Книги в жанре «Эротика»
Фанни Вилланелле влюблена в лучшего друга своего старшего брата уже восемь лет.
Делани «Дарк» Россетти — плохой мальчик, байкер, своенравный, эгоистичный и мегасексуальный. Он любит внимание девушек и не скупится обольстить их в ответ, но упорно игнорирует существование Фанни, которая всеми силами пытается заставить его обратить на себя внимание. Он любит называть ее младшей сестрой и говорить, что между ними не может быть никаких отношений, кроме братски-сестринских.
Но после одного Рождества, проведенного вместе, все меняется. Сможет ли Делани увидеть в Фанни женщину, чтобы полюбить всем своим черствым сердцем? И не будет ли слишком поздно для этого?
Делани «Дарк» Россетти — плохой мальчик, байкер, своенравный, эгоистичный и мегасексуальный. Он любит внимание девушек и не скупится обольстить их в ответ, но упорно игнорирует существование Фанни, которая всеми силами пытается заставить его обратить на себя внимание. Он любит называть ее младшей сестрой и говорить, что между ними не может быть никаких отношений, кроме братски-сестринских.
Но после одного Рождества, проведенного вместе, все меняется. Сможет ли Делани увидеть в Фанни женщину, чтобы полюбить всем своим черствым сердцем? И не будет ли слишком поздно для этого?
- Спасибо вам большое за помощь, - немного запинаясь, говорю я.
- Твоё спасибо мне не надо, - отвечает мужчина.
- Не надо? А что надо?
Разговарию с Бурым, а сама подцепляю пальцами ручку дверцы. Даже если выпаду на дорогу - не страшно. Страшно сейчас находиться с этим мужчиной наедине. Он смотрит мне прямо в глаза, а чувство такое, будто в душу заглядывает, завораживает, давит своей тяжёлой энергетикой, к месту прибивает.
- Рот, - хищно скалясь, выдаёт Бурый.
- Р-рот? - пищу я, заикаясь.
Убегая от отморозков, я прошу помощи у незнакомца, совершенно не подозревая, насколько дорого он мне обойдётся. Ведь мой спаситель - известный в городе криминальный авторитет...
- Твоё спасибо мне не надо, - отвечает мужчина.
- Не надо? А что надо?
Разговарию с Бурым, а сама подцепляю пальцами ручку дверцы. Даже если выпаду на дорогу - не страшно. Страшно сейчас находиться с этим мужчиной наедине. Он смотрит мне прямо в глаза, а чувство такое, будто в душу заглядывает, завораживает, давит своей тяжёлой энергетикой, к месту прибивает.
- Рот, - хищно скалясь, выдаёт Бурый.
- Р-рот? - пищу я, заикаясь.
Убегая от отморозков, я прошу помощи у незнакомца, совершенно не подозревая, насколько дорого он мне обойдётся. Ведь мой спаситель - известный в городе криминальный авторитет...
— Не уходи от ответа, Илай. Неужели наш убеждённый холостяк наконец влюбился?
— Влюбился, — подтверждает он, выбивая воздух из лёгких. Нет, это всё выше моих сил. А парень продолжает, явно пытаясь добить меня своей откровенностью: — Жаль только, мои чувства ей не нужны.
— Влюбился, — подтверждает он, выбивая воздух из лёгких. Нет, это всё выше моих сил. А парень продолжает, явно пытаясь добить меня своей откровенностью: — Жаль только, мои чувства ей не нужны.
Магия, призванная раскрывать тайны, связала их души и тела. Полгода разлуки превратили эту связь в одержимость.
Она — боевой маг. Он — эльфийский шпион. Их встреча — государственная измена, а любовь — смертный приговор. Но в заброшенном храме на заснеженном перевале война отступает.
Остаются только он, она и ночь, которую они украли у судьбы.
Она — боевой маг. Он — эльфийский шпион. Их встреча — государственная измена, а любовь — смертный приговор. Но в заброшенном храме на заснеженном перевале война отступает.
Остаются только он, она и ночь, которую они украли у судьбы.
Она летела в Турцию с разбитым сердцем. Беременная. Брошенная.
Этот отпуск должен был стать побегом. Но он, красивый восточный незнакомец, увидел в ней не брошенную женщину, а девушку, что способна на новое счастье. Готова ли она рискнуть?
Этот отпуск должен был стать побегом. Но он, красивый восточный незнакомец, увидел в ней не брошенную женщину, а девушку, что способна на новое счастье. Готова ли она рискнуть?
Чтобы стать главой клана, Моласса должна продемонстрировать свою силу. Но вместо марионетки она выбирает Алистера: сильнейшего из демонов.
29 лет в тюрьме не сломали его. Он станет символом ее власти и ее самой большой слабостью. Потому что усмирить зверя – одно. А заметить в его взгляде надежду – другое. Особенно когда весь мир ждет, что твое новое оружие обратится против тебя.
ДВУХТОМНИК
___
Внимание! В книге могут быть сцены употребления алкоголя и других веществ изменяющих сознание. Автор их не пропагандирует, а использует лишь как элемент художественного повествования.
___
29 лет в тюрьме не сломали его. Он станет символом ее власти и ее самой большой слабостью. Потому что усмирить зверя – одно. А заметить в его взгляде надежду – другое. Особенно когда весь мир ждет, что твое новое оружие обратится против тебя.
ДВУХТОМНИК
___
Внимание! В книге могут быть сцены употребления алкоголя и других веществ изменяющих сознание. Автор их не пропагандирует, а использует лишь как элемент художественного повествования.
___
— Ты заблудился? Это женская раздевалка, — говорю я, приподнимая подбородок и пытаясь выглядеть спокойнее, чем есть на самом деле.
— Знаю, Карева, — он останавливается вплотную, почти вжимаясь в меня.
Мамочки… у него там что?! Дубинка?!
— Пусти меня немедленно! Ты ненормальный?! Я закричу!
— Не дёргайся, рыжая, — шепчет он в мои губы, жарко и хрипло. — Ты сама этого хотела.
— Ничего я не хотела! — отчаянно шиплю я, чувствуя, как предательски дрожит моё тело. — Иди к чёрту!
— Обязательно схожу, — насмешливо соглашается Огнев, пальцами медленно ведя по моей талии, отчего по коже тут же пробегают мурашки. — Только вместе с тобой!
Я просто перевелась в новый универ и попала в поле зрения наглого мажора!
Теперь осталось выстоять и... не потерять себя!
— Знаю, Карева, — он останавливается вплотную, почти вжимаясь в меня.
Мамочки… у него там что?! Дубинка?!
— Пусти меня немедленно! Ты ненормальный?! Я закричу!
— Не дёргайся, рыжая, — шепчет он в мои губы, жарко и хрипло. — Ты сама этого хотела.
— Ничего я не хотела! — отчаянно шиплю я, чувствуя, как предательски дрожит моё тело. — Иди к чёрту!
— Обязательно схожу, — насмешливо соглашается Огнев, пальцами медленно ведя по моей талии, отчего по коже тут же пробегают мурашки. — Только вместе с тобой!
Я просто перевелась в новый универ и попала в поле зрения наглого мажора!
Теперь осталось выстоять и... не потерять себя!
Училка не захочет, студент не вскочит! Мы с училкою вдвоём замечательно живём! И втроём нам хорошо, и четвёртый бы зашёл! Шутка? Да только в каждой шутке только доля шутки... Случаи-то разные бывают!
Признаюсь: до этого балет казался мне бессмысленной суетой. Но её танец… Что-то внутри сжимается. Я засматриваюсь — и очухиваюсь лишь тогда, когда свет гаснет полностью, а вслед за этим раздаётся её пронзительный визг.
— Барбара! — кричит Бажаев.
Выстрел.
Зал взрывается паникой. Крики, топот. Когда свет снова вспыхивает, смарт-часы вибрируют. Новое уведомление. Я поднимаю взгляд на Бажаева — тот бледен.
— Она будет у нас, — говорю ровно, — до тех пор, пока ты не соберёшь информацию. Гарантирую её неприкосновенность. Но если эти люди прознают обо мне...
— Барбара! — кричит Бажаев.
Выстрел.
Зал взрывается паникой. Крики, топот. Когда свет снова вспыхивает, смарт-часы вибрируют. Новое уведомление. Я поднимаю взгляд на Бажаева — тот бледен.
— Она будет у нас, — говорю ровно, — до тех пор, пока ты не соберёшь информацию. Гарантирую её неприкосновенность. Но если эти люди прознают обо мне...
— Сними маску, — сказала я, пятясь к парапету. — Сними, или я прыгну.
Он замер. Потом медленно поднял руки к лицу. Пальцы в перчатках нащупали край пластика.
— Ты пожалеешь, — прошептал он.
— Я уже жалею. О том, что не сделала этого раньше.
Для фитнес-тренера Ланы привычный мир рухнул полгода назад. Кто-то невидимый следит за каждым её шагом: оставляет записки в квартире, проникает в дом, когда она моется в душе, и жестоко наказывает каждого, кто осмелится к ней прикоснуться. Полиция бессильна, близкие — под угрозой. Единственное, что остаётся девушке — пытаться не сойти с ума от страха и учиться жить под прицелом невидимых глаз.
Он замер. Потом медленно поднял руки к лицу. Пальцы в перчатках нащупали край пластика.
— Ты пожалеешь, — прошептал он.
— Я уже жалею. О том, что не сделала этого раньше.
Для фитнес-тренера Ланы привычный мир рухнул полгода назад. Кто-то невидимый следит за каждым её шагом: оставляет записки в квартире, проникает в дом, когда она моется в душе, и жестоко наказывает каждого, кто осмелится к ней прикоснуться. Полиция бессильна, близкие — под угрозой. Единственное, что остаётся девушке — пытаться не сойти с ума от страха и учиться жить под прицелом невидимых глаз.
Выберите полку для книги