в аквапарк, а?
— Я не раскис, — бубнит сын себе под нос.
— Я же вижу.
— Ты часто занят, — говорит он тихо, но четко, будто отбарабанивает приговор. — А мне даже друга не можешь купить!
Иногда судьба почему-то разводит людей. Иногда странным образом сводит. Главное, понять ее и не упустить второй шанс, особенно, когда на помощь спешат дети и пушистые лапки…
***
— Вот видишь, — звучит голос матери, нарушая нашу идиллию. — Зачем тебе семья, если у тебя есть эта шерстяная доча?!
— Знаешь, мама, лучше я навсегда останусь одна, — говорю, продолжая принимать успокоительные ласки своей бенгалочки, — чем соглашусь жить с кобелиной, сующим свои тычинки во все доступные пестики.
***
— Ну ты чего раскис, Ванек? Пойдем вместе развлекаться в выходные. Хочешь в аквапарк, а?
— Я не раскис, — бубнит сын себе под нос.
— Я же вижу.
— Ты часто занят, — говорит он тихо, но четко, будто отбарабанивает приговор. — А мне даже друга не можешь купить!
— Я не советую тебе строить иллюзий. Да, нам было хорошо вместе, но теперь ты найдёшь для меня и моей невесты дом. Лучший. И от этого будет зависеть, будешь ли ты и дальше продолжать работать элитным риелтором. Я не привык прощать некомпетентность, особенно тем, с кем был близок.
— Вы мне угрожаете? — спросила я, прищурившись.
— Я констатирую факты, — он поправил манжету рубашки. — И плачу за результат. Твои личные обиды меня не интересуют. Считай это проверкой на профессионализм. Если справишься — получишь свои комиссионные. Если нет — я сделаю так, что ты вылетишь с работы и из этой сферы деятельности навсегда.
Когда-то Соболев был для меня всем, но его циничная измена разрушила все до основания. Полгода я училась жить без него, но он вернулся. Не с покаянием, а с издевательским заказом: я, лучший риелтор города, должна найти идеальное «семейное гнездышко» для него и его невесты.
Ну что же, я найду тебе дом. Такой, что ты проклянешь тот день, когда снова решил со мной встретиться
— Вы мне угрожаете? — спросила я, прищурившись.
— Я констатирую факты, — он поправил манжету рубашки. — И плачу за результат. Твои личные обиды меня не интересуют. Считай это проверкой на профессионализм. Если справишься — получишь свои комиссионные. Если нет — я сделаю так, что ты вылетишь с работы и из этой сферы деятельности навсегда.
Когда-то Соболев был для меня всем, но его циничная измена разрушила все до основания. Полгода я училась жить без него, но он вернулся. Не с покаянием, а с издевательским заказом: я, лучший риелтор города, должна найти идеальное «семейное гнездышко» для него и его невесты.
Ну что же, я найду тебе дом. Такой, что ты проклянешь тот день, когда снова решил со мной встретиться
Пять лет назад они расстались из-за рокового недопонимания. Она — флорист, создающий красоту для чужих праздников. Он — архитектор, строящий дома для чужих семей. Их пути сходятся, когда Лев заказывает у Алисы оформление свадьбы. Его сестры. Старые раны вскрываются, и чувство, которое не умерло, просыпается с новой силой. Смогут ли они всё исправить, пока не прозвучало «Да»? Честно, трогает до глубины души, будоражит и не отпускает до последней страницы.
Мужчина подходит ко мне. Его руки поднимаются, и я замираю. Но его прикосновения... они не грубые. Они уверенные. Властные. Его пальцы обхватывают моё лицо, заставляя поднять голову.
— Ты не хочешь, чтобы я остановился, — заявляет он, и его голос звучит у самого моего уха, низко и густо. — Твоё тело говорит мне правду. Даже если твой рот лжёт.
Когда его губы находят мои, это не поцелуй. Это захват. Каждое прикосновение обжигает.
— Ты моя, — повторяет он. Его дыхание сбивчиво. — Скажи это.
— Никогда, — выдыхаю я.
— Ты не хочешь, чтобы я остановился, — заявляет он, и его голос звучит у самого моего уха, низко и густо. — Твоё тело говорит мне правду. Даже если твой рот лжёт.
Когда его губы находят мои, это не поцелуй. Это захват. Каждое прикосновение обжигает.
— Ты моя, — повторяет он. Его дыхание сбивчиво. — Скажи это.
— Никогда, — выдыхаю я.
Я уже ложусь в постель, но понимаю, что спорить с жаждой бесполезно. Накидываю шёлковый халат и тихо спускаюсь на кухню.
Голоса с террасы доносятся отчётливо, и я замираю, когда слышу голос мужа.
— Я встретил Аврору на прошлой неделе. Двадцать пять лет не виделись, представляешь?
Я замираю. Имя Аврора мне знакомо. Да, точно, она их с Ильей одноклассница.
— Она офигенная! – продолжает Максим. – У неё свой инвестиционный фонд, она ворочает миллионами и она такая… живая, настоящая.
— А как же Ира, — в голосе Ильи слышится предупреждение.
— Моя жена идеальная, — муж произносит это так, словно говорит о мебели. — Она красивая, умная, прекрасная хозяйка. Никогда не устраивает сцен. В доме всегда порядок, всегда вкусная еда. Но я вдруг понял, что с Ирой я эти двадцать пять лет просто существовал. Мне было удобно, комфортно, но… это как в хорошей гостинице, понимаешь?
Он вздыхает, и я слышу даже не усталость, а странное разочарование.
Голоса с террасы доносятся отчётливо, и я замираю, когда слышу голос мужа.
— Я встретил Аврору на прошлой неделе. Двадцать пять лет не виделись, представляешь?
Я замираю. Имя Аврора мне знакомо. Да, точно, она их с Ильей одноклассница.
— Она офигенная! – продолжает Максим. – У неё свой инвестиционный фонд, она ворочает миллионами и она такая… живая, настоящая.
— А как же Ира, — в голосе Ильи слышится предупреждение.
— Моя жена идеальная, — муж произносит это так, словно говорит о мебели. — Она красивая, умная, прекрасная хозяйка. Никогда не устраивает сцен. В доме всегда порядок, всегда вкусная еда. Но я вдруг понял, что с Ирой я эти двадцать пять лет просто существовал. Мне было удобно, комфортно, но… это как в хорошей гостинице, понимаешь?
Он вздыхает, и я слышу даже не усталость, а странное разочарование.
- Игорь, у нас будет ребенок, - я смотрю на любимого и жду его реакции.
Но вместо радости вижу, как его лицо искажается. Глаза темнеют, наполняются злостью. Он резко встает, хватает меня за плечи.
- Как ты могла?! - рычит он.
Я замираю.
- Игорь, что с тобой? Это… это же наш ребенок…твой...
- Нет! - почти кричит он и смотрит на меня с ненавистью. - Этого не может быть! Ты спала с другим и теперь хочешь повесить на меня чужого ублюдка...
Любимый мужчина выгнал меня беременную на мороз, обвинив в измене.
Но почему он так уверен в своей правде? И чей тогда ребенок у меня под сердцем?..
Но вместо радости вижу, как его лицо искажается. Глаза темнеют, наполняются злостью. Он резко встает, хватает меня за плечи.
- Как ты могла?! - рычит он.
Я замираю.
- Игорь, что с тобой? Это… это же наш ребенок…твой...
- Нет! - почти кричит он и смотрит на меня с ненавистью. - Этого не может быть! Ты спала с другим и теперь хочешь повесить на меня чужого ублюдка...
Любимый мужчина выгнал меня беременную на мороз, обвинив в измене.
Но почему он так уверен в своей правде? И чей тогда ребенок у меня под сердцем?..
Мой муж срочно умотал на встречу с клиентами на моей машине, оставив мне записку: «Лен, ключи от моей на кухонном столе. Артёма не забудь!»
Не забуду, конечно. Никогда не забываю.
Завела двигатель и потянулась к навигатору, чтобы быстро проложить маршрут до школы.
Экран навигатора загорелся, показывая последние маршруты. И тут мои глаза устремились в экран.
«Дом» – наш адрес на Ленинском проспекте. Ничего удивительного.
«Дом 2 ❤️» – адрес на Автозаводской, на другом конце города.
Сердечко. Маленькое красное сердечко рядом с адресом.
Не забуду, конечно. Никогда не забываю.
Завела двигатель и потянулась к навигатору, чтобы быстро проложить маршрут до школы.
Экран навигатора загорелся, показывая последние маршруты. И тут мои глаза устремились в экран.
«Дом» – наш адрес на Ленинском проспекте. Ничего удивительного.
«Дом 2 ❤️» – адрес на Автозаводской, на другом конце города.
Сердечко. Маленькое красное сердечко рядом с адресом.
— Ты всё ещё помнишь, как я умею тебя сводить с ума?
— Мирослава… не надо…
— Почему? Ты же не выглядишь человеком, который хочет, чтобы я остановилась.
— У меня семья…
— Я и пришла забрать то, что всегда было моим.
Я услышала этот разговор и поняла — прошлое моего мужа не просто вернулось. Оно пришло за ним. Уверенное, наглое, без стыда. Женщина, которую он когда-то оставил, теперь смотрела на меня так, будто я временная ошибка в её жизни. Я думала, что знаю, что такое предательство. Ошиблась. Потому что хуже всего — видеть, как мужчина, которого ты любишь, медленно выбирает другую… пока ты стоишь рядом и понимаешь, что больше не собираешься быть удобной. Эта история не о прощении. Эта история о том, как одна женщина решила — хватит.
— Мирослава… не надо…
— Почему? Ты же не выглядишь человеком, который хочет, чтобы я остановилась.
— У меня семья…
— Я и пришла забрать то, что всегда было моим.
Я услышала этот разговор и поняла — прошлое моего мужа не просто вернулось. Оно пришло за ним. Уверенное, наглое, без стыда. Женщина, которую он когда-то оставил, теперь смотрела на меня так, будто я временная ошибка в её жизни. Я думала, что знаю, что такое предательство. Ошиблась. Потому что хуже всего — видеть, как мужчина, которого ты любишь, медленно выбирает другую… пока ты стоишь рядом и понимаешь, что больше не собираешься быть удобной. Эта история не о прощении. Эта история о том, как одна женщина решила — хватит.
— Я просто не создан для семьи, понимаешь? — он улыбается. Нет. Смеётся. — Так что пока не стало поздно...
— Но уже поздно! — кричу в ответ, а он качает головой.
— Брось, Вер. Это только начало. У тебя вся жизнь впереди. И такой, как я, тебе не нужен.
— У тебя другая? Скажи сразу, мне будет легче, правда.
— Ну, если тебе будет легче...
Он бросил меня, когда был больше всего нужен, а я осталась беременная без средств к существованию. Я справилась. Точнее справлялась... пока не вошла в его кабинет, чтобы подписать пару документов... и снова пропасть.
— Но уже поздно! — кричу в ответ, а он качает головой.
— Брось, Вер. Это только начало. У тебя вся жизнь впереди. И такой, как я, тебе не нужен.
— У тебя другая? Скажи сразу, мне будет легче, правда.
— Ну, если тебе будет легче...
Он бросил меня, когда был больше всего нужен, а я осталась беременная без средств к существованию. Я справилась. Точнее справлялась... пока не вошла в его кабинет, чтобы подписать пару документов... и снова пропасть.
Жизнь Оли — ночные смены в магазине, счета и забота о сестре. Её единственная отрада — заброшенный зимний сад, куда она ходит тайком. Однажды у сада появляется хозяин — эксцентричный флорист Лев, который видит мир в красках. Он предлагает сделку: она помогает восстановить сад, он учит её искусству цветов. Но Лев скрывает, что он — богач, бегущий от папарацци. И когда правда раскроется, доверие будет на кону. Честно, трогает до слёз, будоражит и не отпускает — как самый стойкий цветок на морозе.
Выберите полку для книги