Книги в жанре «Любовные романы»
— Я так и знала... так и знала, что ты с ней... — прижимаю телефон к уху, глядя на экран телевизора, на котором мой муж целует свою "лучшую подругу" на глазах у всей страны.
— Что ты хочешь услышать от меня? Что я люблю ее всю жизнь? Что ты была просто заменой?
— Я хочу знать правду!
— Правду? Держи! Я думал, что женился на домашней девочке, которая будет относится с пониманием к моему положению и "привилегиям", которые оно за собой несет. Если для моих дел нужно, чтобы я на телеке засветился с другой бабой, значит, так нужно. Если потребуется, я даже с тобой разведусь и на ней женюсь. Но от этого тебя любить не перестану...
— Ясно, — выдыхаю, вытирая слезу. — Когда ты домой приедешь, меня уже там не будет. Не удивляйся.
— Только посмей куда-нибудь дернуться... — угроза мужа тонет в коротких гудках.
Мне не требуется много времени на то, чтобы собраться. Вся жизнь длиною в восемь лет умещается в два чемодана. Но, как там говорят, беда не приходит одна?
Далеко уехать не пол
— Что ты хочешь услышать от меня? Что я люблю ее всю жизнь? Что ты была просто заменой?
— Я хочу знать правду!
— Правду? Держи! Я думал, что женился на домашней девочке, которая будет относится с пониманием к моему положению и "привилегиям", которые оно за собой несет. Если для моих дел нужно, чтобы я на телеке засветился с другой бабой, значит, так нужно. Если потребуется, я даже с тобой разведусь и на ней женюсь. Но от этого тебя любить не перестану...
— Ясно, — выдыхаю, вытирая слезу. — Когда ты домой приедешь, меня уже там не будет. Не удивляйся.
— Только посмей куда-нибудь дернуться... — угроза мужа тонет в коротких гудках.
Мне не требуется много времени на то, чтобы собраться. Вся жизнь длиною в восемь лет умещается в два чемодана. Но, как там говорят, беда не приходит одна?
Далеко уехать не пол
Дано:
❤️Асия/Ася — красивая, тонкая, звонкая. Необычный, нежный цветочек, расцветающий под строгим присмотром отца-майора. Она требует защиты, но её ли это выбор?
🔥Злата/Стерва — огненная бунтарка, мастер спорта по тхэквондо. Дочь полковника, которая не боится ни правил, ни кулаков.
🚀Иван/Ванечка— здоровый, симпатичный, добрый, порядочный, а с девушками не везёт.
Ищет чего-то высокого. Настоящего.
😎Марат/Мерзавец— тоже ничего, физуха есть. Весь такой мачо, красавчик, плохой парень. Такие от себя обычно в обмарок падают, глядя в зеркало.
У него всё просто: развлеклись, разошлись, без обязательств.
Найти: ❤️Любовь❤️
Решение:🤔
История отца Асии тут https://litmarket.ru/books/nastya-33-neschastya-1
❤️Асия/Ася — красивая, тонкая, звонкая. Необычный, нежный цветочек, расцветающий под строгим присмотром отца-майора. Она требует защиты, но её ли это выбор?
🔥Злата/Стерва — огненная бунтарка, мастер спорта по тхэквондо. Дочь полковника, которая не боится ни правил, ни кулаков.
🚀Иван/Ванечка— здоровый, симпатичный, добрый, порядочный, а с девушками не везёт.
Ищет чего-то высокого. Настоящего.
😎Марат/Мерзавец— тоже ничего, физуха есть. Весь такой мачо, красавчик, плохой парень. Такие от себя обычно в обмарок падают, глядя в зеркало.
У него всё просто: развлеклись, разошлись, без обязательств.
Найти: ❤️Любовь❤️
Решение:🤔
История отца Асии тут https://litmarket.ru/books/nastya-33-neschastya-1
– Иди и успокой его! – приказывает муж, указывая на надрывающегося от плача младенца, которого родила его любовница. – Ты же жена! Это твой долг!
– Я тебе не нянька, Витя. И не прислуга для твоей подстилки.
– Заткнись! – муж сжимает кулаки. – Ты бесплодная пустышка! Радуйся, что я вообще принес наследника в этот дом! Будешь делать то, что я скажу, иначе я уничтожу тебя! Мой приказ не обсуждается!
Пять лет брака перечеркнуты одним предательством.
Муж думает, что я сломаюсь, покорно проглочу унижение и буду прислуживать его новой «семье», чтобы сохранить видимость идеального брака.
Но он недооценил женщину, которой нечего терять. Он сам вложил мне в руки оружие для своей казни.
И теперь правила игры диктую я.
– Я тебе не нянька, Витя. И не прислуга для твоей подстилки.
– Заткнись! – муж сжимает кулаки. – Ты бесплодная пустышка! Радуйся, что я вообще принес наследника в этот дом! Будешь делать то, что я скажу, иначе я уничтожу тебя! Мой приказ не обсуждается!
Пять лет брака перечеркнуты одним предательством.
Муж думает, что я сломаюсь, покорно проглочу унижение и буду прислуживать его новой «семье», чтобы сохранить видимость идеального брака.
Но он недооценил женщину, которой нечего терять. Он сам вложил мне в руки оружие для своей казни.
И теперь правила игры диктую я.
Восемнадцать лет я была уверена, что знаю своего мужа. До похорон нашего друга…
— А вы ведь первая жена Павла?
Я даже улыбаюсь:
— В смысле первая?
Парень бледнеет и переводит взгляд на моего мужа.
— Простите. Я думал, вы давно развелись. Он же с Алевтиной.
Я не знаю никакой Алевтины…
А Алевтина, как выясняется, знает… только не всё.
Если я — его жена, а она была уверена, что я бывшая…
Так, кто же из нас на самом деле любовница?
— А вы ведь первая жена Павла?
Я даже улыбаюсь:
— В смысле первая?
Парень бледнеет и переводит взгляд на моего мужа.
— Простите. Я думал, вы давно развелись. Он же с Алевтиной.
Я не знаю никакой Алевтины…
А Алевтина, как выясняется, знает… только не всё.
Если я — его жена, а она была уверена, что я бывшая…
Так, кто же из нас на самом деле любовница?
Одну учили быть тихой, удобной тенью. Другую растили как цветок.
Их история — не про нежные чувства, а про выживание, месть и попытку отвоевать право дышать. Здесь любовь рождается среди крови, лжи и чужих сделок, а доверие приходится вырывать с боем.
Две сестры, две судьбы и мужчины, которые не умеют любить мягко. Кто-то сломается, кто-то спасётся, а кто-то поймёт, что свобода пахнет не цветами, а порохом и чужими грехами.
Их история — не про нежные чувства, а про выживание, месть и попытку отвоевать право дышать. Здесь любовь рождается среди крови, лжи и чужих сделок, а доверие приходится вырывать с боем.
Две сестры, две судьбы и мужчины, которые не умеют любить мягко. Кто-то сломается, кто-то спасётся, а кто-то поймёт, что свобода пахнет не цветами, а порохом и чужими грехами.
– Не буду я изображать твою невесту, – отрезала возмущённо.
Ну надо же, не хочет гламурная подруга в деревню к его родственникам. Можно подумать, я хочу?
– Посажу на пятнадцать суток, и ты вылетишь из института, – улыбнулся гад.
И черт дёрнул меня оказаться на площади во время митинга!
– Ладно, кэп, – вздохнула, – я согласна.
Ох, как же ты пожалеешь!
Я была в него влюблена, а он даже не догадывался об этом. Прошло пять лет, а этот гад, мало того, что не узнал меня, так ещё угрожает посадить на пятнадцать суток, если я не сыграю его невесту. А у него вообще-то своя есть!
Ну что ж, Алексеев, держись, кажется, у меня появился прекрасный шанс проучить тебя.
Ну надо же, не хочет гламурная подруга в деревню к его родственникам. Можно подумать, я хочу?
– Посажу на пятнадцать суток, и ты вылетишь из института, – улыбнулся гад.
И черт дёрнул меня оказаться на площади во время митинга!
– Ладно, кэп, – вздохнула, – я согласна.
Ох, как же ты пожалеешь!
Я была в него влюблена, а он даже не догадывался об этом. Прошло пять лет, а этот гад, мало того, что не узнал меня, так ещё угрожает посадить на пятнадцать суток, если я не сыграю его невесту. А у него вообще-то своя есть!
Ну что ж, Алексеев, держись, кажется, у меня появился прекрасный шанс проучить тебя.
В моей семье всегда был один ребёнок — Мари. Хрупкая, больная, любимая. А я была той, кто готовил, убирал и исчезал, когда становилось неудобно. Той, чьё имя вспоминали только тогда, когда нужно было закрыть очередную дыру.
Когда родители продали меня Винсенту Вольфу, я думала, что достигла дна. Но человек, которого весь город считает монстром, оказался единственным, кто дал мне тишину, пространство и право выбирать.
Я приехала как товар. Но впервые в жизни почувствовала себя живой.
А потом семья вернулась.
Не за мной — за ним.
Сестра решила, что я снова уступлю, как уступала двадцать лет. Что тень легко отодвинуть в сторону, если она мешает.
Но девочка, которая стояла в коридоре и слушала запах ужина, приготовленного не для неё, умерла.
Её убили те, кто называл себя семьёй.
Осталась женщина, которая умеет закрывать двери.
И эта дверь захлопнется за ними навсегда.
Когда родители продали меня Винсенту Вольфу, я думала, что достигла дна. Но человек, которого весь город считает монстром, оказался единственным, кто дал мне тишину, пространство и право выбирать.
Я приехала как товар. Но впервые в жизни почувствовала себя живой.
А потом семья вернулась.
Не за мной — за ним.
Сестра решила, что я снова уступлю, как уступала двадцать лет. Что тень легко отодвинуть в сторону, если она мешает.
Но девочка, которая стояла в коридоре и слушала запах ужина, приготовленного не для неё, умерла.
Её убили те, кто называл себя семьёй.
Осталась женщина, которая умеет закрывать двери.
И эта дверь захлопнется за ними навсегда.
— Тише, на нас смотрят.
Вот что сказал мой муж, когда я застала его в баре с эффектной блондинкой.
Не «прости». Не «я виноват».
А: «На нас смотрят».
После потери дочери я думала, что между нами осталось хотя бы общее горе.
Но оказалось, Слава давно построил вторую жизнь.
Я не помню, как вышла на дорогу.
Помню только фары. Удар. Асфальт.
Но судьба — упорная дама, и не отпускает, пока не нанесет все свои раны. И не важно, насколько тебе больно. Главное, кем ты остаешься, когда боль уже невыносима.
Вот что сказал мой муж, когда я застала его в баре с эффектной блондинкой.
Не «прости». Не «я виноват».
А: «На нас смотрят».
После потери дочери я думала, что между нами осталось хотя бы общее горе.
Но оказалось, Слава давно построил вторую жизнь.
Я не помню, как вышла на дорогу.
Помню только фары. Удар. Асфальт.
Но судьба — упорная дама, и не отпускает, пока не нанесет все свои раны. И не важно, насколько тебе больно. Главное, кем ты остаешься, когда боль уже невыносима.
В день свадьбы Александра сталкивается с Егором - первой любовью, неожиданно исчезнувшей из ее жизни пять лет назад. Егор врывается в жизнь девушки ураганом и переворачивает все с ног на голову. Старые чувства вспыхивают с новой силой. Егор буквально похищает невесту от алтаря и теперь ей предстоит сделать выбор. Да и жених оказывается не так прост…
- Женился на её репутации, а мечтал о тебе, - голос мужа звучит из спальни.
- И долго мне еще быть на вторых ролях? - капризничает какая-то женщина.
- Месяц. Владельцу новой клиники нужна красивая картинка: успешный хирург и его идеальная жена. Вся элита ходит к Миле на уколы, без неё инвестор не отдаст мне кресло директора.
- А потом?
- А потом я переманю её дамочек на свои операции, а саму Милу уволю. Она же просто статусная ледышка, с ней сдохнуть со скуки можно.
__________________
Два года брака я своими руками лепила из мужа звезду.
Миша всё просчитал, кроме одного: слёз не будет, истерик и битья посуды - тоже.
Ты хочешь кресло директора, дорогой? Я сама пойду на этот конкурс и вырву должность у тебя из-под носа.
Хочешь забрать моих клиентов? Я оставлю тебя ни с чем.
Правда, ты не знаешь одной детали: инвестор сделал мне предложение, и речь идёт вовсе не о работе.
Я не умею прощать, и я докажу тебе, что ледышка обжигает куда больнее огня.
- И долго мне еще быть на вторых ролях? - капризничает какая-то женщина.
- Месяц. Владельцу новой клиники нужна красивая картинка: успешный хирург и его идеальная жена. Вся элита ходит к Миле на уколы, без неё инвестор не отдаст мне кресло директора.
- А потом?
- А потом я переманю её дамочек на свои операции, а саму Милу уволю. Она же просто статусная ледышка, с ней сдохнуть со скуки можно.
__________________
Два года брака я своими руками лепила из мужа звезду.
Миша всё просчитал, кроме одного: слёз не будет, истерик и битья посуды - тоже.
Ты хочешь кресло директора, дорогой? Я сама пойду на этот конкурс и вырву должность у тебя из-под носа.
Хочешь забрать моих клиентов? Я оставлю тебя ни с чем.
Правда, ты не знаешь одной детали: инвестор сделал мне предложение, и речь идёт вовсе не о работе.
Я не умею прощать, и я докажу тебе, что ледышка обжигает куда больнее огня.
Выберите полку для книги