Читать и слушать книги
– Детка, успокойся, – улыбается Наташа. – Не нужен мне твой мужик на постоянной основе. Он пока не дорос до того, чтобы обладать такой женщиной как я…
– Не знала, что у подстилок такое самомнение, – замечаю я и разворачиваюсь чтобы уйти.
– Да лучше быть подстилкой, чем такой лохушкой! Ты тупица! Тимур тебя просто использовал, чтобы заработать побольше денег для меня! Он даже твою премию потратил на то, чтобы свозить меня на отдых! Мы с ним скоро улетаем! Слышишь меня? Он со мной полетит и будет клясться в любви, пока ты рыдаешь от одиночества! Потому что удел таких как ты, питаться объедками с моего стола!
Я смотрю на нее с легким пренебрежением. Даже смешно становится от того, как она пытается убедить саму себя в том, что в чем-то меня превосходит.
– Олеся? – доносится до меня голос мужа. – А ты что здесь делаешь?
– Пришла поздравить тебя с увольнением, – спокойно отвечаю я.
– Ты хотела сказать с повышением, – самодовольно поправляет он.
– Не знала, что у подстилок такое самомнение, – замечаю я и разворачиваюсь чтобы уйти.
– Да лучше быть подстилкой, чем такой лохушкой! Ты тупица! Тимур тебя просто использовал, чтобы заработать побольше денег для меня! Он даже твою премию потратил на то, чтобы свозить меня на отдых! Мы с ним скоро улетаем! Слышишь меня? Он со мной полетит и будет клясться в любви, пока ты рыдаешь от одиночества! Потому что удел таких как ты, питаться объедками с моего стола!
Я смотрю на нее с легким пренебрежением. Даже смешно становится от того, как она пытается убедить саму себя в том, что в чем-то меня превосходит.
– Олеся? – доносится до меня голос мужа. – А ты что здесь делаешь?
– Пришла поздравить тебя с увольнением, – спокойно отвечаю я.
– Ты хотела сказать с повышением, – самодовольно поправляет он.
Мой муж.
Он держал за руку молодую девушку с бледным лицом и испуганными глазами. Его пальцы аккуратно гладили её, пусть и плоский, но беременный живот.
Я застыла в дверях. Пальцы на ручке судорожно сжались. Я просто смотрела. Без дыхания. Без мысли.
Выйдя из палаты, шла не чувствуя ног.
– Подожди, Марин! – окликнул меня муж взволнованным голосом. – Я все могу тебе объяснить. – произнес муж, с силой сжимая мою руку.
– Это… ребёнок? – спросила сквозь ком в горле.
– Я не хотел, чтобы ты узнала так… – произнес отведя взгляд в сторону. – Но ты не можешь родить, Марин! – выкрикнул он. – Ну переспал я с ней один раз и из-за этого развод сразу? Ты лучше подумай о том, что сможешь со мной ребенка моего растить. Считай ляльку тебе сделал.
Он говорил, а у меня перед глазами картинки того как он держал её за руку так, как раньше держал когда-то меня, когда я попадала под капельницами после неудачных попыток забеременеть.
Он держал за руку молодую девушку с бледным лицом и испуганными глазами. Его пальцы аккуратно гладили её, пусть и плоский, но беременный живот.
Я застыла в дверях. Пальцы на ручке судорожно сжались. Я просто смотрела. Без дыхания. Без мысли.
Выйдя из палаты, шла не чувствуя ног.
– Подожди, Марин! – окликнул меня муж взволнованным голосом. – Я все могу тебе объяснить. – произнес муж, с силой сжимая мою руку.
– Это… ребёнок? – спросила сквозь ком в горле.
– Я не хотел, чтобы ты узнала так… – произнес отведя взгляд в сторону. – Но ты не можешь родить, Марин! – выкрикнул он. – Ну переспал я с ней один раз и из-за этого развод сразу? Ты лучше подумай о том, что сможешь со мной ребенка моего растить. Считай ляльку тебе сделал.
Он говорил, а у меня перед глазами картинки того как он держал её за руку так, как раньше держал когда-то меня, когда я попадала под капельницами после неудачных попыток забеременеть.
Документ на продажу нашего бизнеса.
— Подписывай! — шипит Тимур, брызгая слюной, будто уже выиграл главный бой своей жизни. — Иначе ты и этих десяти процентов не увидишь.
Рука дрожит, будто это не моя рука вовсе, но через пару мгновений там уже эта злополучная подпись.
Не успеваю даже подумать, как Тимур вырывает у меня бумаги попутно задев меня больно локтем и, довольный, уносится прочь.
Я сижу, опустив голову, в кабинете, полном людей.
Грохот, топот, визгливый крик. Тимур врывается назад в настоящей истерике, силится прорваться к столу через охранника.
— Что это значит?! Почему я получаю всего лишь один процент?! — визжит он, пытаясь прорваться.
— Ты правда думал, что я не узнаю что ты делаешь у меня за спиной со своей любовницей? — охранник держит его мертвой хваткой. — Все наши документы уже в суде.
Тимур бледнеет, озираясь:
— Ты… подала на развод?
— Нет, я подала на признание нашего брака фиктивным.
— Подписывай! — шипит Тимур, брызгая слюной, будто уже выиграл главный бой своей жизни. — Иначе ты и этих десяти процентов не увидишь.
Рука дрожит, будто это не моя рука вовсе, но через пару мгновений там уже эта злополучная подпись.
Не успеваю даже подумать, как Тимур вырывает у меня бумаги попутно задев меня больно локтем и, довольный, уносится прочь.
Я сижу, опустив голову, в кабинете, полном людей.
Грохот, топот, визгливый крик. Тимур врывается назад в настоящей истерике, силится прорваться к столу через охранника.
— Что это значит?! Почему я получаю всего лишь один процент?! — визжит он, пытаясь прорваться.
— Ты правда думал, что я не узнаю что ты делаешь у меня за спиной со своей любовницей? — охранник держит его мертвой хваткой. — Все наши документы уже в суде.
Тимур бледнеет, озираясь:
— Ты… подала на развод?
— Нет, я подала на признание нашего брака фиктивным.
История знакомства 200-летней вампирши и смелого горячего парня по имени Макс.
***
— Ты уверен, что хочешь этого? – сквозь зубы процедила я.
— Я тебя не боюсь. – прошептал он мне прямо в ухо и в доказательство своих слов подошел еще ближе, прислонившись к моей груди вплотную и крепко приобняв за талию одной рукой.
— Но твое сердце бешено колотится. – я вопросительно приподняла бровь все еще глядя ему прямо в глаза.
— Поверь мне, это не от страха, детка.
***
— Ты уверен, что хочешь этого? – сквозь зубы процедила я.
— Я тебя не боюсь. – прошептал он мне прямо в ухо и в доказательство своих слов подошел еще ближе, прислонившись к моей груди вплотную и крепко приобняв за талию одной рукой.
— Но твое сердце бешено колотится. – я вопросительно приподняла бровь все еще глядя ему прямо в глаза.
— Поверь мне, это не от страха, детка.
- У меня день рождения! Ты сказал, что выполнишь любое мое желание! И я хочю, чтобы вы с мамой снова друг друга любили и поженились!
Вернуть бывшую, которая меня ненавидит? Ту самую, которую только что уволил?!
- Малыш, это невозможно, пойми.
- Вы друг на друга дуетесь как маленькие!
- Все не так просто, - улыбаюсь ей.
- Просто! От ненависти до любви один шаг, папа, - говорит она как взрослая, - сделай его пожалуйста!
Между нами с бывшей пропасть из ненависти, взаимных обид и упрёков. А еще одна маленькая девочка, которая верит в чудо...
Есть ли у нас шанс?
Вернуть бывшую, которая меня ненавидит? Ту самую, которую только что уволил?!
- Малыш, это невозможно, пойми.
- Вы друг на друга дуетесь как маленькие!
- Все не так просто, - улыбаюсь ей.
- Просто! От ненависти до любви один шаг, папа, - говорит она как взрослая, - сделай его пожалуйста!
Между нами с бывшей пропасть из ненависти, взаимных обид и упрёков. А еще одна маленькая девочка, которая верит в чудо...
Есть ли у нас шанс?
Открываю дверь в номер.
На огромной кровати двое: обнажённая женщина и мой муж.
Что делать в таких ситуациях? Почему никто ещё не написал инструкцию для женщин, заставших мужей за изменой?
Не могу ни пошевелиться, ни нормально вдохнуть — в горле ком, который не пропускает воздух, и я захлёбываюсь в немых рыданиях.
Ваня открывает глаза, сонно моргает, пытаясь сфокусировать взгляд на моём лице.
— Ань? Ты откуда здесь?
— Как ты мог?!
Я нарекла его предателем и решила, что он не достоин знать о нашем ребёнке. Но четыре года спустя судьба свела нас снова, когда бывший муж сбил меня на своей машине...
На огромной кровати двое: обнажённая женщина и мой муж.
Что делать в таких ситуациях? Почему никто ещё не написал инструкцию для женщин, заставших мужей за изменой?
Не могу ни пошевелиться, ни нормально вдохнуть — в горле ком, который не пропускает воздух, и я захлёбываюсь в немых рыданиях.
Ваня открывает глаза, сонно моргает, пытаясь сфокусировать взгляд на моём лице.
— Ань? Ты откуда здесь?
— Как ты мог?!
Я нарекла его предателем и решила, что он не достоин знать о нашем ребёнке. Но четыре года спустя судьба свела нас снова, когда бывший муж сбил меня на своей машине...
Что происходит, когда избалованную наследницу отправляют на "перевоспитание" в глухую деревню, где нет ни WiFi, ни шопинга, ни привычного комфорта?
София Троекурова привыкла к роскоши и вниманию. Ее мир — это бутики, рестораны и бесконечные вечеринки. Но родители, уставшие от ее выходок, принимают радикальное решение: три месяца в деревне у дальних родственников. Никаких поблажек, никаких денег — только тяжелая работа и суровые будни.
Андрей — местный фермер, который должен обучить городскую принцессу основам настоящей жизни. Он сразу видит в ней капризную девчонку и относится соответственно. Но под маской избалованности скрывается совсем другая женщина — та, которая сама не подозревает о своих истинных желаниях.
Иногда нужно потеряться, чтобы найти себя...
София Троекурова привыкла к роскоши и вниманию. Ее мир — это бутики, рестораны и бесконечные вечеринки. Но родители, уставшие от ее выходок, принимают радикальное решение: три месяца в деревне у дальних родственников. Никаких поблажек, никаких денег — только тяжелая работа и суровые будни.
Андрей — местный фермер, который должен обучить городскую принцессу основам настоящей жизни. Он сразу видит в ней капризную девчонку и относится соответственно. Но под маской избалованности скрывается совсем другая женщина — та, которая сама не подозревает о своих истинных желаниях.
Иногда нужно потеряться, чтобы найти себя...
— Она беременна, Надя.
— А я — никто, да?
— Ты справишься одна, а она нет.
Он ушёл к любовнице. С квартирой, машиной и громким «я тебя не люблю».
А я не плакала. Я запомнила. И начала план. Холодный. Точный. Без прощения.
Любовница хотела всё? Пусть теперь заплатит.
— А я — никто, да?
— Ты справишься одна, а она нет.
Он ушёл к любовнице. С квартирой, машиной и громким «я тебя не люблю».
А я не плакала. Я запомнила. И начала план. Холодный. Точный. Без прощения.
Любовница хотела всё? Пусть теперь заплатит.
Лана занимается спортивной гимнастикой сколько себя помнит. Для нее жизнь – это сборы и соревнования, борьба и противостояния, и так круглый год. И вряд ли лето в спортивном лагере что-то изменит, ведь здесь противостояний еще больше. Как не доказать другим спортсменам, что гимнастика – самая лучшая и сложная? Как не поставить на место зарвавшихся футболистов? Особенно одного из них – Вика, от одного взгляда которого сердце бьется чаще. Который улыбается только ей одной. Который… нет, нет, нет! Лана же не могла влюбиться в этого Вика? Только не она! Ведь Лана совсем не такая...
Маргарет была почти у дома, когда вдруг кто-то, резко подскочив сзади, развернул ее лицом к себе. От неожиданности девушка вздрогнула, но самообладания не потеряла, а наоборот – приготовилась к отпору. Каково же было ее удивление, когда в нападавшем она узнала Метью.
- Что ты здесь делаешь? И что тебе надо? – возмущенно спросила Мегги.
- А ты..., что делаешь здесь ты в такую рань? – В голосе Мета звучал плохо скрытый гнев и подозрительность. Он крепко держал ее за плечи и испытующе сверлил взглядом.
- Какое тебе до этого дело? Я не обязана отчитываться перед тобой! – Маргарет высокомерно подняла бровь и с издевкой договорила:
- Ходила в гости к солнышку – поздороваться, ведь ты говорил, что я – дочь солнца...
- Мегги, я не шучу: где ты была? – Метью внимательно осмотрел ее с головы до ног и вдруг взорвался:
- Ты..., ты в ночной рубашке? Бога ради – откуда ты идешь, - с мукой в голосе простонал Метью, - ты была на свидании?
- Что ты здесь делаешь? И что тебе надо? – возмущенно спросила Мегги.
- А ты..., что делаешь здесь ты в такую рань? – В голосе Мета звучал плохо скрытый гнев и подозрительность. Он крепко держал ее за плечи и испытующе сверлил взглядом.
- Какое тебе до этого дело? Я не обязана отчитываться перед тобой! – Маргарет высокомерно подняла бровь и с издевкой договорила:
- Ходила в гости к солнышку – поздороваться, ведь ты говорил, что я – дочь солнца...
- Мегги, я не шучу: где ты была? – Метью внимательно осмотрел ее с головы до ног и вдруг взорвался:
- Ты..., ты в ночной рубашке? Бога ради – откуда ты идешь, - с мукой в голосе простонал Метью, - ты была на свидании?
Выберите полку для книги