Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Иду в универ и думаю, что же сделать сегодня, если опять на столе будет кофе от Громова. Очень хочется вылить напиток на Артема, но одежда же не виновата. И что ему потом ходить облитым весь день? Или прогуливать пары из-за меня? Нет, я так не сделаю. Тогда что?
Захожу в аудиторию и разочаровываюсь. Кофе нет. Не нахожу Артема глазами. Жаль. Мне было приятно его внимание. Лиля тоже еще не пришла. Сажусь на свое место, достаю тетрадь, ищу ручку в сумке. Чувствую, что рядом кто-то садится, но это точно не подруга.
- Доброе утро, - слышу знакомый бодрый голос. – Надеюсь, что сегодня ты кофе не выльешь, если только на меня. Но пробовать не советую, потому что в таком случае второй окажется на тебе. Поэтому предлагаю все-таки его выпить и съесть шоколад.
Артем ставит передо мной два стаканчика с кофе, на одном опять мое имя и сердечки, рядом кладет мой любимый горький шоколад с цельным фундуком. Откуда он знает? Поворачиваю голову, парень смотрит на меня внимательно. Ждет реакции?
Захожу в аудиторию и разочаровываюсь. Кофе нет. Не нахожу Артема глазами. Жаль. Мне было приятно его внимание. Лиля тоже еще не пришла. Сажусь на свое место, достаю тетрадь, ищу ручку в сумке. Чувствую, что рядом кто-то садится, но это точно не подруга.
- Доброе утро, - слышу знакомый бодрый голос. – Надеюсь, что сегодня ты кофе не выльешь, если только на меня. Но пробовать не советую, потому что в таком случае второй окажется на тебе. Поэтому предлагаю все-таки его выпить и съесть шоколад.
Артем ставит передо мной два стаканчика с кофе, на одном опять мое имя и сердечки, рядом кладет мой любимый горький шоколад с цельным фундуком. Откуда он знает? Поворачиваю голову, парень смотрит на меня внимательно. Ждет реакции?
— Ты сводишь меня с ума. Я должен был тебя убить. Или хотя бы сдать. А вместо этого… я думаю о тебе каждую чёртову минуту.
Я внедрилась в мафию Нью-Йорка ради мести.
Дамиан Валенти был человеком, которого я мечтала уничтожить.
Опасный. Жестокий. Невыносимо красивый.
Но всё меняется, когда враги начинают охоту на нас обоих. Теперь мы вместе скрываемся от пуль, заключаем опасные сделки и всё глубже тонем в чувствах, которых между нами быть не должно.
Я внедрилась в мафию Нью-Йорка ради мести.
Дамиан Валенти был человеком, которого я мечтала уничтожить.
Опасный. Жестокий. Невыносимо красивый.
Но всё меняется, когда враги начинают охоту на нас обоих. Теперь мы вместе скрываемся от пуль, заключаем опасные сделки и всё глубже тонем в чувствах, которых между нами быть не должно.
🔥 БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ! Успейте читать и добавлять в библиотеку! 🔥
— Твоя жизнь мне без надобности, девочка. Мне нужно твое тело. Твой нетронутый сосуд, чтобы гасить ярость Разлома каждую ночь. Ты будешь молить о пощаде тех самых богов, которые бросили тебя в этой грязи.
Я шагнула навстречу чудовищу добровольно, чтобы спасти собор от сожжения заживо. Дамиан Варгас — безжалостный лорд Разлома, полудемон, чье имя заставляет содрогаться королей. Он сорвал с меня одежды жрицы, выжег на моей шее Брачную Руну и увёз в ледяную цитадель на краю Бездны.
Он думал, что сломает меня за одну ночь. Думал, что светлая дева станет покорной игрушкой, послушной каждому его приказу. Но древняя магия связала нас в обе стороны.
Теперь его демоническая ярость подчиняется моему свету. Теперь его жизнь зависит от моего дыхания. И однажды этот безжалостный зверь склонит голову перед той, кого назвал своей вещью.
— Твоя жизнь мне без надобности, девочка. Мне нужно твое тело. Твой нетронутый сосуд, чтобы гасить ярость Разлома каждую ночь. Ты будешь молить о пощаде тех самых богов, которые бросили тебя в этой грязи.
Я шагнула навстречу чудовищу добровольно, чтобы спасти собор от сожжения заживо. Дамиан Варгас — безжалостный лорд Разлома, полудемон, чье имя заставляет содрогаться королей. Он сорвал с меня одежды жрицы, выжег на моей шее Брачную Руну и увёз в ледяную цитадель на краю Бездны.
Он думал, что сломает меня за одну ночь. Думал, что светлая дева станет покорной игрушкой, послушной каждому его приказу. Но древняя магия связала нас в обе стороны.
Теперь его демоническая ярость подчиняется моему свету. Теперь его жизнь зависит от моего дыхания. И однажды этот безжалостный зверь склонит голову перед той, кого назвал своей вещью.
Я смотрю на парочку, милые, обнимаются, оба в военной форме.
А внутри мой мир превращается в прах.
За спиной двадцать пять лет ожидания – Чечня, Дагестан, Сирия.
Стискиваю зубы. Подхожу.
- Вы что-то хотели?
Наглая девчонка в объятиях моего мужа смотрит на меня с доброжелательной улыбкой.
А я смотрю так, что хочу ее стереть в порошок.
Но я держусь. Из последних сил.
Андрей поворачивается.
Сначала - ленивое любопытство. Потом - ужас.
Кровь отливает от его лица. Оно становится пепельным. Рот приоткрывается. Кадык дёргается.
Раз. Другой.
- Да, - мой голос звучит спокойно, с холодной уверенностью. - Я хочу забрать своего мужа...
А внутри мой мир превращается в прах.
За спиной двадцать пять лет ожидания – Чечня, Дагестан, Сирия.
Стискиваю зубы. Подхожу.
- Вы что-то хотели?
Наглая девчонка в объятиях моего мужа смотрит на меня с доброжелательной улыбкой.
А я смотрю так, что хочу ее стереть в порошок.
Но я держусь. Из последних сил.
Андрей поворачивается.
Сначала - ленивое любопытство. Потом - ужас.
Кровь отливает от его лица. Оно становится пепельным. Рот приоткрывается. Кадык дёргается.
Раз. Другой.
- Да, - мой голос звучит спокойно, с холодной уверенностью. - Я хочу забрать своего мужа...
- Кем приходитесь больному? - интересуюсь у девицы в пеньюаре.
- Я? Я - флейтистка, - надув силиконовые губы, выдыхает дева.
Услышав, хмыкаю и вскидываю бровь. Но...
В этот момент я еще не знаю, что самое удивительное ждет меня в комнате.
Подойдя к кровати, я настолько ошеломлена, что даже очки приподнимаю. Не верю собственным глазам.
Вытянув руки и ноги, словно труп, в пошлых красных боксерах с золотой надписью «Гигант», лежит мой муж.
Вернув очки на место, произношу:
- Ну что, гигант, доигрался на флейте?
Он приоткрывает глаза и мертвым голосом шепчет:
- Не повод для дурацких шуток, Настя...
- Ну, для шуток, может, и не повод, а вот для развода - самое то...
- Я? Я - флейтистка, - надув силиконовые губы, выдыхает дева.
Услышав, хмыкаю и вскидываю бровь. Но...
В этот момент я еще не знаю, что самое удивительное ждет меня в комнате.
Подойдя к кровати, я настолько ошеломлена, что даже очки приподнимаю. Не верю собственным глазам.
Вытянув руки и ноги, словно труп, в пошлых красных боксерах с золотой надписью «Гигант», лежит мой муж.
Вернув очки на место, произношу:
- Ну что, гигант, доигрался на флейте?
Он приоткрывает глаза и мертвым голосом шепчет:
- Не повод для дурацких шуток, Настя...
- Ну, для шуток, может, и не повод, а вот для развода - самое то...
– Я хотела тебя убить, Герман.
– Ради денег?
– Да.
– А Миша?
– Я родила его, чтобы ты никогда меня не бросил.
Три года я провела в тюрьме за преступление, которого не совершала. Герман возненавидел меня и отнял сына. Я думала, что потеряла их навсегда. Но Миша тяжело заболел. Он зовет маму и отказывается лечиться без меня. Теперь Герману придется вернуть меня домой и снова назвать своей женой. Ради сына мы будем жить под одной крышей и делать вид, что у нас все хорошо. Он будет смотреть на меня как на убийцу. А я каждый день буду видеть мужчину, которого люблю. Только Герман не знает, что тогда я солгала, чтобы спасти Мишу. И что человек, который сломал наши жизни, все эти годы был рядом с ним.
– Ради денег?
– Да.
– А Миша?
– Я родила его, чтобы ты никогда меня не бросил.
Три года я провела в тюрьме за преступление, которого не совершала. Герман возненавидел меня и отнял сына. Я думала, что потеряла их навсегда. Но Миша тяжело заболел. Он зовет маму и отказывается лечиться без меня. Теперь Герману придется вернуть меня домой и снова назвать своей женой. Ради сына мы будем жить под одной крышей и делать вид, что у нас все хорошо. Он будет смотреть на меня как на убийцу. А я каждый день буду видеть мужчину, которого люблю. Только Герман не знает, что тогда я солгала, чтобы спасти Мишу. И что человек, который сломал наши жизни, все эти годы был рядом с ним.
🏍 Вероника живет на грани двух миров. Днем она создает хрупкую красоту из цветов в мастерской «Шёпот признаний», а вечером надевает «броню» из черной кожи и седлает мотоцикл. После травмы она научилась разделять себя на «хрупкую Веру» и «стальную Нику», чтобы не дать боли уничтожить себя окончательно.
🚘 Роман — наследник строительного холдинга, уставший от меркантильности и фальши. Он ищет искренность, которую помнит лишь по редким кадрам семейных видео, но вокруг видит лишь расчет. Его жизнь — это чертежи, бетон и контроль, в котором нет места случайностям.
Но одна случайность на осеннем светофоре меняет всё. И преподносит шанс найти того, с кем можно быть собой
🚘 Роман — наследник строительного холдинга, уставший от меркантильности и фальши. Он ищет искренность, которую помнит лишь по редким кадрам семейных видео, но вокруг видит лишь расчет. Его жизнь — это чертежи, бетон и контроль, в котором нет места случайностям.
Но одна случайность на осеннем светофоре меняет всё. И преподносит шанс найти того, с кем можно быть собой
— Скажи мне, Равиль, чьё это УЗИ? – протянула бумажку мужу.
— Зачем ты роешься в моих карманах? — спокойно спросил он, — это наше.
— Нет, — почти выкрикнула я, — там дата в день, когда я ЭКО делала, это не может быть наше…
Муж зло хмыкнул.
Мне пока не верилось, но муж молчал, тем самым подтверждая своё предательство...
— Зачем ты роешься в моих карманах? — спокойно спросил он, — это наше.
— Нет, — почти выкрикнула я, — там дата в день, когда я ЭКО делала, это не может быть наше…
Муж зло хмыкнул.
Мне пока не верилось, но муж молчал, тем самым подтверждая своё предательство...
— А Стёпка сегодня в школе подрался.
Поворачиваюсь к Стёпе. Он сидит красный до самых ушей, уткнулся в тарелку, гоняет вилкой одинокую картофелину из угла в угол.
— С Арсением, — снова вставляет Илья.
— Так… Степан. Что случилось? - Я разворачиваю сына к себе, ловлю его взгляд.
— Он первый начал, — цедит Степа сквозь зубы, не поднимая глаз. — Он врет постоянно!
— Кто врёт? Арсений? Про что он врёт-то? Из-за чего вы сцепились?
— Он сказал, что наш папа скоро будет ЕГО папой!
Поворачиваюсь к Стёпе. Он сидит красный до самых ушей, уткнулся в тарелку, гоняет вилкой одинокую картофелину из угла в угол.
— С Арсением, — снова вставляет Илья.
— Так… Степан. Что случилось? - Я разворачиваю сына к себе, ловлю его взгляд.
— Он первый начал, — цедит Степа сквозь зубы, не поднимая глаз. — Он врет постоянно!
— Кто врёт? Арсений? Про что он врёт-то? Из-за чего вы сцепились?
— Он сказал, что наш папа скоро будет ЕГО папой!
— Спасибо за полёт, — уверенно произнёс Артём.
— Хорошего дня, - она лишь коротко кивнула.
Фраза могла бы принадлежать любой стюардессе на рейсе в любом конце света. Но в её устах и она прозвучала так, словно значение имело не пожелание, а дистанция между ними.
— Мы ещё увидимся? — спросил Воронцов. Вопрос вырвался почти неожиданно даже для него самого.
Ева посмотрела на него спокойно. За иллюминатором уже золотел рассвет, а мягкий свет салона делал её лицо почти неуловимым, как будто оно и, правда, могло оказаться частью ночного видения.
— Люди часто так говорят в самолётах, — ответила Ева. — На земле они обычно быстро забывают, - сказав это, она пошла дальше.
Самолёт коснулся полосы. Колёса ударились о землю с привычным глухим толчком, корпус слегка тряхнуло, двигатели заревели глубже. Все вокруг вернулось в порядок: статус, расписание, встречи, деньги, контракты, жена, город, день. Реальность снова заняла своё место.
— Хорошего дня, - она лишь коротко кивнула.
Фраза могла бы принадлежать любой стюардессе на рейсе в любом конце света. Но в её устах и она прозвучала так, словно значение имело не пожелание, а дистанция между ними.
— Мы ещё увидимся? — спросил Воронцов. Вопрос вырвался почти неожиданно даже для него самого.
Ева посмотрела на него спокойно. За иллюминатором уже золотел рассвет, а мягкий свет салона делал её лицо почти неуловимым, как будто оно и, правда, могло оказаться частью ночного видения.
— Люди часто так говорят в самолётах, — ответила Ева. — На земле они обычно быстро забывают, - сказав это, она пошла дальше.
Самолёт коснулся полосы. Колёса ударились о землю с привычным глухим толчком, корпус слегка тряхнуло, двигатели заревели глубже. Все вокруг вернулось в порядок: статус, расписание, встречи, деньги, контракты, жена, город, день. Реальность снова заняла своё место.
Выберите полку для книги