Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Однажды он похитил меня, чтобы отомстить моей семье.
А я влюбилась в него. В человека, который должен был меня уничтожить. Но вместо этого… спас.
Наша страсть разожгла войну между семьями. Ужасную, кровопролитную. Мы оба потеряли всё, что у нас было…
Он спас меня, пожертвовав собой.
И отпустил, обрекая на жизнь без него, лишь бы у меня был шанс на счастье.
А теперь, спустя четыре года, он вернулся, чтобы перевернуть мой мир, чтобы снова сделать меня своей.
Но он не знает, что я больше не та наивная девушка, что когда-то полюбила своего врага.
И скоро я выхожу замуж за другого.
А я влюбилась в него. В человека, который должен был меня уничтожить. Но вместо этого… спас.
Наша страсть разожгла войну между семьями. Ужасную, кровопролитную. Мы оба потеряли всё, что у нас было…
Он спас меня, пожертвовав собой.
И отпустил, обрекая на жизнь без него, лишь бы у меня был шанс на счастье.
А теперь, спустя четыре года, он вернулся, чтобы перевернуть мой мир, чтобы снова сделать меня своей.
Но он не знает, что я больше не та наивная девушка, что когда-то полюбила своего врага.
И скоро я выхожу замуж за другого.
«Дарагой дедушка морос. Пажалуста падари мне на новый год папу»
По телу пробежала холодная дрожь. Я не знала, что у моей дочери есть заветное желание… Да ещё такое. Да, она как-то говорила, что хочет, чтобы у неё был папа, но разве я могла подумать, что дочка попросит его у Деда Мороза?..
И что мне теперь делать? Где я ей папу сейчас возьму? Ладно, придётся сказать, что Дедушка Мороз перепутал — старенький, что с него взять? — и принёс медведя вместо папы…
Надеюсь, дочь не сильно расстроится.
И тут домофон настойчиво зазвонил. Интересно, кого это принесло?
— Аглая Сергеевна, это Морозов. По срочному делу, — услышала я раздраженный чуть хрипловатый мужской голос.
Вот только его мне для полного счастья не хватало! Что ему понадобилось от меня в самый канун Нового года?..
По телу пробежала холодная дрожь. Я не знала, что у моей дочери есть заветное желание… Да ещё такое. Да, она как-то говорила, что хочет, чтобы у неё был папа, но разве я могла подумать, что дочка попросит его у Деда Мороза?..
И что мне теперь делать? Где я ей папу сейчас возьму? Ладно, придётся сказать, что Дедушка Мороз перепутал — старенький, что с него взять? — и принёс медведя вместо папы…
Надеюсь, дочь не сильно расстроится.
И тут домофон настойчиво зазвонил. Интересно, кого это принесло?
— Аглая Сергеевна, это Морозов. По срочному делу, — услышала я раздраженный чуть хрипловатый мужской голос.
Вот только его мне для полного счастья не хватало! Что ему понадобилось от меня в самый канун Нового года?..
БЕСПЛАТНО Поддержите "БИБЛИОТЕКОЙ"📘 и "НРАВИТСЯ"❤️ ПОДПИШИТЕСЬ, чтобы не пропустить новинки и акции!
— Да ты мне по гроб жизни обязана! Если бы не я, ты бы со своим отпрыском давно ночевала под забором!
— К-к-как ты так можешь? Он же все слышит. — я еле выдавила из себя слова, закрывая сыну уши.
— А мне плевать! — он усмехнулся, словно наслаждаясь моим страхом. — Во всём виноват он. Да и чего ты ожидала от жизни? Кому нужна баба с прицепом?
Это не в первый раз. Не в десятый. И даже не в сотый. Так прошли мои последние три года. С мужчиной, у которого всегда виноваты мы: я и мой ребенок. Где каждое слово — удар в спину, каждый день — испытание на прочность, и даже собственная мать кивает ему в унисон, будто он спаситель, а не палач.
Я долго терпела. Пока не поняла: если не уйти сейчас, он сломает нас окончательно.
Я сделала этот шаг.
Но в тот момент еще не подозревала, что решившись исправить свою жизнь, я найду спасение в руках того человека, от которого когда-то тоже ушла.
— Да ты мне по гроб жизни обязана! Если бы не я, ты бы со своим отпрыском давно ночевала под забором!
— К-к-как ты так можешь? Он же все слышит. — я еле выдавила из себя слова, закрывая сыну уши.
— А мне плевать! — он усмехнулся, словно наслаждаясь моим страхом. — Во всём виноват он. Да и чего ты ожидала от жизни? Кому нужна баба с прицепом?
Это не в первый раз. Не в десятый. И даже не в сотый. Так прошли мои последние три года. С мужчиной, у которого всегда виноваты мы: я и мой ребенок. Где каждое слово — удар в спину, каждый день — испытание на прочность, и даже собственная мать кивает ему в унисон, будто он спаситель, а не палач.
Я долго терпела. Пока не поняла: если не уйти сейчас, он сломает нас окончательно.
Я сделала этот шаг.
Но в тот момент еще не подозревала, что решившись исправить свою жизнь, я найду спасение в руках того человека, от которого когда-то тоже ушла.
Стыд обжигал щёки: я, Эва, которая ещё час назад раздавала конфеты детям, теперь стояла полуголая перед чужим мужчиной в пентхаусе, куда меня просто… утащили. Страх скручивал живот: а вдруг он не отпустит? Вдруг Владислав так и не найдёт меня и не поможет?
***
Одна ошибка и праздничная ночь превращается в ловушку из власти, страсти и грязных тайн.
Чужой пентхаус. Чужие правила. И мужчина, для которого слово «нет» звучит как приглашение.
Она боится его.
Ненавидит.
И слишком остро чувствует.
Это история не про любовь с первого взгляда.
Это история про сделку с дьяволом, где на кону — свобода, тело и судьба отца.
Опасный арабский магнат.
Русская девушка, попавшая не в ту ночь и не к тому мужчине.
Жёсткая страсть, власть, страх и тонкая грань между ненавистью и зависимостью.
Когда ошибка становится началом.
Когда ночь не заканчивается на рассвете.
И когда самое страшное — понять, что пути назад больше нет.
***
Одна ошибка и праздничная ночь превращается в ловушку из власти, страсти и грязных тайн.
Чужой пентхаус. Чужие правила. И мужчина, для которого слово «нет» звучит как приглашение.
Она боится его.
Ненавидит.
И слишком остро чувствует.
Это история не про любовь с первого взгляда.
Это история про сделку с дьяволом, где на кону — свобода, тело и судьба отца.
Опасный арабский магнат.
Русская девушка, попавшая не в ту ночь и не к тому мужчине.
Жёсткая страсть, власть, страх и тонкая грань между ненавистью и зависимостью.
Когда ошибка становится началом.
Когда ночь не заканчивается на рассвете.
И когда самое страшное — понять, что пути назад больше нет.
– Ты уронила челюсть, – лениво бросает мужчина.
Я моргаю. Секунда – и я впадаю в режим «убей-нахала».
– А ты, видимо, последние мозги растерял! – шиплю я разъяренной змеючкой.
Незнакомец смеется. Низко. Обволакивающе.
– Дерзкая. Люблю таких. Они громче кричат, когда…
– Когда что? – вскидываю бровь.
Он подается ближе, почти шепчет:
– Когда проигрывают.
___________________
Макс – богач без тормозов. Хозяин жизни, которому плевать на условности. Он ищет остроту. И получает ее, когда встречает Нику.
Ника – девушка с характером, которую бросил парень. Она не ревет в подушку – она рвет фото, блокирует номера и идет с подругами в самый дерзкий ночной клуб города.
Кто из них первым сдастся другому? И перерастет ли эта огненная страсть во что-то большее?
Я моргаю. Секунда – и я впадаю в режим «убей-нахала».
– А ты, видимо, последние мозги растерял! – шиплю я разъяренной змеючкой.
Незнакомец смеется. Низко. Обволакивающе.
– Дерзкая. Люблю таких. Они громче кричат, когда…
– Когда что? – вскидываю бровь.
Он подается ближе, почти шепчет:
– Когда проигрывают.
___________________
Макс – богач без тормозов. Хозяин жизни, которому плевать на условности. Он ищет остроту. И получает ее, когда встречает Нику.
Ника – девушка с характером, которую бросил парень. Она не ревет в подушку – она рвет фото, блокирует номера и идет с подругами в самый дерзкий ночной клуб города.
Кто из них первым сдастся другому? И перерастет ли эта огненная страсть во что-то большее?
Он был её самым сильным страхом. А стал – единственным убежищем.
Злата знала, за ней следят. Красные розы, знакомый запах в толпе, ощущение взгляда в спину. Но когда реальная угроза нависла над ней, именно кошмар пришёл на помощь. Он похитил её, чтобы спасти. Теперь она полностью в его власти.
Во власти человека, который сам называет свою любовь – болезнью. Она должна ненавидеть его. Бояться. Но в изоляции, где есть только он и она, страх начинает говорить на языке тотальной защиты, безумной преданности и одержимости, граничащей с обожествлением.
Сбежать? Или позволить этой тёмной, всепоглощающей страсти стать своим новым миром?
История о любви, которая рождается не вопреки страху, а прямо внутри него.
Злата знала, за ней следят. Красные розы, знакомый запах в толпе, ощущение взгляда в спину. Но когда реальная угроза нависла над ней, именно кошмар пришёл на помощь. Он похитил её, чтобы спасти. Теперь она полностью в его власти.
Во власти человека, который сам называет свою любовь – болезнью. Она должна ненавидеть его. Бояться. Но в изоляции, где есть только он и она, страх начинает говорить на языке тотальной защиты, безумной преданности и одержимости, граничащей с обожествлением.
Сбежать? Или позволить этой тёмной, всепоглощающей страсти стать своим новым миром?
История о любви, которая рождается не вопреки страху, а прямо внутри него.
Давид Каменский купил всё здание, не подозревая, что в одном из офисов работает его мёртвая любовь. Теперь Алина, скрывающаяся под именем Софии, — его архитектор. И его личная пытка.
Он одержим ею, видя в ней искупление.
Она использует это, чтобы разорить его.
Но в этой опасной игре стираются границы.
Ненависть становится страстью, а месть — вопросом: чего же она хочет на самом деле — разрушить его жизнь или построить с ним новую?
Он одержим ею, видя в ней искупление.
Она использует это, чтобы разорить его.
Но в этой опасной игре стираются границы.
Ненависть становится страстью, а месть — вопросом: чего же она хочет на самом деле — разрушить его жизнь или построить с ним новую?
Три часа ночи. Его телефон — у меня в руках. Лицо — спокойное, мёртвое.
— Вера? Что ты...
Увидел телефон. Понял.
И — о господи — он даже не испугался. Не побледнел. Только раздражённо вздохнул.
— Ты рылась в моём телефоне.
— Он сам зазвонил.
— И ты, конечно, не удержалась. Это нарушение личных границ.
— Личных границ? У тебя год роман. И ты говоришь о границах?
Он пожал плечами.
— И что? Ты думала, я буду вечно терпеть?
— Терпеть? Что терпеть?
Он посмотрел на меня — долго, оценивающе. Как смотрят на вещь, которую пора выбросить.
— Тебя, Вера. Терпеть тебя. Посмотри на себя. Когда ты последний раз была женщиной? Когда надевала что-то кроме этих ужасных домашних штанов? Когда следила за собой?
— Я слежу...
— Нет. Ты обабилась. Превратилась в клушу. Всё — дочь, дочь, дочь. А где я? Где мои потребности? Где постель?
— Вера? Что ты...
Увидел телефон. Понял.
И — о господи — он даже не испугался. Не побледнел. Только раздражённо вздохнул.
— Ты рылась в моём телефоне.
— Он сам зазвонил.
— И ты, конечно, не удержалась. Это нарушение личных границ.
— Личных границ? У тебя год роман. И ты говоришь о границах?
Он пожал плечами.
— И что? Ты думала, я буду вечно терпеть?
— Терпеть? Что терпеть?
Он посмотрел на меня — долго, оценивающе. Как смотрят на вещь, которую пора выбросить.
— Тебя, Вера. Терпеть тебя. Посмотри на себя. Когда ты последний раз была женщиной? Когда надевала что-то кроме этих ужасных домашних штанов? Когда следила за собой?
— Я слежу...
— Нет. Ты обабилась. Превратилась в клушу. Всё — дочь, дочь, дочь. А где я? Где мои потребности? Где постель?
Услышать, как жених рассказывает бывшей, что женится на тебе ради денег — больно.
Сбежать со своей свадьбы в костюме миссис Клаус — унизительно.
Забыться и уснуть в чужом доме — глупо.
Проснуться от крика «Папа, у нас под елкой Дедморозка умерла!» — вообще катастрофа.
Но иногда катастрофа — это именно то, что нужно.
Новогодняя романтическая комедия о том, как потерять жениха и обрести семью.
Сбежать со своей свадьбы в костюме миссис Клаус — унизительно.
Забыться и уснуть в чужом доме — глупо.
Проснуться от крика «Папа, у нас под елкой Дедморозка умерла!» — вообще катастрофа.
Но иногда катастрофа — это именно то, что нужно.
Новогодняя романтическая комедия о том, как потерять жениха и обрести семью.
— Ты вся дрожишь! — порочно шепчет на ушко один из боссов, но я даже не могу разобрать, кто именно, ведь крепко зажмуриваюсь.
Горячие сильные руки прикасаются ко мне с удивительной нежностью.
— Неужели ты так нас боишься? — раздаётся низкий голос с другой стороны, а щёку обжигает горячее дыхание. — Мы тебя не съедим. Но это не точно...
***
За несколько часов до Нового года Дед Мороз решил исполнить моё желание найти себе мужчину и запер меня в лифте с двумя горячими боссами, при виде которых дрожат колени, а внизу живота разгорается пожар. Они считают, что я буду лёгкой добычей, но ошибаются. Эти хищники узнают, что и у меня есть зубки.
Горячие сильные руки прикасаются ко мне с удивительной нежностью.
— Неужели ты так нас боишься? — раздаётся низкий голос с другой стороны, а щёку обжигает горячее дыхание. — Мы тебя не съедим. Но это не точно...
***
За несколько часов до Нового года Дед Мороз решил исполнить моё желание найти себе мужчину и запер меня в лифте с двумя горячими боссами, при виде которых дрожат колени, а внизу живота разгорается пожар. Они считают, что я буду лёгкой добычей, но ошибаются. Эти хищники узнают, что и у меня есть зубки.
Выберите полку для книги