Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

— Тут… тут такая ситуация… Произошла ошибка. Недоразумение. Ваш материал… он был использован.
— Что значит «использован»?
— Дмитрий Анатольевич. Нам очень жаль. Это… это ужасная ошибка. Мы проводим внутреннее расследование. Но факт в том, что… женщина, которой предназначался материал другого донора, получила ваш. И… она уже родила.
Я молчу, пытаясь переварить услышанное. Родила. От меня. Какая-то незнакомая женщина.
— Адрес, — выдавливаю из себя. — Имя.
Девушка на том конце торопливо диктует адрес и имя, затем добавляет:
— И, ну… как бы это сказать, чтобы хоть немного сгладить… У вас родилась двойня. Двойное счастье!

Двойное счастье. Они издеваются? Это должно меня утешить? То, что я теперь отец сразу двоих неизвестных мне детей, рожденных неизвестно кем по вине этой клиники?

– Ты… Наверно, домработница? А почему у вас дверь открыта? Так нельзя.
– Я… – замешкалась.
– Помогай, – она отпустила шарики и обернувшись, наклонилась. А потом повернулась, держа в руке большого плюшевого медведя, упакованного в прозрачный мешок. – У нас много дел, – женщина прошла в дом и поставив игрушку на пол, осмотрелась. – А тут здорово. Просторно как. И свежий воздух. Да, ребенку будет лучше за городом.
– Постойте. А вы кто? – наконец выдавила я, чувствуя, как внутри все напряглось.
– Я мать хозяина этого дома, – она смерила меня надменным взглядом. – Для тебя Инна Леонидовна. Покажи мне тут все. И где Кирилл с Ангелиной сделали детскую?
Что-то я ничего не понимаю. Знакомство с будущей свекровью явно свернуло не в то русло.
– Простите. А кто такая Ангелина?
Мама Кирилла хмыкнула и покачала головой.
– Жена Кирилла, конечно. Сегодня ночью она подарила моему сыночку дочку.

На непослушных ногах иду к кабинету нового босса в надежде, что мой маскарад поможет, и он меня не узнает.
Я старалась убедить себя, что смена начальства меня никак не коснётся. У меня маленькая должность, и я никогда не пересекалась с прежним руководством.
Поправляю на носу одолженные очки в толстой оправе, кутаюсь в тёплую шаль, сжимаясь под ней, и вхожу в приемную. Прямо передо мной закрывается дверь в кабинет начальника. Наверное, секретарша вошла, потому что в приёмной никого нет. Готовлюсь ждать, когда босс освободится, и тут слышу знакомые голоса.
— Дядя, а вы маму не обижаете?
— Да-да, дядя нам очень интелесно, почему мама так не хочет ходить на лаботу. Ланьше хотела, а тепель волнуется.
Сердце пропускает удар. Если я не сошла с ума от нервов, то это голоса моих дочек. Но что они делают в кабинете моего босса и своего отца?
Они же с мамой гуляют в парке. Или нет?

Он изменил мне с подругой, и мой, казалось бы, идеальный мир в одночасье рухнул. Во второй раз ― когда я узнала, что ношу под сердцем нашу дочь. Я не смогла простить его и уехала в другой город, чтобы всё начать сначала, не подозревая, что через десять лет встречу его вновь…

– Сосед, у меня к вам… – голос срывается от волнения, – деловое предложение. Притворитесь моим мужчиной.
Громов шумно проглатывает отварную картошку, запивает ее игристым и отвечает хрипло:
– Притвориться твоим мужиком? Хорошо, Василёк. Но ночи будут настоящие!
– Какие еще настоящие ночи?
– Жаркие, очень жаркие, - играет бровями.
– Прекратите, - прикладываю ладони к груди. – Я просто прошу вас пойти со мной на свадьбу подруги и сделать вид, что вы от меня без ума.
– Да мне и играть не надо. Я и так от тебя без ума.
Врёт, мы с первой встречи друг друга ненавидим.
– Громов, у меня нет времени на ваши шуточки! Свадьба через несколько дней, а у меня нет ни плана, ни мужчины, ни даже приличного платья!
– Не волнуйся, Василёк. Я все беру на себя. Будешь блистать, как бриллиант. И платье найдем, и жениха отвадим, и, может, даже, – подмигивает, – кое-что еще сделаем…

- Мы что, застряли? - шепчу испуганно, когда лифт останавливается.
- О, да… - улыбается дерзко красавчик и прижимается ко мне, - Чувствуешь, как становится жарко?

Муж разбил мне сердце, а сын лучшей подруги собрал осколки…
Я для него - запрет.
Но ему плевать. Он не ищет разрешения. Он берет.

-Ларина, - шепчет он. – Не закрывайся. Ты же об этом мечтала не правда ли?
Я не понимающе хлопала глазами, пока смысл его слов не дошел до моего замутненного сознания. Мои брови сошлись на переносице, а в сердце возилась стальная догадка. Замираю в его руках, глядя на его циничную ухмылку, когда он начинает цитировать мой личный дневник, которому я изливала душу по ночам, и который пропал из моего рюкзака две недели назад…
- «Я бы хотела хоть раз, хоть один чертов раз, почувствовать его губы, его руки…» -Хриплым шепотом возле моего уха. Его голос, словно лезвием рассек мое сознание, и только чудом я не лишилась чувств, и не упала прямиком там, где повисла на его руках.
-Отпусти, - прошипела, отталкивая его.

Наша история началась так давно, что кажется просто чьим-то вымыслом. Что может быть нелепее? Богатый избалованный мажор и дочь матери одиночки, которая выживает в том мире, который он изо всех сил игнорирует, презирает и ненавидит. Может ли быть у такой любовной истории хеппи

Измена мужа перевернула всё.
Я сбежала, не найдя в себе сил для разборок. Уехала, спряталась ото всех.
Но муж не смирился с побегом. Он начал на меня охоту, ведь его любовница бесплодна, а я жду ребенка.
Но я не буду жертвой, и не прощу. У меня появился союзник и интересные документы, которые сломают жизнь мужа напополам так же, как он сломал мою.

— Уважаемый, оставьте студентку Петрову в покое, пусть девушка идёт по своим делам. — И добавляет с улыбкой: — Ступай, Улечка, всего хорошего.
Мой мозг в этот момент:
>>>[404 ERROR] ГЕНДЕРНЫЕ ПРИЗНАКИ НЕ ОБНАРУЖЕНЫ [ПЕРЕЗАГРУЗКА СИСТЕМЫ...]
Я смотрю на этого «ПАЦАНА» - вернее, теперь уже понятно, что «НЕ ПАЦАНА» - и чувствую, как по мне начинает пробегать мелкая дрожь. Не то от ярости, не то от дичайшего стыда. Где-то в глубине души просыпается полный словарный запас матроса срочной службы. Мля….
«Какая, нахрен, Улечка?!», - хочется закричать мне. Это же тот самый дрищ, который мне в пятницу нос расквасил! И он... то есть ОНА оказывается девчонка!

Тимур — харизматичный красавчик-прокурор. Уля — брейк-дансерша, которая дважды уложила его на асфальт. Их знакомство началось с разбитой машины и носа, но мама Тимура, жаждущая внуков, заставляет их заключить контракт. Теперь им нужно изображать пару, не подраться и не влюбиться по-настоящему. Последнее — самое сложное!

Меня отдали ему в 14 лет. Пообещали как какую-то вещь. Игрушку. Ненужную куклу. И это в современном мире. Тогда, когда даже не все народы востока себе это позволяют. Мы не видели друг друга. Никогда. Ни разу в жизни. Он улетел в Америку и вернулся за мной через 4 года. В день моего восемнадцатилетия. И теперь моя жизнь похожа на ад. Потому что я не нужна ему, но обязана ему принадлежать.