Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Они — два сапога пара! Он — коллектор, а она — должница, погрязшая в кредитах из-за сбежавшего бывшего. Он пришел выбить долг, а потерял сердце. И нервы — из-за енота-воришки. Ромком о выгоревшем коллекторе и лучезарной хозяйке зоопарка.
В тексте есть:
- От ненависти до любви (и обратно через вольер с енотом)
- Обаятельный, но суровый герой с секретом
- Неунывающая героиня
В тексте есть:
- От ненависти до любви (и обратно через вольер с енотом)
- Обаятельный, но суровый герой с секретом
- Неунывающая героиня
Один держит её в золотой клетке страха и ревности. Другой скрывает тайну, которая загнала его в ловушку.
Они встречаются в Турции, в рамках рабочего тура, где по правилам компании личные отношения под строгим запретом. Всё происходящее здесь должно остаться в прошлом, как только самолет приземлится в Москве. Но как устоять перед искрой, способной сжечь всё вокруг?
Страсть, опасность и запретная любовь разгорятся под жарким турецким солнцем - там, где нет правил, но есть настоящие чувства.
Они встречаются в Турции, в рамках рабочего тура, где по правилам компании личные отношения под строгим запретом. Всё происходящее здесь должно остаться в прошлом, как только самолет приземлится в Москве. Но как устоять перед искрой, способной сжечь всё вокруг?
Страсть, опасность и запретная любовь разгорятся под жарким турецким солнцем - там, где нет правил, но есть настоящие чувства.
Я посмотрела на букет. Потом на него.
— Необычно, — сказала я. — Я думала, у тебя там одни пионы. Долго другой магазин искал? Или ради меня купил в том же?
Он на секунду стал ещё серее.
— Алеся, послушай. Я…
— Я подаю на развод, — сказала я ровно, как Лиза мне велела. — Имущество делим через адвоката. Сегодня ты забираешь свои личные вещи и уходишь.
Он моргнул.
— Алесь, ты что. Ты что, прямо так?
— Прямо так.
— Я могу всё объяснить. Это ошибка. Я был дурак. Дай мне пять минут — пять минут на разговор, и ты всё поймёшь.
— Нет.
— Лесь, — голос у него стал тише, мягче, тот самый, которым он умел убедить кого угодно. — Ты же не дашь шесть лет в один вечер коту под хвост. Ты же не такая.
Я смотрела на него и впервые за всё это время чувствовала не боль — что-то другое. Что-то почти спокойное. Тяжёлое, ясное, как камень в руке.
— А ты не знаешь, какая я сейчас, — сказала я. — И я не знала тебя. Думала, что знаю. Сколько ты с ней? Год?
Он молчал.
— Больше?
— Два, — сказал он.
— Необычно, — сказала я. — Я думала, у тебя там одни пионы. Долго другой магазин искал? Или ради меня купил в том же?
Он на секунду стал ещё серее.
— Алеся, послушай. Я…
— Я подаю на развод, — сказала я ровно, как Лиза мне велела. — Имущество делим через адвоката. Сегодня ты забираешь свои личные вещи и уходишь.
Он моргнул.
— Алесь, ты что. Ты что, прямо так?
— Прямо так.
— Я могу всё объяснить. Это ошибка. Я был дурак. Дай мне пять минут — пять минут на разговор, и ты всё поймёшь.
— Нет.
— Лесь, — голос у него стал тише, мягче, тот самый, которым он умел убедить кого угодно. — Ты же не дашь шесть лет в один вечер коту под хвост. Ты же не такая.
Я смотрела на него и впервые за всё это время чувствовала не боль — что-то другое. Что-то почти спокойное. Тяжёлое, ясное, как камень в руке.
— А ты не знаешь, какая я сейчас, — сказала я. — И я не знала тебя. Думала, что знаю. Сколько ты с ней? Год?
Он молчал.
— Больше?
— Два, — сказал он.
— Какого черта ты ко мне прицепился? — Шиплю, поглядывая на его компанию. Он тоже не хочет, чтобы нас видели вместе.
— Я знаю твой самый страшный секрет, Юки. Знаю, кто платит за твое обучение, — Дин наслаждается моей реакцией. Я закрыла глаза, чтобы он не видел моего ужаса, но с дрожащими руками ничего поделать не могу. — Поэтому сыграем в игру, рыженькая. Я приказываю – ты делаешь. Ты же хочешь, чтобы я молчал?
— У тебя ничего не получится, — обжигаю его ненавистным взглядом, облизав пересохшие губы, на которые он так пялится. — Я тоже о тебе кое-что узнала. О тебе и твоей мачехе, — никогда не видела, чтобы люди так быстро бледнели. Этот идеальный кретин сам напросился. — Ну что, мажор, теперь будем играть по моим правилам?
— Я знаю твой самый страшный секрет, Юки. Знаю, кто платит за твое обучение, — Дин наслаждается моей реакцией. Я закрыла глаза, чтобы он не видел моего ужаса, но с дрожащими руками ничего поделать не могу. — Поэтому сыграем в игру, рыженькая. Я приказываю – ты делаешь. Ты же хочешь, чтобы я молчал?
— У тебя ничего не получится, — обжигаю его ненавистным взглядом, облизав пересохшие губы, на которые он так пялится. — Я тоже о тебе кое-что узнала. О тебе и твоей мачехе, — никогда не видела, чтобы люди так быстро бледнели. Этот идеальный кретин сам напросился. — Ну что, мажор, теперь будем играть по моим правилам?
Семь лет назад я верила, что у нас всё всерьёз. Но он выбрал карьеру — и ушёл. А вскоре я узнала, что беременна.
Я справилась.
Любимый сын. Стабильная работа. Жизнь, которую я выстроила сама.
Но однажды его холдинг поглотил нашу логистическую компанию.
Теперь он — мой босс, холодный и беспощадный. А я для него — всего лишь нерадивая сотрудница, рассыпавшая архив у его ног.
Моя жизнь превратилась в маршрут повышенной опасности.
Потому что мне нельзя снова влюбиться в него.
А ему — узнать, что наш маленький Ярик слишком на него похож.
Я справилась.
Любимый сын. Стабильная работа. Жизнь, которую я выстроила сама.
Но однажды его холдинг поглотил нашу логистическую компанию.
Теперь он — мой босс, холодный и беспощадный. А я для него — всего лишь нерадивая сотрудница, рассыпавшая архив у его ног.
Моя жизнь превратилась в маршрут повышенной опасности.
Потому что мне нельзя снова влюбиться в него.
А ему — узнать, что наш маленький Ярик слишком на него похож.
Десять лет Марина была «идеальным фоном» для своего успешного мужа. Она научилась говорить тише, одеваться в незаметное серое и извиняться за каждый лишний килограмм своего тела. Ей казалось, что её «полнота» — это позор, который нужно прятать, а её талант художника — ненужная блажь. Но один лимонный тарт, испеченный для мужа, и одно случайное сообщение в его планшете разрушают этот стерильный мир.
Оказавшись на пепелище своего брака, Марина принимает странное решение: вместо того чтобы пытаться «уменьшиться» от горя, она решает занять всё пространство, которое ей полагается. Это история о том, как измена становится не концом, а точкой отсчета. Как старая мастерская на Васильевском острове превращается в место силы, а лишний вес — в художественный манифест.
Сможет ли женщина, которую годами убеждали в её никчемности, расправить плечи и доказать миру, что истинный масштаб личности не измеряется цифрами на весах?
Оказавшись на пепелище своего брака, Марина принимает странное решение: вместо того чтобы пытаться «уменьшиться» от горя, она решает занять всё пространство, которое ей полагается. Это история о том, как измена становится не концом, а точкой отсчета. Как старая мастерская на Васильевском острове превращается в место силы, а лишний вес — в художественный манифест.
Сможет ли женщина, которую годами убеждали в её никчемности, расправить плечи и доказать миру, что истинный масштаб личности не измеряется цифрами на весах?
У Светланы Романовой всё по полочкам: цифры в отчётах, идеальный пучок на затылке и пять лет тишины на удалёнке.
У Арсения Ветрова всё по… вдохновению: три кружки остывшего кофе, потерянные на собственной голове очки и творческий хаос, в котором, по слухам, однажды пропал курьер.
Когда на пороге агентства «Идея Фикс» замаячила суровая проверка, судьба сыграла со Светланой злую шутку: её заперли в одной кладовке с Арсением. Теперь им предстоит делить не только рабочее пространство, но и выяснить, что страшнее: три года неразобранной бухгалтерии или творческий беспорядок, в котором можно заблудиться.
В тексте вас ждут:
✅Столкновение противоположностей
✅Вынужденное соседство
✅Офисные будни с юмором
✅Семья и поддержка
✅Уютная атмосфера осени
✅Неидеальные герои
❤️СЧАСТЛИВЫЙ ФИНАЛ ГАРАНТИРОВАН❤️
У Арсения Ветрова всё по… вдохновению: три кружки остывшего кофе, потерянные на собственной голове очки и творческий хаос, в котором, по слухам, однажды пропал курьер.
Когда на пороге агентства «Идея Фикс» замаячила суровая проверка, судьба сыграла со Светланой злую шутку: её заперли в одной кладовке с Арсением. Теперь им предстоит делить не только рабочее пространство, но и выяснить, что страшнее: три года неразобранной бухгалтерии или творческий беспорядок, в котором можно заблудиться.
В тексте вас ждут:
✅Столкновение противоположностей
✅Вынужденное соседство
✅Офисные будни с юмором
✅Семья и поддержка
✅Уютная атмосфера осени
✅Неидеальные герои
❤️СЧАСТЛИВЫЙ ФИНАЛ ГАРАНТИРОВАН❤️
— Вера, вернись, это была просто ошибка! — Кирилл перехватил мою руку у входа в клинику. — Ты же не променяешь нашу жизнь на работу в этом морге на колесах?
— Ошибкой было верить тебе десять лет, — я попыталась вырвать ладонь. — А спать с коллегой в нашей спальне — это выбор. И ты его сделал.
— А ты? Идешь к нему? К этому психопату Лисину? Говорят, он даже к пациентам не прикасается без скафандра! Он же ненормальный, даже за руку тебя не возьмет без своих вечных...
В этот момент двери клиники «Меридиан» открылись. Лисин стоял на пороге, медленно натягивая вторую перчатку. Его взгляд обещал Кириллу мгновенную госпитализацию, как минимум.
— У тебя три секунды, чтобы чтобы оторвать от нее свои лапы. Иначе это сделаю я. Вера, в машину. У нас вызов.
— Ошибкой было верить тебе десять лет, — я попыталась вырвать ладонь. — А спать с коллегой в нашей спальне — это выбор. И ты его сделал.
— А ты? Идешь к нему? К этому психопату Лисину? Говорят, он даже к пациентам не прикасается без скафандра! Он же ненормальный, даже за руку тебя не возьмет без своих вечных...
В этот момент двери клиники «Меридиан» открылись. Лисин стоял на пороге, медленно натягивая вторую перчатку. Его взгляд обещал Кириллу мгновенную госпитализацию, как минимум.
— У тебя три секунды, чтобы чтобы оторвать от нее свои лапы. Иначе это сделаю я. Вера, в машину. У нас вызов.
Ева Корсак ненавидит Яна Горелова. Он уволил её, разбил веру в себя и теперь снова появился — женихом по контракту на глазах у миллионов зрителей.
Но его руки дрожат, когда он касается её талии. А она забывает дышать, когда он шепчет её имя в темноте.
Тридцать дней игры. Одна ночь без камер.
Что останется, когда шоу закончится?
Но его руки дрожат, когда он касается её талии. А она забывает дышать, когда он шепчет её имя в темноте.
Тридцать дней игры. Одна ночь без камер.
Что останется, когда шоу закончится?
Он — голос, который согревает ее ночи. Он — человек, который превращает ее дни в ад.
Майя живет в режиме тишины, спасаясь от одиночества лишь подкастом анонимного «Голоса». Артем Северский — ледяной архитектурный гений, который не терпит возражений и ошибок.
Они встречаются на общем проекте, и с первой минуты их общение превращается в войну. Майя ненавидит своего заносчивого босса, не подозревая, что каждую ночь засыпает именно под его признания. А Артем не знает, что дерзкая коллега — та самая единственная слушательница, которой он готов открыть душу.
Маски будут сорваны в самый неподходящий момент. Когда звук правды станет оглушительным, хватит ли им мужества не разрушить друг друга?
Майя живет в режиме тишины, спасаясь от одиночества лишь подкастом анонимного «Голоса». Артем Северский — ледяной архитектурный гений, который не терпит возражений и ошибок.
Они встречаются на общем проекте, и с первой минуты их общение превращается в войну. Майя ненавидит своего заносчивого босса, не подозревая, что каждую ночь засыпает именно под его признания. А Артем не знает, что дерзкая коллега — та самая единственная слушательница, которой он готов открыть душу.
Маски будут сорваны в самый неподходящий момент. Когда звук правды станет оглушительным, хватит ли им мужества не разрушить друг друга?
Выберите полку для книги