Читать и слушать книги

— Не можешь родить ребенка, дай сделать это другой! Знала бы, что ты бесплодная, ни за что не позволила Сереженьке на тебе жениться.

Валя посмотрела, как двигаются и кривятся губы новоявленного «репродуктолога», которая так легко поставила ей диагноз. И ведь на честном глазу Светлана Гаврилова верит в то, что несет. Ей и результаты диагностики показывали, и объясняли много раз, что так бывает. Но, все равно свекровь ходит за ней и скребет по нервам. Тычет и тычет ей, что Валентина пустоцвет. Глаза злые, недоверчивые. Мамулечка приперлась после обеда с «официальным визитом», как к себе домой.

Открываю дверь. На пороге бывшая.
— Чего пришла? Неужто соскучилась? — Складываю руки на груди.
— Я ненадолго. У меня к тебе дело.
— Дело? Простые смертные вокруг закончились, и тебе не из кого теперь сосать душу? Кто это? — Киваю резко на ребёнка.
— Познакомься, это Мира.
— Ясно.
— Не ясно. Мира — твоя дочь. И теперь она будет жить с тобой.

— Ого, как все запущено, — мужчина сжимает ладонь на моей талии. — Ты зажатая.
— Иди к черту!
— Могу, — он наклоняется, и его губы почти касаются моего уха. — А если захочешь, я с огромным удовольствием помогу снять напряжение.
Мужчина выпрямляется.
— Не дождешься.
— Опасная, — он улыбается, разворачивается и неспешно уходит.
Он входит в тот самый подъезд, куда через десять минут мне надо заносить свои вещи.
— Только не это, — недовольно выдыхаю я.
Этот опасный наглец – мой сосед.

– Рита, моя мать серьёзно больна, – наконец произносит муж.
– Что случилось? – выдыхаю я.
– Диагноз страшный, – отвечает Леонид и отводит глаза в сторону. – Но её можно спасти, правда, потребуется очень много денег.
– Но у тебя же они есть? – растерянно спрашиваю я.
– Речь идёт о заоблачной сумме, – признаётся он. – Придётся продать все что у нас есть… И квартиру, и мой бизнес.

– Коллеги. Позвольте представить вам спонсора, благодаря которому преобразится наша школа. Борисов Андрей Дмитриевич.
Аплодисменты прошлись волной. Я не захлопала. Просто не смогла.
Наверное, именно это и привлекло его внимание.
Потому что он обвел зал глазами, слегка улыбаясь, а потом остановил взгляд на мне. Улыбка моментально схлынула с его губ. Черты лица напряглись.
Секунда. Может, две. Мы пристально смотрели друг на друга, а потом он отвел глаза в сторону, и его лицо так и осталось серьезным.
– Здравствуйте, – голос. Тот самый. Ровный. Уверенный…
От которого мне на месте хочется провалиться. Сразу столько всего вспоминается. Брак, в котором я не была счастлива. Измены. Унижения.
Я ничего не забыла…
Андрей говорил долго. А я… я просто сидела и мечтала, чтобы речь Борисова поскорее закончилась.
Я хочу уйти…
Когда собрание подошло к концу, я поднялась со своего места и вышла.
Не хочу общаться с Андреем, даже здороваться.
Мы друг для друга стали давно чужими, пусть так и

— Вечером постараюсь приехать, кис, — говорит муж кому-то по телефону.
А я только что вернулась из магазина.
Он на балконе. Я просто подхожу и вырываю телефон из его рук.
— Ну здравствуй, киса. Я жена Валентина. А ты кто такая?
Молчание. А потом растерянный женский голос:
— Он сказал, что вы разошлись…
Муж оправдывается:
— Нин… Это не то, что ты думаешь…
— И слушать не хочу, Валя. Это развод!
Он раздувает ноздри, переходит в атаку:
— Не глупи, Нина. Ты нищая, безработная домохозяйка. Правда хочешь развестись? Тогда готовься. Наш сын останется со мной!
У меня подкашиваются ноги. Он и правда может это сделать.
Неужели, муж победил, и мне придётся простить измену?

Я очень хотела замуж. Настолько, что согласилась на глупый спор: месяц в глухой деревне без малейшей помощи. И все для того, чтобы доказать, что я не глупая белоручка, не способная ни на что, кроме бездумного сидения в соцсетях, как считает мой жених.
Вот только реальность оказалась далека от моих ожиданий: интернета здесь нет, а еще - водопровода, маркетплейсов и нормального супермаркета с продуктами. Зато бегают козы, на грядке растет клубника, а в поле - тракторист Иван, на которого я изо всех сил стараюсь не смотреть...

- Разве Вы вернётесь к жене?! – в голосе пани Буткевич появились нотки страха и немалого удивления. – Разве Вы сможете расстаться со мной после того, что произошло этой ночью?! – она горько заплакала.
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.

Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…

1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)

Правду говорят, что первая любовь редко приносит радость. Мне она принесла не только горе и беду, но и едва не сделала заключенной. Хорошо, когда есть друзья, готовые прийти на помощь.
Через семь лет история повторяется. Опять афера, снова страх. Но хуже становится, когда появляется бывший. Обвиняет меня в том, чего я не совершала. Это уже вообще ни в какие рамки...

Есения, вы уверены, что это правильная поза для работы с документами? — в голосе начальника явно слышалась насмешка.
— Можете не сомневаться, — буркнула я, отчаянно пытаясь расцепить браслет, который намертво вплёлся в ремешок туфли.
Он устроился в кресле, и я почувствовала, как краснею — его колени оказались прямо перед моим лицом.
— Может, я могу чем-то помочь?
— Лучше просто сделайте вид, что меня здесь нет, — промямлила я.
— А если серьёзно? — он подался вперёд.
— Если серьёзно, то я застряла, — призналась я, чувствуя, как жар заливает щёки. — И да, мне нужна помощь… присоединяйтесь.
Даниил Петрович неторопливо отодвинул кресло и устроился напротив, не сводя с меня взгляда.
— Как скажешь, солнышко…
Я провела ночь с мужчиной, который олицетворял всё: власть, опасность, невероятную красоту и богатство. Но есть одна деталь, которая превращает эту историю в настоящий кошмар. Мою лучшую подругу он называет… дочерью.