Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

– Амина, жена моя! Я подумал… – замолкает на секунду, будто подбирает нужное слово, – В общем, я беру вторую жену. Так всем будет легче.

– Что ты сказал? – шепчу. Голос садится.

– Я беру вторую жену, – повторяет. – Так правильно. Так делают. Ты – дом, порядок. Она – женщина, которую я выбрал сердцем. Не рви мне нервы, Амина. Не позорь семью. Старшие поймут.

Я ставлю свою чашку, пальцы дрожат. На стол падает капля чая. Тимур забыл, что он не может взять вторую жену без разрешения первой. Таковы правила.

– Нет, – говорю тихо, – Я не вещь. Или жена, или развод. Я не «первая» и не «вторая». Я – одна. Понял?

— Он мой?
Она сжала губы до белизны.
— Алина.
— Воронцов, живи своей жизнью, — выдавила она из себя.
— Я задал тебе вопрос. И жду на него ответа.
Её взгляд потемнел, сделался холодным и отстранённым.
— Случайная встреча спустя шесть лет, и теперь ты требуешь ответов!
— Почему скрыла? — хрипло потребовал он. — Алина, это не мелочь. Это… твою мать, это ребёнок. Наш ребёнок!
— Воронцов, ты пытаешься меня пристыдить? Выставить виноватой?
— А ты не чувствуешь за собой никакой вины? — прищурился он. — Мише ведь пять, верно? Так вот, ты лишила меня этих пяти лет!
— А ты, — она ткнула его пальцем в грудь. — Ты задолго до этого лишил нас брака! Зачем тебе от этого брака ребёнок?
Алекс уставился на бывшую супругу в неверии.
— Алина, ты… действительно думала, что я не захотел бы его?..

- ХЭ

Он меня едва не сбил на машине.
Я его едва не избила сумочкой.

Каким образом после этого мы стали фиктивной парой на свадьбе моей лучшей подруги?

Поверьте, я сама до сих пор пытаюсь понять.

Что делать, если твой враг слишком могущественен и противостоять ему невозможно? Для меня ответ один: всё равно не сдаваться. Я готова поставить на кон всё, даже собственную жизнь, лишь бы стереть его с лица Земли.
Что... Вариант только влюбить его в себя?
Ну что ж... Я ведь поклялась не отступать.

— Ты ничего не понимаешь! Там ребёнок! Девчонке двадцать семь, ей негде жить, у неё никого нет! Ты хочешь выбросить беременную на улицу. Ты? Мать троих?
— Я хочу знать, чей ребёнок живёт в моей квартире.
— Не твоё дело!
— Моё. Ты его на мою карту кормишь.
Он ударил кулаком по столу, и коробка подпрыгнула вместе с четвертинками бумаги. Наверху хлопнула дверь игровой — Нина Захаровна закрыла детей.
— Ты не смеешь считать мои деньги!
— Твоих денег в этом доме нет. — Я встала. — Дом — дарственная отца, две тысячи восемнадцатый год, на моё имя. Квартира — двадцать первый год, мои деньги. Седан — двадцать второй, мой. Карта — мой счёт. Твоя здесь форма, Артём. И та лежит наверху.
Я пошла по лестнице. Он шёл за мной и кричал мне в спину:
— Истеричка! Ты с этими салонами забыла, что такое семья!

— Вот та же Ковригина, – хмыкнул мой босс, втирая что-то своему заму, - разведенка с двумя детьми, ипотека, вечный цейтнот, вид, будто ее через детский сад протащили против шерсти... Я, конечно, тоже не подарок, но будь я на месте ее мужа… от такого «счастья с двойным прицепом» сбежал бы. Работать надо, а не ныть о недосыпе.

«Мой босс – чурбан в идеальном пиджаке. Он заявил, что ни за что не женится на такой, как я – разведенке с «прицепом». И он прям таки напоминает моего бывшего, который от меня сбежал.
Отлично! Потому что я бы за такого циника тоже никогда не вышла!
Постойте… что значит, мы завтра женимся?

Я пятнадцать лет была уверена, что знаю мужчину, с которым делю постель, дом и дочь.

А потом познакомилась с Вероникой.

Она стала моей подругой. Мы пили кофе, смеялись, обсуждали детей и мужчин. Я знала, что она любит женатого, и даже советовала ей уйти от него. Не ждать. Не верить обещаниям. Не соглашаться быть второй.

Однажды Вероника спросила, что я сделаю, если узнаю об измене Максима.

Я ответила, что уйду.

Тогда я ещё не знала, почему она замолчала.

И почему мой муж слишком хорошо знает женщину, с которой, по его словам, едва знаком.

Правда открылась случайно. На фотографии Вероники был мужчина, о котором она рассказывала мне несколько месяцев.

Мой Максим.

Мой муж.

Отец моей дочери.

Человек, который вечером целовал меня и возвращался в нашу постель, а потом становился тем самым женатым мужчиной, которого любила моя подруга.

Я думала, хуже уже быть не может.

Ошиблась.

Потому что Вероника знала далеко не всю правду о Максиме.

А я — далеко

– Убери пистолет.
– С чего бы? – Медина поднимает бровь, сверкая глазами.
– Во-первых, нельзя направлять оружие на человека. Во-вторых, это моё табельное оружие, и ты взяла его без спроса.
– Ты тоже взял кое-что без спроса.
Это правда. Но что делать, если она сама направила дуло прямо в моё сердце?
Медина – дочь одной из самых влиятельных семей города. У неё с рождения было всё – богатство, связи и власть. Она привыкла идти напролом, говорить то, что думает, и никогда не спрашивать разрешения.
А я всегда рассчитывал только на себя. Я – оперативник, без миллионов на счетах и влиятельной фамилии за спиной. У меня иная жизнь, круг общения и совершенно другой мир.
И мы оба понимаем: между нами не просто разница в достатке, а пропасть. Но что делать, если именно без этой женщины ты больше не представляешь своей жизни?
Любовь не отменяет неравенства, и иногда страшно не то, что вас могут не принять близкие. А то, что однажды ты сам начнёшь сомневаться, а имеешь ли ты право быть рядом

- Юль, у меня к тебе есть предложение. Только не кричи и не бей меня сразу. Обещай подумать. Хорошо? – Сказал я на одном выдохе, сердце колотится от волнения. Как вообще то, что собираюсь сказать, можно предлагать девчонке?
- Заинтриговал. – Юля удивленно подняла брови.
- Будь моим партнером. В сексе. - От моих слов Юля приоткрыла рот и застыла.
- Что? Я не расслышала или не поняла тебя.
- Я тебе предлагаю быть партнерами в сексе. - По словам четко произнес, я уже успокоился и уверен в своем предложении. – Мы молоды, гормоны на пике, нам нужен здоровый секс. Мы оба свободны. Вот я тебе и предлагаю помочь друг другу. Подумай.

Существует как минимум три способа избавиться от мачехи: выдать её замуж, уехать в Калифорнию или умереть. Первый — самый гуманный, но, как я убедился, самый коварный. Впрочем, судите сами.