Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

- Папочка, я хочу ее! – заявила девчушка и ткнула в мою сторону пальцем.
- Вот как? – брови отца девочки удивленно взмыли вверх.
- Так! – кивнула девочка.
- Между прочим, тыкать пальцами в сторону людей невежливо. И так поступают только невоспитанные девочки, - выдала я.
- Вот и займешься воспитанием моей дочери, - заявил этот папаша. А потом закинул меня на свое плечо, словно я была мешком с картошкой.
- Вы что делаете? – взвизгнула я и потребовала: - Сейчас же отпустите меня!
- Тройной оклад! – процедил этот гад, уверенно неся меня к выходу.
- Да иди ты со своим окладом… - попыталась послать его, но сразу же получила тяжелой ладонью по вторым девяносто и тихое предупреждение:
- Плохих девочек наказывают!
*****
Вот тебе и навестила подругу в ее агентстве по подбору персонала. Всего лишь хотела отдохнуть, а оказалась няней для дочери главного конкурента брата. А все потому что маленькая девочка решила, что я ей отлично подхожу в качестве няни. Или нет? В качестве мамы?

Я возвращалась с церкви когда мне позвонила любовница мужа с требованием отпустить его к ней.
— Кто такая Диана, — спросила я у мужа вечером.
— Диана, моя любимая женщина, — нагло глядя мне в глаза сказал Игорь.
— Тогда забирай чемодан, — сказала я. — И уходи прямо сейчас к ней.
— Знаешь что, Маша? — голос его вдруг стал злым. — Ты мне так надоела. Скучная, неинтересная, расплывшаяся баба, которая только и умеет, что печь куличи да стирать носки.
И он ушел хлопнув дверью.
Вот так в свои сорок семь лет я стала брошенной женой с разбитым сердцем.
Но жизнь — непредсказуемая штука и может подарить новую любовь там, где ты её совсем не ждёшь. Главное — вовремя собрать чемодан и сесть в самолёт.

Вся трясусь от страха. Наставляю пистолет на этого монстра.
— Чего ждёшь? Стреляй. — не повышая голоса говорит Грозный и встаёт передо мной так, что дуло упирается в его грудь. — Потому что если не выстрелишь, тебя ждёт наказание.
Зажмуриваюсь.
Касаюсь курка.
Но руки не слушаются.
Не могу…
Рвано выдыхаю, сдаваясь.
Удар — и пистолет отлетает куда-то в сторону, а я оказываюсь припечатанной к стене его телом. Жаром накрывает с головой. Пальцы сжимаются на моей шее, лишая воздуха.
— А утром, когда целовала меня, ты была смелее, фея... — шепчет он и край моего халата ползёт вверх под его горячей ладонью.

Моя жизнь разделилась на «до» и «после».
До — бывший-нахлебник, который крал мои деньги, изменял и выгнал на улицу.
После — бандит, который называет меня феей и крадёт из больницы. Не знаю, зачем я ему нужна, но точно не лечить раны. Он не соблюдает приличия, ему плевать на правила.
Имя ему — Грозный.

Стройняшка Элеонора умела хлопать ресницами и носить модные бренды. Пышка Маргарита умела сводить балансы и взламывать серверы.
Угадайте, кто из них в финале поедет в ЗАГС с генеральным директором, а кто — в автозаке с полицией?
Романтическая комедия о том, что ум — это новые 90-60-90.

— Вы мой начальник! — восклицаю возмущённо.
— Я мужчина в первую очередь, — Иван Владимирович довольно улыбается. — А моя должность, как я понял, наоборот, должна стать для тебя дополнительным бонусом.
— Бонусом?! — уже почти шепчу я.
— Конечно! — взгляд Главного неожиданно холодеет. — Ты же для этого решила и со мной замутить интрижку? Выгода для тебя на первом месте, так ведь? Поэтому нечего строить из себя девочку-фиалку.
Мне кажется, что я очутилась в параллельной реальности. И она мне сильно не нравится!
С чего вдруг Иван Владимирович решил, что я хочу стать его любовницей?!
— Мне ничего от вас не надо! — встаю со стула, желая как можно быстрее уйти покинуть кабинет.
— Не скромничай, Алевтина, я читал твоё письмо! — громко говорит Главный. — Ты предлагаешь мне себя, но за некоторые преференции с моей стороны. Что ж, я принимаю твоё… щедрое предложение.
У меня даже рот от удивления приоткрывается.
— Письмо?! Но я ничего не писала!

Давай начистоту: ты никогда не обладала модельной внешностью.
— Вот именно, Петя, никогда, — перебила она его, резко развернувшись к мужу. В голосе зазвучали стальные нотки, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Я не была 90-60-90. А ты говоришь так, будто я из худой анорексички превратилась в толстую бабищу.
— Да ты никогда стройностью не отличалась, — Пётр нахмурился, не замечая, как его слова ранят. — Но ведь можно же было за десять лет брака привести себя в порядок! Раньше я был обычным рядовым сотрудником, а сейчас — начальник огромного отдела. У меня в подчинении две сотни человек, и моя жена должна мне соответствовать.

—Я с сыном в больнице лежала, а ты с любовницей в Париже на Эйфелеву башню смотрел,— с упреком напомнила я, толкнув уже бывшего в грудь.
—А ты не завидуй,— обрубил тут же Костя. —Тебе я браслет и комплект сережек от Картье тогда привез и Алешке новый гоночный трек,чтоб выздоравливал быстрее.
Я закипела от злости.
—Ненавижу тебя, Кость,— выкрикнула злое.
Бывший довольно усмехнулся.
—А я вот люблю тебя, козу такую. И развелся кстати уже. Так что скажи своему суженому, что лошадка в стойло возвращается. Поиграли в развод и хватит….


Пять лет назад мы с Костей развелись из-за его измен. И вот уже пять лет, как я замужем снова, но бывший до сих пор не дает мне покоя.

— А ты не злись, что я рассказал. Ну подумаешь, Алинка моя с твоим Никиткой шашни крутит. Давай скорее чемоданы собирай, мы с тобой бэбика заделаем, они обзавидуются.

Алиса мечтала о книгах и большой любви. Он привык получать всё, что пожелает. Год брака в обмен на свободу брата. Никакой любви. Только контракт. Только год.
Но одержимость не приемлет контрактов.
Алиса думала, что он сломал ей жизнь, но она не знала, что он подарит ей новую. Сможет ли она простить того, кто лишил её свободы? Способна ли любовь родиться из сделки? И что сильнее - подписанный контракт или чувство, которое не умещается ни в какие бумаги?
Жёсткий, чувственный, эмоциональный роман для тех, кто верит, что даже в самой тёмной клетке можно найти свой свет. История о том, как ненависть становится страстью, страсть - любовью, а сделка - судьбой.

💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 💚🤍💚

— Раздевайся, Оля. Это приказ.
— Но, Вадим Александрович… я не могу. Мой вес… я не модель. Все увидят, что я…
— Я сказал — раздевайся! — он подошёл вплотную, и я кожей почувствовала исходящую от него мощь. — Хочу видеть каждый сантиметр твоего прекрасного тела, которое ты так старательно прячешь под этим мешком.
— Вы же смеётесь надо мной? — В контракте сказано, что я просто фиктивная жена для отвода глаз…
Он резко перехватил мои руки и вжал в стену. Его взгляд, тёмный и голодный, обжёг мне губы.
— Слушай меня: ты — мой личный грех. И сегодня в этом номере ты поймёшь, что твои «лишние» килограммы — это то, от чего я схожу с ума вторую неделю.

— Морозова, сколько у тебя недель?
— Тридцать девять, шеф,— говорю я.
— И где обычно находятся женщины на этом сроке?
— В декрете? — догадываюсь.
— В больнице! — взрывается он. — В родильном отделении! За двадцать километров от этой проклятой кухни, где скользко, горячо и полно ножей! И где их отец? — он выплюнул это слово, будто оно горчит. — Где этот дегенерат, который втюхал тебе… это?
— Ну, он… загадочная личность. Склонная к амнезии.
— Амнезии? — хмурится сильнее. — Он что, идиот?
— Что-то вроде того..
Вольнов отводит глаза. Я вижу, как он сражается с собой — между тем, чтобы выгнать меня немедленно, и тем, чтобы… что? Пожалеть? Он не умеет жалеть. Он умеет только ругаться.
— Завтра поедешь в больницу, — отрезает. — Я сам отвезу.
Я киваю. Думаю о том, что он не помнит. Что если бы вспомнил — упал бы в обморок.
Что отец моих детей — это он. И что я никогда ему об этом не скажу.