Читать и слушать книги
– Мы были с тобой вместе, Катя. Но любви не было. Наш брак был ошибкой, — сказал муж. — С самого начала.
— Но у нас есть сын, — выдохнула. — У нас Стёпа.
Муж замолчал.
Опустил глаза.
И в этой паузе я поняла всё.
— Наш сын, — сказал Лева медленно, — тоже ошибка. Я не хочу больше жить с нелюбимой женщиной. Я хочу жить по-настоящему. Ты — просто была удобной, Катя. Ты дура, если поверила, что такой мужчина, как я, всерьез хотел быть с тобой. Ты никчемная. В отличие от твоей подруги.
Пятнадцать лет я была для него удобной.
И никчемной.
Я застала его с лучшей подругой прямо в нашу годовщину.
А на следующий день он привез ее в нашу квартиру и держал нас с сыном на лестнице, не пуская домой.
Он убил нашу семью.
И за это поплатится.
— Но у нас есть сын, — выдохнула. — У нас Стёпа.
Муж замолчал.
Опустил глаза.
И в этой паузе я поняла всё.
— Наш сын, — сказал Лева медленно, — тоже ошибка. Я не хочу больше жить с нелюбимой женщиной. Я хочу жить по-настоящему. Ты — просто была удобной, Катя. Ты дура, если поверила, что такой мужчина, как я, всерьез хотел быть с тобой. Ты никчемная. В отличие от твоей подруги.
Пятнадцать лет я была для него удобной.
И никчемной.
Я застала его с лучшей подругой прямо в нашу годовщину.
А на следующий день он привез ее в нашу квартиру и держал нас с сыном на лестнице, не пуская домой.
Он убил нашу семью.
И за это поплатится.
Сначала это был просто необычный клиент - богатый и властный шейх. Потом он озвучил свои необычные пожелания: ему нужна была особая программа погружения в московскую жизнь и русскую культуру.
Дальше - больше. Особая программа стала обрастать рисковыми запросами, а я затягиваться в отношения, из которых невозможно выбраться.
Дальше - больше. Особая программа стала обрастать рисковыми запросами, а я затягиваться в отношения, из которых невозможно выбраться.
– Это… кто? – произношу ровным голосом.
Женщина садится, подтягивает плед повыше.
– Оксана, – говорит она, как будто представляется на корпоративе. – А вы, видимо, жена?
Михаил делает шаг ко мне.
– Свет, подожди. Это не так, как ты…
– Не подходи, – говорю тихо.
Мой муж мне изменил.
– Ты в нашем доме, – произношу я, и слова звучат как протокол. – Привёл сюда её.
– Свет, это просто… ну, так получилось. Не делай трагедии.
– Не делай трагедии? – я смотрю на него и вдруг понимаю, что даже плакать не могу. – Ты привёл чужую женщину в дом, где живёт твой ребёнок.
Михаил закатывает глаза, как подросток.
– Причём здесь ребёнок? Он в садике.
Я медленно поднимаю брови. Медленно – потому что внутри всё уже бежит.
– В садике? – повторяю я. – Из которого ты должен был его забрать!
Миша замирает, как и я.
***
У меня было всё, о чём мечтает любая женщина. Но всё рухнуло, когда муж в одночасье рушит весь наш брак, а потом на голову сваливается мой сосед...
Женщина садится, подтягивает плед повыше.
– Оксана, – говорит она, как будто представляется на корпоративе. – А вы, видимо, жена?
Михаил делает шаг ко мне.
– Свет, подожди. Это не так, как ты…
– Не подходи, – говорю тихо.
Мой муж мне изменил.
– Ты в нашем доме, – произношу я, и слова звучат как протокол. – Привёл сюда её.
– Свет, это просто… ну, так получилось. Не делай трагедии.
– Не делай трагедии? – я смотрю на него и вдруг понимаю, что даже плакать не могу. – Ты привёл чужую женщину в дом, где живёт твой ребёнок.
Михаил закатывает глаза, как подросток.
– Причём здесь ребёнок? Он в садике.
Я медленно поднимаю брови. Медленно – потому что внутри всё уже бежит.
– В садике? – повторяю я. – Из которого ты должен был его забрать!
Миша замирает, как и я.
***
У меня было всё, о чём мечтает любая женщина. Но всё рухнуло, когда муж в одночасье рушит весь наш брак, а потом на голову сваливается мой сосед...
-Че зыришь, глаза напузыришь! Вообще обнаглели, так пялиться в открытую! Никакого уважения к женщине! - фыркаю, поймав с поличным наглого мужика, разглядывающего меня. Я что, экспонат что ли, или дам с пышными формами не видел?! - ни стыда, ни совести, ничего лишнего!- говорю с недовольным лицом, а явно ничего не понимающий придурок стоит и хлопает своими длиннющими черными ресницами. - Бесит, ну вот на кой черт тебе такие веера?! - машу рукой чуть ли не перед его глазами, вслух выражая свое негодование.
-Натаща?! Раша Натаща! - подумав, но, видимо, плохо, выпаливает на ломаном русском.
-Сам ты Натаща! Понаехали тут! - закатываю глаза, выходя из местного магазина.
Отправиться в круиз на лайнере, чтобы принять участие в марафоне по похудению и потеряться в чужой стране? Легко! Теперь я без вещей, денег, а турки упорно называют меня Наташей!
-Натаща?! Раша Натаща! - подумав, но, видимо, плохо, выпаливает на ломаном русском.
-Сам ты Натаща! Понаехали тут! - закатываю глаза, выходя из местного магазина.
Отправиться в круиз на лайнере, чтобы принять участие в марафоне по похудению и потеряться в чужой стране? Легко! Теперь я без вещей, денег, а турки упорно называют меня Наташей!
— Тая, нам надо поговорить, — сказал муж, пока я стягивала окровавленные перчатки после операции у ротвейлера.
Я подняла на него глаза и замерла.
— Говори.
Он отвёл взгляд, а потом добил спокойно:
— У меня другая женщина.
Я только что спасла чужую собаку, а свой брак в тот вечер спасти уже не смогла. Я — ветеринар, привыкла зашивать раны, вытаскивать с того света и держать себя в руках. Но к тому, что муж не просто изменит, а приведёт в мой дом любовницу и полезет в мою клинику, я готова не была. Он решил, что раздавит меня деньгами, связями. Только он ошибся. Я не отступлю. И очень скоро ему придётся узнать, как больно бывает, когда добычей становится не жена, а хищница.
Я подняла на него глаза и замерла.
— Говори.
Он отвёл взгляд, а потом добил спокойно:
— У меня другая женщина.
Я только что спасла чужую собаку, а свой брак в тот вечер спасти уже не смогла. Я — ветеринар, привыкла зашивать раны, вытаскивать с того света и держать себя в руках. Но к тому, что муж не просто изменит, а приведёт в мой дом любовницу и полезет в мою клинику, я готова не была. Он решил, что раздавит меня деньгами, связями. Только он ошибся. Я не отступлю. И очень скоро ему придётся узнать, как больно бывает, когда добычей становится не жена, а хищница.
Трижды Валера проворачивался со своей женой Варей потерю памяти и её спасение...
А потом в её жизни появился Ваня...
А потом в её жизни появился Ваня...
🔥 ЗАВЕРШЕНО! ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! 🔥
— Ты изменил мне в нашу годовщину! С нашей горничной! Как ты мог все разрушить? Вот так! — мой голос звенит от шока и боли.
— Да брось, Алина. Я ничего не разрушал... Все как раз наоборот! — муж недовольно морщится, делая шаг ко мне. — Пять лет брака. Огонь не может гореть вечно. Мне нужна была разрядка, чтобы потом вернуться в нашу спальню с нормальным желанием!
Меня тошнит от его оправданий. Он измазал грязью нашу семью и искренне считает, что сделал это ради меня.
— Я подаю на развод!
Вадим издевательски усмехается.
— Серьезно? Да я оставлю тебя ни с чем. Куда ты пойдешь? Хватит строить из себя святую, все мужики гуляют. Смирись.
Я до боли сжимаю в кармане бархатную коробочку, которую приготовила ему в подарок. В ней лежит тест на беременность с двумя яркими полосками.
— Ты потерял... — крик рвется наружу. Чуть не слетает с губ «нас». Я сглатываю ком в горле и бросаю ему в лицо:
— Ты потерял меня. Навсегда!
— Ты изменил мне в нашу годовщину! С нашей горничной! Как ты мог все разрушить? Вот так! — мой голос звенит от шока и боли.
— Да брось, Алина. Я ничего не разрушал... Все как раз наоборот! — муж недовольно морщится, делая шаг ко мне. — Пять лет брака. Огонь не может гореть вечно. Мне нужна была разрядка, чтобы потом вернуться в нашу спальню с нормальным желанием!
Меня тошнит от его оправданий. Он измазал грязью нашу семью и искренне считает, что сделал это ради меня.
— Я подаю на развод!
Вадим издевательски усмехается.
— Серьезно? Да я оставлю тебя ни с чем. Куда ты пойдешь? Хватит строить из себя святую, все мужики гуляют. Смирись.
Я до боли сжимаю в кармане бархатную коробочку, которую приготовила ему в подарок. В ней лежит тест на беременность с двумя яркими полосками.
— Ты потерял... — крик рвется наружу. Чуть не слетает с губ «нас». Я сглатываю ком в горле и бросаю ему в лицо:
— Ты потерял меня. Навсегда!
— Пойдем? — говорит красавчик, протягивая мне руку.
Деловой ужин пошел не по плану.
Мой жених в полном удивлении округляет глаза, когда я принимаю гостеприимно протянутую руку.
— Таня, куда? Ты охренела?!
— Да, я охренела. Примерно на десять из десяти!
На выходе из зала шепчу красавчику:
— Родители запрещают мне уходить с незнакомыми дяденьками.
Он лениво усмехается:
— Со мной можно.
Я сбежала из-под венца с невероятным мужчиной, и он... ни в чем мне не отказывал, кроме одного - самого главного!
— Нам будет очень хорошо... СПАТЬ.
— Просто спать? А как же секс?!
— Вместо него ты получишь удовольствие от моей неприлично удобной кровати.
История непутёвой Тани из романа "Неженка и хищники"
Деловой ужин пошел не по плану.
Мой жених в полном удивлении округляет глаза, когда я принимаю гостеприимно протянутую руку.
— Таня, куда? Ты охренела?!
— Да, я охренела. Примерно на десять из десяти!
На выходе из зала шепчу красавчику:
— Родители запрещают мне уходить с незнакомыми дяденьками.
Он лениво усмехается:
— Со мной можно.
Я сбежала из-под венца с невероятным мужчиной, и он... ни в чем мне не отказывал, кроме одного - самого главного!
— Нам будет очень хорошо... СПАТЬ.
— Просто спать? А как же секс?!
— Вместо него ты получишь удовольствие от моей неприлично удобной кровати.
История непутёвой Тани из романа "Неженка и хищники"
Идет 1849 год. Эмилия Лоуренс, дочь графа и светская львица, оказавшись в Индии, пережив потерю мужа, стала помогать обездоленным и пострадавшим от грабежей беднякам. В это время в колонии начинает разгораться восстание сипаев. К нему сложили все предпосылки задолго до его начала. Гордый глава древнего индийского семейства потребовал убраться со своих земель капитана Ост-Индской компании, чем разгневал его. Войска уничтожили почти всю семью. Один из выживших сыновей, Раджа, принял участие в восстании и попал в плен. Эмилия со своими друзьями освобождает его. В награду он предлагает спасителям отправиться вместе с ним за спрятанными в отцовском доме сокровищами. Друзья соглашаются. Впереди их ждет полное опасностей и красот приключение.
– Ты чего здесь? – спросил муж с легким раздражением. – Я думал, ты сегодня работаешь из дома.
– А я думала, что мы открываем новую кофейню, а не спонсируем чужой салон красоты, – мой голос прозвучал хрипло, совершенно чуждо. Я развернула к нему монитор с открытыми выписками из банка. – Объясни мне это, Игорь.
Его уверенность слетела в ту же секунду, уступая место затравленному, бегающему взгляду. Он шагнул к столу, посмотрел на экран, затем на меня, и попытался изобразить искреннее возмущение.
– Вера, ты не понимаешь. Это выгодные инвестиции, чтобы потом…
– Чтобы потом твоя любовница хвалилась, как ты поддерживаешь ее бизнес?
Лицо мужа исказилось.
Он ударил кулаком по столу, заставив меня вздрогнуть.
– А что ты хотела?! – заорал он, глядя на меня со злой, отчаянной яростью. – Да, я помог ей! Потому что с ней я чувствую себя живым человеком!
– А я думала, что мы открываем новую кофейню, а не спонсируем чужой салон красоты, – мой голос прозвучал хрипло, совершенно чуждо. Я развернула к нему монитор с открытыми выписками из банка. – Объясни мне это, Игорь.
Его уверенность слетела в ту же секунду, уступая место затравленному, бегающему взгляду. Он шагнул к столу, посмотрел на экран, затем на меня, и попытался изобразить искреннее возмущение.
– Вера, ты не понимаешь. Это выгодные инвестиции, чтобы потом…
– Чтобы потом твоя любовница хвалилась, как ты поддерживаешь ее бизнес?
Лицо мужа исказилось.
Он ударил кулаком по столу, заставив меня вздрогнуть.
– А что ты хотела?! – заорал он, глядя на меня со злой, отчаянной яростью. – Да, я помог ей! Потому что с ней я чувствую себя живым человеком!
Выберите полку для книги