Книги в жанре «Любовные романы»
В первую встречу он испортил меня. Во вторую извинился. В третью в нас стреляли. Не по своей воле я была втянута в криминальные разборки и застряла с ним. С бандитом, который причинил мне боль и которого я возненавидела. Но как быть, если на смену ненависти неожиданно появляется другое чувство?
― Ты меня ментам сдала? ― прорычал я, глядя в ее напуганные глаза. ― По ориентировке узнала?
Девчонка тяжело сглотнула и слабо покачала головой. Так бы и свернул ее тонкую шейку. Отправила меня на смерть и строит из себя саму невинность.
― Отпусти! Я на помощь позову! ― попробовала вырваться. Маленькая пташка в лапах кота.
― Кого? Мента своего? Зови! Пусть посмотрит, что я с тобой сделаю.
― Ты меня ментам сдала? ― прорычал я, глядя в ее напуганные глаза. ― По ориентировке узнала?
Девчонка тяжело сглотнула и слабо покачала головой. Так бы и свернул ее тонкую шейку. Отправила меня на смерть и строит из себя саму невинность.
― Отпусти! Я на помощь позову! ― попробовала вырваться. Маленькая пташка в лапах кота.
― Кого? Мента своего? Зови! Пусть посмотрит, что я с тобой сделаю.
— Здравствуйте! Диана Александровна? — спросил уставший женский голос.
— Допустим, — нахмурилась я.
— Вас беспокоят из травматологии второй городской больницы. Вячеслав Владимирович Адамов ваш муж?
— Кто?! — выдохнула я.
Ничьё имя я не хотела слышать из травматологии, даже это.
А его имя я вообще слышать не хотела. Ни при каких обстоятельствах!
— Бывший муж. Мы три года в разводе. А в чём дело? — спросила я всё же чуть более взволнованно, чем следовало.
— Вы можете забрать его из больницы? У нас нет возможности и дальше держать его в отделении, а сам он передвигаться не может.
— Не поняла, — сглотнула я.
— В результате полученных травм, ваш муж утратил возможность ходить, — ответила она как-то уж слишком витиевато. — Либо вы приедете и его заберёте, либо нам придётся…
— Это он попросил позвонить мне? — невежливо перебила я, но мне было не до сантиментов.
Утратил возможность ходить? Что это значит на
— Допустим, — нахмурилась я.
— Вас беспокоят из травматологии второй городской больницы. Вячеслав Владимирович Адамов ваш муж?
— Кто?! — выдохнула я.
Ничьё имя я не хотела слышать из травматологии, даже это.
А его имя я вообще слышать не хотела. Ни при каких обстоятельствах!
— Бывший муж. Мы три года в разводе. А в чём дело? — спросила я всё же чуть более взволнованно, чем следовало.
— Вы можете забрать его из больницы? У нас нет возможности и дальше держать его в отделении, а сам он передвигаться не может.
— Не поняла, — сглотнула я.
— В результате полученных травм, ваш муж утратил возможность ходить, — ответила она как-то уж слишком витиевато. — Либо вы приедете и его заберёте, либо нам придётся…
— Это он попросил позвонить мне? — невежливо перебила я, но мне было не до сантиментов.
Утратил возможность ходить? Что это значит на
– Чего надо? – недовольно произносит бывший муж, отпирая дверь.– Снова деньги пришла просить или… А почему вы с чемоданами?
– Вы Олег Козырев? – снимает очки сотрудник органов опеки.
– Да, а в чем, собственно, дело?
– С этого дня дети будут проживать с вами. Проходите, Славочка, Катюша.
– Я против, я… Мы развелись, дети остались с матерью! Какая ты мать после этого? Любка, забирай их и…
– И я против! Милый, что это за ужас? – визжит его молоденькая любовница, отмахиваясь от моих крошек, как от назойливых мух.
– У вашей бывшей жены нет жилья и работы. Детям вы не помогаете, так что… Любовь Алексеевна обратилась за помощью к нам! Воспитывайте своих отпрысков сами!
Муж решил избавиться от меня и надоевших ему детей… Выгнал из квартиры, приведя туда новую избранницу. Что там они планировали? Поездку в Дубай? Теперь их ждут уроки, каждодневная готовка и прочие развлечения!
А меня… пригласил на свидание его босс! Чем не повод начать н
– Вы Олег Козырев? – снимает очки сотрудник органов опеки.
– Да, а в чем, собственно, дело?
– С этого дня дети будут проживать с вами. Проходите, Славочка, Катюша.
– Я против, я… Мы развелись, дети остались с матерью! Какая ты мать после этого? Любка, забирай их и…
– И я против! Милый, что это за ужас? – визжит его молоденькая любовница, отмахиваясь от моих крошек, как от назойливых мух.
– У вашей бывшей жены нет жилья и работы. Детям вы не помогаете, так что… Любовь Алексеевна обратилась за помощью к нам! Воспитывайте своих отпрысков сами!
Муж решил избавиться от меня и надоевших ему детей… Выгнал из квартиры, приведя туда новую избранницу. Что там они планировали? Поездку в Дубай? Теперь их ждут уроки, каждодневная готовка и прочие развлечения!
А меня… пригласил на свидание его босс! Чем не повод начать н
Она дерзкая мать-одиночка плюс-сайз, начавшая жизнь с чистого листа после предательства.
Он босс-ловелас, для которого женщины лишь развлечение, а работа – царство тотального контроля.
Они встретились при весьма интересных обстоятельствах, а теперь вынуждены работать вместе...
Сможет ли он разглядеть за пышными формами красивую женщину, и даст ли она ему шанс после всего, что между ними произошло?
ОДНОТОМНИК!
ВНИМАНИЕ! НАРКОТИКОВ В КНИГЕ НЕТ!
Он босс-ловелас, для которого женщины лишь развлечение, а работа – царство тотального контроля.
Они встретились при весьма интересных обстоятельствах, а теперь вынуждены работать вместе...
Сможет ли он разглядеть за пышными формами красивую женщину, и даст ли она ему шанс после всего, что между ними произошло?
ОДНОТОМНИК!
ВНИМАНИЕ! НАРКОТИКОВ В КНИГЕ НЕТ!
— Что будет если все узнают, чем такая примерная девочка занимается на вечеринках, м? — его победный оскал растягивается на лице.
— Думаешь напугаешь? — парирую я в ответ.
— А разве нет?! Или в твоей жизни больше нет запретов?!
Он – это мотоциклы, отсутствие правил, и такая желанная для нее свобода. Она - это привилегии, личный свод инструкций и кристальная репутация. Отъявленный хулиган и до тошноты идеальная дочь мэра. Но так ли это на самом деле… Может быть эти двое просто-напросто забыли, кто они и кем были?
— Думаешь напугаешь? — парирую я в ответ.
— А разве нет?! Или в твоей жизни больше нет запретов?!
Он – это мотоциклы, отсутствие правил, и такая желанная для нее свобода. Она - это привилегии, личный свод инструкций и кристальная репутация. Отъявленный хулиган и до тошноты идеальная дочь мэра. Но так ли это на самом деле… Может быть эти двое просто-напросто забыли, кто они и кем были?
Я наклоняюсь и шарю рукой по отошедшему краю паркета. Что за чёрт?! Под ним телефон! Старый, кнопочный, потёртый. Впервые его вижу.
Держу телефон в руках и чувствую, как по спине прокатывается холодок. Он не мой. Значит… Макса?
Экран мигает. Новое сообщение — от номера без имени:
«Хорошо. Но уж постарайся к ней больше не прикасаться. Будь добр.».
Я пролистываю предыдущие сообщения:
«Макс, ты клялся, что не спишь со своей курицей! Что спишь только со мной! Тогда какого черта твоя жена беременна?!».
И ответ моего мужа:
«Она сама лезла, не могу же я послать жену и вообще к ней не притрагиваться! Я всё исправлю. Никого ребёнка не будет.».
Держу телефон в руках и чувствую, как по спине прокатывается холодок. Он не мой. Значит… Макса?
Экран мигает. Новое сообщение — от номера без имени:
«Хорошо. Но уж постарайся к ней больше не прикасаться. Будь добр.».
Я пролистываю предыдущие сообщения:
«Макс, ты клялся, что не спишь со своей курицей! Что спишь только со мной! Тогда какого черта твоя жена беременна?!».
И ответ моего мужа:
«Она сама лезла, не могу же я послать жену и вообще к ней не притрагиваться! Я всё исправлю. Никого ребёнка не будет.».
Босс криминальной империи.
Самый жестокий мужчина.
Всемогущий Арес Костровский пересек расстояние в два метра и замер. Тишина. Глаза в глаза.
– Ты то единственное, Виктория, что удерживает меня от объявления войны. Выбирай какой вариант тебе по душе? Отказаться от колечка на безымянном пальце и попрощаться с родными или заткнуть пасть, натянуть довольную улыбку и стать моей женой. У тебя две секунды на размышления.
– Нет...я не хочу...
Арес оскалился и...
Самый жестокий мужчина.
Всемогущий Арес Костровский пересек расстояние в два метра и замер. Тишина. Глаза в глаза.
– Ты то единственное, Виктория, что удерживает меня от объявления войны. Выбирай какой вариант тебе по душе? Отказаться от колечка на безымянном пальце и попрощаться с родными или заткнуть пасть, натянуть довольную улыбку и стать моей женой. У тебя две секунды на размышления.
– Нет...я не хочу...
Арес оскалился и...
— Ты так сильно ее любишь?
— Люблю, — будничным тоном произносит муж, совершенно не боясь причинить мне боль. Для него это дело привычное.
— Почему со мной не разведешься?
— Потому что с ней мы вместе никогда не будем. Я ее не прощу.
— Но ты с ней спал. Сегодня! — с надрывом, но он все так же спокоен.
— Это не имеет значения. Ты моя жена.
— Я больше не хочу быть ею, — выдавливаю из себя.
Устав от унижений мужа, который никогда меня не любил, а лишь пользовался — я решаюсь от него уйти, обещая себе разлюбить его. Но это оказывается не так просто, ведь мучитель не хочет отпускать свою жертву.
— Люблю, — будничным тоном произносит муж, совершенно не боясь причинить мне боль. Для него это дело привычное.
— Почему со мной не разведешься?
— Потому что с ней мы вместе никогда не будем. Я ее не прощу.
— Но ты с ней спал. Сегодня! — с надрывом, но он все так же спокоен.
— Это не имеет значения. Ты моя жена.
— Я больше не хочу быть ею, — выдавливаю из себя.
Устав от унижений мужа, который никогда меня не любил, а лишь пользовался — я решаюсь от него уйти, обещая себе разлюбить его. Но это оказывается не так просто, ведь мучитель не хочет отпускать свою жертву.
Я сидела в машине и смотрела на них: своего мужа, его любовницу и их малыша. Девятнадцать лет нашей с ним жизни уже казались чем-то ненастоящим.
Он не просто изменил. Он построил параллельную реальность. Со своим сыном. Со своей женщиной. В своей квартире.
И у меня не было больше выбора. Не могло быть.
Вся боль, весь шок, вся ярость — всё превращалось в одно сплошное, холодное, железное решение. Я вам этого не прощу!
Он не просто изменил. Он построил параллельную реальность. Со своим сыном. Со своей женщиной. В своей квартире.
И у меня не было больше выбора. Не могло быть.
Вся боль, весь шок, вся ярость — всё превращалось в одно сплошное, холодное, железное решение. Я вам этого не прощу!
Завибрировал телефон, нарушая тишину.
Муж достал его из кармана. Отошёл к окну.
— Да, милая, — сказал он тихо.
Милая?
Голос его стал мягким, тёплым и нежным.
Моё сердце пропустило удар.
— Нет, всё в порядке. Я в больнице… Да, у неё.
Пауза. Он слушал. Я напрягла слух, пытаясь разобрать слова собеседницы, но женский голос в трубке звучал раздражающе неразборчиво.
— Доктор сказал – пока мозг жив, отключить не дадут. Нужно решение комиссии, — произнес Денис, и в его словах не было ни капли сожаления. Только констатация факта, как будто он обсуждал сделку, а не жизнь своей жены.
Снова пауза. Видимо, женщина на том конце что-то отвечала.
— Милая, не волнуйся, — голос мужа стал ещё ласковее, интимнее. — Я и так весь твой. Просто нужно немного подождать. Потерпи.
Я хотела закричать. Вырвать эту проклятую трубку из горла и закричать так, чтобы он услышал.
— Скоро я стану вдовцом, — продолжал Денис, и эти слова прошили меня насквозь. — Совсем скоро.
Муж достал его из кармана. Отошёл к окну.
— Да, милая, — сказал он тихо.
Милая?
Голос его стал мягким, тёплым и нежным.
Моё сердце пропустило удар.
— Нет, всё в порядке. Я в больнице… Да, у неё.
Пауза. Он слушал. Я напрягла слух, пытаясь разобрать слова собеседницы, но женский голос в трубке звучал раздражающе неразборчиво.
— Доктор сказал – пока мозг жив, отключить не дадут. Нужно решение комиссии, — произнес Денис, и в его словах не было ни капли сожаления. Только констатация факта, как будто он обсуждал сделку, а не жизнь своей жены.
Снова пауза. Видимо, женщина на том конце что-то отвечала.
— Милая, не волнуйся, — голос мужа стал ещё ласковее, интимнее. — Я и так весь твой. Просто нужно немного подождать. Потерпи.
Я хотела закричать. Вырвать эту проклятую трубку из горла и закричать так, чтобы он услышал.
— Скоро я стану вдовцом, — продолжал Денис, и эти слова прошили меня насквозь. — Совсем скоро.
Выберите полку для книги